Плащ и кинжал (СИ) - "Арвер" - Страница 47

Не останавливаться.

Но этот голос, тихий, вкрадчивый, но настойчивый, всё не унимался. Он говорил о том, как всё это было обречено с самого начала.

Люди не могли выжить в таком мире. Заражение началось везде одновременно. Случайно. Без логики. Пару человек в комнате, один заражённый — и всё. Шансов не было. Ни у кого.

Даже у Наставника. Чёрт, да даже он мог не справиться.

«Уровень сложности сектора повышен» — Стучала мысль в моей голове. «Хватит ли ему той подготовки, чтобы справиться с усложненными испытаниями Системы?»

Я вспоминал его слова, его вечерние лекции за горячей чашкой чая, стоящей на крепком дубовом столе нашей гостиной.

— Никогда не рассчитывай на лёгкую победу, Рена. Всегда готовься к худшему.

И вот я здесь. В этом самом худшем.

Но что я мог вообще сделать в такой ситуации? Все мои навыки, всё чему он меня учил, не помогут мне спасти этот город. Тут нужны не действия одного человека, а чудо. Чудо, которое совсем не спешило происходить. Да и возможны ли чудеса в мире, где царит подобная жестокость?

Привычный мир рухнул за один день.

Всего неделя — и города превратятся в кладбища. Людей вырвали из их безопасных жизней, выбросили на растерзание чудовищам. Без шансов на победу, без шансов на спасение.

Я ощутил, как что-то жжёт глаза. Слёзы. Они стекали по моим щекам, солёные и горячие. Слёзы усталости. Слёзы бессилия и неспособности что-либо изменить.

Я вытер лицо рукавом, изо всех невеликих сил заставляя себя идти дальше.

Мой шаг всё замедлялся, я чувствовал, как земля под ногами кажется ватной. Если я упаду, то не встану. Но если не дойду…

Я заставил себя сделать ещё шаг. И ещё. И ещё.

На горизонте показался бильярдный клуб. Небольшое здание с разбитыми окнами и тёмным фасадом. Оно выглядело пустым. Слишком пустым.

Я замер. Что, если там ловушка? Что, если Руслан не дошёл? Что, если он…?

Я качнул головой. Нет. Я не могу сейчас об этом думать. Надо идти и будь что будет. Если внутри меня ждёт смерть, то так тому и быть.

Я слишком устал, я не мог больше убегать или сражаться.

Дергающимися от напряжения пальцами я перехватил клинок покрепче, судорожно вдохнул и сделал шаг к двери, молясь про себя, чтобы он был там. Живой.

Я толкнул дверь и она поддалась, дёрнувшись вперёд с тихим скрипом. Внутри было темно, пахло кровью, хотя ей сейчас, наверное, пропах весь город, однако тел не было видно. Разбитые столы, перевёрнутые стулья и бильярдные шары, рассыпанные по полу, добавляли картине запустения. Негромко скрипнул пол под ногой, и я вздрогнул.

Я направился в подвал, силой воли удерживая себя от падения. Стены казались давящими, а лестница в подвал — чёрным провалом в неизвестность. Придерживаясь за стену, я начал спускаться, ощущая, как с каждым шагом сила окончательно покидает тело.

Я дошёл до двери и остановился, нерешительно протянув руку к ручке. Я безумно боялся. Не того, что там будет опасность. С таким исходом я уже смирился. Я боялся, что за дверью будет пусто. Что мой друг не дошёл, что сгинул в пути, что не выжил.

Больше всего на свете я боялся потерять своего единственного друга. Боялся остаться одному. Не знаю, смог ли бы я сражаться и дальше, не имея Руслана рядом со мной.

Я нажал на дверную ручку, толкнув дверь вперёд. С противным скрипом дверь отворялась, открывая вид на абсолютно тёмную комнату. Бетонные стены, пустые столы для бильярда и еле различимые очертания диванов.

Пусто. Тут никого нет. Внутри что-то будто оборвалось. От отчаянья я был готов выть и проклинать весь мир. Слёзы, лишь совсем недавно высохшие на моих щеках, рванули с новой силой. Я ввалился внутрь, шатаясь и теряя равновесие. Врезавшись в ближайший стол. Я ударил по нему обоими руками, в одной из которых всё ещё был зажат мой клинок.

Из моего горла раздался долгий полу-хрип полу-вой, олицетворяющий собой весь мой ужас и всю мою боль. Все мои мысли и моё пробирающее до души чувство безысходности. Что-то у меня внутри будто погибло в этот момент.

