Красная книга ВЧК. В двух томах. Том 1 - Велидов (редактор) А. С. - Страница 61

• Предыдущая
• 61/100
• Следующая

Все телеграммы и распоряжения Президиума должны проверяться по этим же телефонам.

Член Президиума.

Совнаркомом нам было поручено взять на себя непосредственную организацию и руководство операцией по подавлению восстания левых эсеров.

К организации операции мы приступили в 17 часов 6-го сего июля.

Немедленно же нами даны были следующие распоряжения:

1) районным военным комиссариатам – быть наготове всем вооруженным силам, выставить заставы в разных местах и занять мосты,

2) стянуть войска из лагерей.

После этого приступили к тщательному выяснению состояния и количества наших сил и сил противника и их расположения. Мы считали необходимым выяснить характер наших сил по трем категориям (безусловно преданные части, неопределенно настроенные и ненадежные). Далее приступили к разработке плана операции (разбивка Москвы на боевые районы, разработка как общей операции, так и задач по отдельным районам). Для разработки общего плана операции, по предложению товарищей латышей – Пече и Козака – и после запроса т. Петерсона был приглашен начальник Латышской дивизии г. Вацетис, совместно с которым и был разработан план и программа военных действий. Для выполнения плана был вызван начальник латышской бригады т. Дудин, которому и было поручено непосредственное командование 1-й группой. Т. Чебышеву было поручено самым спешным порядком доформировать две запасные советские батареи, а тов. Элихову – батарею из слушателей 1-х Советских инструкторских курсов; т. Прозоров был послан в Люблино за кавалерийскими частями.

К 20-ти часам был выработан общий план сосредоточения наших сил: предположено было наши силы сосредоточить в двух исходных пунктах: 1) в районе Военного комиссариата и Храма Спасителя[168] и 2) в районе Страстной площади.[169] В первом районе сосредоточены были: 1-й Латышский стрелковый полк, образцовый Советский полк, батарея Латышской дивизии, рота 1-х инструкторских курсов и одна броневая машина; во втором районе – один батальон 2-го Латышского полка, батарея из 1-й Советской запасной бригады, батарея 1-х инструкторских Советских курсов и две броневые машины. Команда разведчиков 3-го Латышского полка в 42 человека и две броневые машины были оставлены на Арбатской площади. Кроме того, было предписано свести из состава 1-й Советской дивизии 2 роты, которые оставить в районе Арбатской площади в резерве. Численность наших сил к 4-м часам утра достигла следующих цифр: 720 штыков, 12 орудий 3-дюймовых, 4 броневика, команда конных разведчиков в 72 человека и пулеметная команда в 40 человек. Эти силы предположено было стянуть к району боевых действий к 2-м часам ночи. Командование первой группой, сосредоточенной у Храма Спасителя и военного комиссариата, было поручено, как выше указано, т. Дудину, 2-й группой, сосредоточенной у Страстного монастыря, командовал т. Рекст. Войска, сосредоточенные в районе Арбатской площади, оставались в резерве.

Но к двум часам ночи ни одна группа не была на указанном месте. Личный объезд тт. Вацетиса и Подвойского с 12-ти часов ночи показал, что войсковые части сосредоточатся в указанных местах не ранее рассвета, что впоследствии и оказалось, и, таким образом, уже был проигран ночной характер операций и операции должны были принять характер дневного боя.

В течение ночи точно было установлено, что главные силы левых эсеров были сосредоточены в районе Трехсвятительского переулка, имея впереди на большом расстоянии отдельные заставы с пулеметами. Подступы к главным их силам были заграждены окопами (со стороны Покровской площади). Орудия их были наведены в разных направлениях подступов к штабу, а одно орудие – на Кремль. Общие силы противника состояли: от 6 до 8 орудий, 4 броневика, кавалерийский отряд в 80 человек, стрелков до 1800 штыков при 48-ми пулеметах и при большом количестве ручных бомб и других взрывчатых веществ.

