Дело всей жизни (СИ) - "Аксара" - Страница 452

— Чем прелести матери Коннора, — недовольно закончил Шэй за него.

— Потому что я думал не о том, — раздраженно откликнулся Хэйтем. — Но даже если Ключ… м-м-м… сработает, то, возможно, потом повторить это не удастся. Мы не знаем, какой у него период… восстановления. Возможно, не сработает вовсе. Я хотел, чтобы ты посмотрел на это со стороны. Ведь ты уже имел дело с артефактами и можешь заметить то, чего не заметил я. Или, возможно, Ключ срабатывает каждый раз в новых руках. Или есть еще какая-то закономерность.

Шэй сосредоточенно свел брови:

— Выходит, если Ключ сработает не до конца, как в прошлый раз, то у нас будет всего несколько мгновений, чтобы это оценить?

— Да, — Хэйтем кивнул. — Но ничего страшного случиться не должно. Я… понимаю, Шэй.

— Тогда давай.

Мистер Кормак неосознанно напрягся, но пока и в самом деле ничего пугающего не происходило. Мистер Кенуэй вытянул из-под воротника амулет на цепочке и сжал его в ладони. Несколько мгновений Шэю казалось, что Ключ не сработал, но тут свет чуть изменился, и странные линии налились белым свечением — ровным и ярким, таким же, как в Храме под Лиссабоном. Шэй, зная, что эффект, вероятнее всего, недолог, торопливо оглядел рисунок из линий — и сразу узрел странность. Линии сходились в одном месте, образуя нечто вроде выемки идеальной круглой формы. И вот как раз эта выемка не светилась, хотя была как будто средоточием, центром неравномерного рисунка. Шэй неуверенно потянулся вперед и ощупал рукой в перчатке край выемки.

Линии начали меркнуть и вскоре погасли совсем. Шэй задумчиво разглядывал дырку.

— Я тоже обратил на это внимание в прошлый раз, — подал голос Хэйтем.

— Как будто чего-то не хватает, — рассеянно поделился размышлениями Шэй. — И не амулета, он слишком маленький. Чего-то другого.

— Но чего? — Хэйтем нахмурился. — Думаешь, в Порт-о-Пренс было еще что-то, что мы не нашли?

— Возможно, — пожал плечами Шэй. — И не обязательно там. Ты же знаешь, что артефакты Предтеч очень разные по форме. Тот, что был в Лиссабоне, представлял собой восьмиугольник. Нечто вроде объемной звездочки. Шипастый такой.

— Я читал в истории Ордена про Яблоки Предтеч, — так же задумчиво уронил Хэйтем. — Мне ни разу не попадалось изображений, но можно предположить, что Яблоко — это что-то круглое.

— Я тоже читал про Яблоки, — Шэй склонил голову, машинально представив, как в эту дырку можно запихнуть яблоко из сада покойной миссис Дэллоуэй. — В Братстве. Даже видел рисунок. А про что читал ты?

— О событиях в Италии три века назад, — не очень уверенно объяснил мистер Кенуэй. — Доверять записям об этом нельзя, потому что многие очевидцы и просто причастные к делу погибли, а очевидцы, лояльные к Ордену, слишком мало знали, чтобы сообщить что-то важное. Известно то, что Эцио Аудиторе, почти легендарный ассасин, охотился именно за Яблоком Предтеч. И добыл его. Это как раз можно, наверное, даже утверждать. А вот что с ним приключилось дальше — неизвестно. С Яблоком, конечно, не с Аудиторе.

— Про Аудиторе я тоже читал, — невесть чему обрадовался Шэй. — Ахиллес заставлял. Ловкий парень был. Это был огромный трактат, ужасно длинный и скучный, но даже в нем было понятно, что у этого Эцио была целая куча красоток. Мне было семнадцать, я читал и завидовал. А вот про Яблоко я мало что помню. Помню, что этот Эцио приносил Яблоко на исследования своему другу, Леонардо да Винчи. А вот куда оно потом делось… Может, было не сказано, а может, я и не дочитал. У меня в те времена были занятия и поинтереснее.

— То, что у синьора Аудиторе были женщины, ты запомнил, а куда, по версии ассасинов, делось Яблоко — не помнишь, — закатил глаза Хэйтем. — Но если это Яблоко… Возможно, тот самый камень шонноункоретси? Предтечи умели управляться с веществами, создавать которые мы не умеем. Возможно, это и не камень вовсе, а какой-нибудь неизученный металл?