Внезапно за моей спиной раздался скрип половиц. Я развернулся и увидел её — тень. Чья-то чёрная тень, застывшая в позиции для удара. Сердце замерло. Тело не слушалось. Да и мне уже было всё равно. Я не хотел больше сражаться.

Я закрыл глаза. Истощение и усталость наконец взяли своё. Колени подкосились, и я полетел на бетонный пол, рухнув в темноту чертог своего разума.

Пробуждение было тяжелым. Сознание вспыхивало болью, а голова гудела, будто в ушах идёт на взлёт коммерческий авиалайнер. В горле пересохло так, словно я полночи глотал песок. Я моргнул, но свет лампы накаливания бил прямиком в глаза, заставляя меня зажмуриться. Лёгкие с трудом втянули воздух и я закашлялся, пытаясь унять боль в голове.

Я медленно приподнялся, чувствуя, как мышцы ноют, а бинты на руках тянут кожу. Бинты. Я замер, осознавая, что кто-то перевязал меня.

Я медленно осмотрелся. Коричневый кожаный диван, новый и пахнущий дорогой кожей. Небольшой столик рядом, на котором стояла бутылка воды и пара подсохших бутербродов. Жилет висел на стуле, оттёртый от крови, а мой клинок стоял у стены.

Кто-то спас меня. Кто-то. Я не знал, что думать. Сердце застучало в груди, а ладони вспотели. В груди медленно росла надежда.

Я потянулся к воде. Пальцы дрожали, но я всё же смог схватить бутылку и сделать несколько большой глотков. Вода была холодной и освещающей, мигом выбив флёр тумана из моей головы.

Я осмотрелся ещё раз, пытаясь найти подсказки. Ничего. Только эта странная тишина, которая давила на уши и потихоньку сводила с ума.

Где я? И кто оставил меня здесь?

Внезапно сверху раздался глухой звук — шаги. Я замер. Сердце забилось в груди ещё быстрее, а пальцы сами потянулись к клинку. Звук усилился. Кто-то приближался.

Я встал, пошатываясь, игнорируя жгучую боль в висках, сжав рукоять оружия. Внутри всё напряглось, адреналин заполнил вены. Если это очередная тварь, я не сдамся без боя.

Дверь распахнулась.

— Доброе утро, народ! Вставай, красавица! — громкий голос Руслана буквально врезался в уши, усиливая мигрень. — А, ты уже не спишь. Я, если честно, думал что ты сдох.

Он стоял в дверях, растрёпанный, с грязным лицом и весёлой улыбкой, но живой. Живой.

Я выронил клинок из ослабевших пальцев и почувствовал, как напряжение спадает, сменяясь облегчением.

— Ну ты и напугал меня, стратег. Не ну, серьёзно, ты хоть видел себя? — Руслан ухмыльнулся. — Весь в крови, вопли как у раненной самки кабана… Я думал в мою обитель забежало что-то новое и ещё более страшное чем обычные твари.

Я не выдержал — смех сорвался с губ. Хриплый, полузадушенный, но настоящий. Чувство облегчение наполнило меня до краёв. Я, как сумасшедший, сбрасывая груз пережитого ужаса.

— Ты не представляешь, как я счастлив тебя видеть, — выдавил я, отсмеявшись.

— А я уж я то как. Когда эта кошмарная волна поплыла за тобой, я думал всё, финиш. Сейчас его где-нибудь в подворотне зажмут и схарчат за милую душу. — Ответил он, сверкая улыбкой. — Рад, что ты вернулся целым, дружище.

— Да уж… Ох… — Покачнулся от усталости я. — Что-то мне не хорошо.

Руслан шагнул ко мне, подхватив меня под руку и поддерживая в стоячем состоянии.

— Ну, почти целым. Ты потерял много крови, брат, кто тебя так? — Его улыбка немного погасла.

— Прозвучит забавно, но я не знаю. — Вымученно улыбнулся я. — Не помню… Осколки витрины? Может быть.

— Витрины? Ну-ка рассказывай что с тобой приключилось. — Аккуратно присаживаясь вместе со мной на диван, сказал он.

— Да там и рассказывать особо нечего… — начал я, задумчиво потерев шею. — В общем, слушай. Стоило мне рвануть от тебя подальше…

Я рассказывал другу о своих одиноких похождениях, делясь переживаниями, мыслями, шутя и веселясь. Выплескивая весь страх и усталость через простой разговор с лучшим другом. Руслан слушал внимательно, не перебивал и поддерживал мои глупые и сумбурные шуточки смехом. Это было так на него похоже, так знакомо, и я просто был счастлив снова оказаться в родной компании. Снова смеяться, будто за мной только что не гналась сама смерть на протяжении нескольких часов.