Для проведения операций был дан каждой группе подробный план действий. Группе Дудина приказано было действовать с фронта: Устьинский мост – Красная площадь в общем направлении на Малый Трехсвятительский переулок. Группе командира 2-го полка т. Рекста приказано было действовать окружным путем по трамваю линии «А», по Чистым Прудам, к Покровским казармам и далее к Малому Трехсвятительскому переулку, держа связь с группой т. Дудина и оставив на Страстной площади прикрытие для артиллерии.

16-му летучему отряду т. Винглинского и Военному комиссариату железнодорожного района указано было оборонять подступ Курского вокзала против захвата подвижного состава и зданий вокзала отрядом Попова и для преграждения путей отступления.

Около 6-ти часов утра первая группа т. Дудина пошла в наступление, группа командира 2-го полка начала наступление около 4-х часов утра. К этому же времени одна батарея со Страстной площади была переведена к Храму Спасителя.

Первые наши действия сводились к выяснению группировки отрядов Попова, что приводило к столкновению наших отрядов с заставами противника на разных улицах всего фронта. Столкновения с противником выяснили, что отряд Попова занимает фронт от Чистых Прудов до Яузского бульвара. Передовые заставы противника под давлением наших сил постепенно стали отходить к Трехсвятительскому переулку, где были сгруппированы главные его силы. По выяснении решено было подвести артиллерию на Руках на самое близкое и возможное для стрельбы расстояние и раздавить мятежников артиллерийским огнем. Эта задача была возложена на 1-ю латышскую батарею 1-х инструкторских Советских курсов. Крайне рискованная и тяжелая задача была выполнена с неподражаемой лихостью. На предложение о сдаче поповцы прислали своих парламентеров во главе с адъютантом Попова, что они не сдадутся и будут сражаться до последнего. После этого указанные батареи, подведя скрытно орудия на 200 шагов, около половины двенадцатого дня начали обстрел гранатами. Прежде всего разгромлен был штаб Попова, а затем и еще 2 дома, где помещались силы постоянно квартировавшего в этих домах отряда Попова. Эти удачные в высшей степени действия артиллерии, разгромившей прежде всего штаб, вызвали суматоху во всем отряде и полное расстройство управления.

Захваченные противником наши пленные нам сообщили: когда разгромленный штаб, спасаясь бегством от артиллерийского огня, был замечен окружающими солдатами Попова, то последние со словами: «Что ж, штаб бежит, а мы будем оставаться» – частью обратились в бегство.

При дальнейших артиллерийских атаках и нашем пулеметном огне остатки мятежников не выдержали и стали, спасаясь поодиночке, бросая оружие, убегать. Группа их направилась Дегтярным переулком[170] с двумя орудиями на Курский вокзал, но там встретила отпор со стороны поставленного нами эскадрона конницы. Бросив артиллерию, она отправилась на станцию «Москва 2-я» и, захватив подвижной состав, стала нагружаться, но это им не удалось благодаря близости наших войск и благодаря тому, что путь был захвачен посланными нами латышскими стрелками на 2-х грузовиках. Видя окончательную неудачу и этого рискованного маневра, эта кучка, которая состояла из главарей и матросов, главным образом черноморцев, бросая свой багаж и своих соратников, направилась к северу – по направлению к Сокольникам. Она уже не представляла организованной силы, а лишь спасающихся от поимки.

Для преграждения пути было организовано преследование эскадроном конницы, стрелками латышского полка, инженерного батальона с пулеметами, группами железнодорожной охраны, отрядом Пресненского района, отрядом т. Эйдука и продовольственными отрядами т. Зусмановича.

Для объединения деятельности всех отрядов, преследующих бегущего противника, нами был назначен т. Антонов, который отправился на автомобиле сначала к Курскому вокзалу, а потом по пятам бегущего противника – по Владимирскому шоссе, по направлению к Богородску. Ему были отданы свободные грузовики для перевозки отрядов и один броневик.

• Предыдущая
• 61/100
• Следующая