— Да, собственно, сюда и каменюку можно запихать, — Шэй потыкал пальцем в выемку. — Про Яблоко мы сами придумали, а сюда просто что-то круглое надо. Меня другое смущает. Если здесь некое Хранилище, а у нас в руках Ключ, который должен подойти к Хранилищу «севернее», то почему, черт его дери, они друг другу не подходят?!

Мистер Кенуэй недовольно поджал губы:

— Во-первых, у нас нет уверенности, что это то самое Хранилище. Как я уже говорил, севернее Гаити — полмира. На пути к этой пещере может находиться еще десяток Храмов Предтеч, которые никто никогда не находил. Во-вторых, кто сказал, что «замок», ведущий в Хранилище — единственный? Может быть, за этой стеной еще три таких же, к одной из которых Ключ подойдет.

— Не лишено логики, — был вынужден признать Шэй. — Какой у нас план? Внутрь мы явно не попадем.

Мистер Кенуэй думал недолго:

— Эту стену предположительно отпирает что-то круглое, оставшееся от Первой Цивилизации. А в нескольких милях отсюда — индейская деревня, в которой есть камень шонноункоретси. Мне кажется, все очевидно.

— Это если деревня на месте, — с сомнением протянул Шэй. — Эдвард же говорил, что Конгресс успешно разбазаривает земли.

— В любом случае, поиски нужно начинать оттуда, — вздохнул Хэйтем. — Теперь Коннор вырос, отбился от племени, и у нас развязаны руки.

— Надеюсь, ты не собираешься всех там перебить? — уточнил Шэй на всякий случай.

— Было бы нежелательно, — заметил мистер Кенуэй. — Это небезопасно, в племени много воинов, а нас всего двое. Да и Коннор не обрадуется. В конце концов, меня знала Мать Рода…

— Возможно, ее уже нет в живых, — возразил Шэй. — А ее дочь погибла, оставив только Коннора, так что род пресекся.

— Тем лучше, — уверенно заявил мистер Кенуэй. — Остальные знают, что Мать Рода оказывала мне уважение, так что мне нетрудно будет несколько преувеличить это на словах.

— Тогда идем, — Шэй вздохнул. — Точнее, едем. Пока туда доберемся, уже вечереть будет, а нам еще неплохо бы вернуться обратно в таверну. Нет никакого желания ночевать у индейцев.

— Это если нам предложат, — хмыкнул мистер Кенуэй и решительно отправился к выходу.

Прошло не меньше часа, когда Шэй, сидящий в седле, начал узнавать места. Он нагнал Хэйтема и произнес погромче, потому что ветер сносил слова:

— Не думал, что пещера так далеко от деревни.

— Это же не та деревня, — возразил Хэйтем. — Та, в которой жила и погибла Дзио, ближе и немного в другой стороне. Но мы все равно добирались два дня, потому что шли пешком. Была ранняя весна, болота были просто непроходимые! Ты заметил ручей? Я в нем отмывался и дрожал от холода, а Дзио смеялась, ей холод был нипочем.

— А Коннор увешивался соплями, как все нормальные дети, — ляпнул Шэй. — Любопытно.

— Он все-таки полукровка, — Хэйтем слегка улыбнулся.

Шэй собирался было ответить, но осекся. Из-за деревьев стало видно высокий забор индейской деревни, и тут бы выдохнуть с облегчением, но мистер Кормак видел что-то… неестественное в окружении, и постарался сосредоточиться, чтобы понять, что именно. Хэйтем уловил возникшее напряжение и тоже тревожно огляделся.

Шэй на миг прикрыл глаза — и понял. Слишком мертвыми выглядели эти земли. Не было слышно детского плача или чьих-то разговоров, не раздавалось эхо от стучащего где-нибудь в лесу топора, над деревней не поднималось дыма костров, а ведь дело к вечеру. Скоро начнет темнеть, самое время для ужина, потому что в таких селениях спать ложатся вместе с солнцем. И встают тоже с ним.

Дым поднимался где-то дальше, ближе к реке, на которой Шэю один раз удалось побывать. Сначала дым несколько встревожил мистера Кормака, но один внимательный взгляд — и стало понятно, что это не пожар. Просто кто-то развел костер и не пожалел на это дров. Но почему в стороне?

— Не нравится мне все это, — пробормотал Хэйтем и направил коня к хитрому зазору в заборе, через который можно было попасть в деревню.

Перед самым забором мистер Кенуэй спешился. Шэй поспешил за ним и, шагнув на индейскую территорию, сразу увидел, что не ошибся. Деревня была покинута.