"Фантастика 2025-114". Компиляция. Книги 1-32 (СИ) - Сантана Андрей - Страница 1007

— Твоей бомбой, которой ты хотела взорвать их.

— Для тебя это что-то меняет?

Камера, в которой содержалась Живетьева, располагалась аж на четвертом этаже. Мне даже пришло в голову, что туда было бы проще добраться с крыши, на которую наверняка есть выход. Но пока я продвигался осторожно к лестнице. На первом этаже узников не было, одни сплошные хозяйственные помещения и кабинеты.

— Ничего не меняет, — буркнул император. — Для меня князь Шелагин всегда был бельмом на глазу. Я и сам хотел его убирать, но отдавать княжество тебе, Арина Ивановна, — слишком жирно.

— Ты так дешево ценишь свою реликвию?

— Я ценю ее достаточно дорого, но напоминаю, что сидишь ты здесь не за взрыв, а за порчу реликвии. Ее ты должна исправить бесплатно. Это не обсуждается.

— Жадный ты, Костенька, — вздохнула Живетьева. — Жадный и неблагодарный.

— Мне все равно придется назначать туда губернатора, так почему бы не кого-нибудь из твоей семьи? — неожиданно расщедрился император. — Но сначала придется решить вопрос с Шелагиными.

— Решу, — уверенно сказала Живетьева. — Это уже вопрос принципа. Снимай же.

Раздалось звяканье: похоже, блокираторы укладывались сейчас рядом с реликвией. Потом пошло мягкое постукивание. Кажется, Живетьева воспользовалась своим пространственным карманом и доставала артефакты, которые ей могли понадобиться для изучения реликвии. Странно… Прошлый раз она тащила их с собой в сумке. Место в пространственном кармане, конечно, появилось после использования бомбы, но туда после взрыва Живетьева ничего не успела бы поместить.

— А вот теперь можно и посмотреть, — довольно сказала Живетьева, — что случилось с нашей прелестью.

— Моей прелестью, — ревниво сказал император.

— Костенька, да разве я возражаю?

Установилась тишина, а я наконец добрался до нужного этажа. Вход на него преграждала решетчатая дверь, за которой сидел охранник, увешанный артефактами как новогодняя елка. У нужной камеры виднелись еще и императорские охранники, стоявшие вплотную к двери. Кажется, не слишком подходящие условия для проникновения. И всё же лучше закончить здесь и сейчас, чем постоянно ждать удар из-за угла.

— Хм…

— Что скажешь?

— Она работает. Все признаки налицо.

— Меня она не признает. Ее не могли подменить?

— Нет, — уверенно сказала Живетьева. — Это настоящая. Я вижу.

— Тогда почему она не признает меня?

— Потому что ты — не настоящий.

— Что? Что ты несешь?

— Другого объяснения у меня нет. Ты недостойный император, и реликвия это чувствует.

— Сейчас недостойный император отрубит тебе голову, и на этом твои шутки закончатся! — вспылил он.

Но сделать ничего не успел: на его метке отразилось использование целительского заклинания. Я и сам не так давно использовал одно на Фадееве, так что подозревал, что императора сейчас собирались не лечить.

— Реликвия должна принадлежать достойному. Князья признают того, кому подчинится реликвия, — фанатично сказала Живетьева. — Так что прости, Костенька, но я ее забираю. Ах да, чуть не забыла…

Что она сделала, я не понял, но внезапно ее Метка исчезла, а у меня появилась свободная, после чего реликвия переместилась куда-то далеко, померцала и тоже перестала мной ощущаться.

«Портал рядом сработал», — забеспокоился Песец.

Метка императора же полыхнула и, словно рассыпавшись на множество мелких искорок, оставила после себя только серость, но и та выцветала на глазах. Кажется, у Костеньки не выдержало сердце. Если бы их слушали и пришли на помощь сразу, у императора были бы шансы выжить, но этого не случилось и вскоре у меня появилась еще одна свободная метка.

Это не радовало. Кажется, всё пошло не совсем по плану.

Охранники стояли у дверей в камеру спокойно, как будто ничего не случилось. О том, что их подопечный умер, сигнала к ним не поступило, поэтому будут стоять у дверей камеры еще долго, чтобы не помешать важному разговору императора с главой клана.

Возможное выпадение клинка из изнаночного металла манило проверить камеру на предмет того, что лежит сейчас рядом с императором.

«Неоправданный риск, — вмешался в мои размышления Песец. — Возможная выгода не стоит проблем, которые заполучишь, если вляпаешься. Если там клинок, его будет проще забрать из сокровищницы. Еще нужно срочно сообщить Шелагиным, что реликвия теперь у Живетьевой».

Его слова остудили почище ледяной воды, и я, осторожно выверяя каждый шаг, проделал обратный путь. Это ж надо так опростоволоситься. Теперь я был убежден, что, если бы чуть поторопился, успел бы добраться до Живетьевой. А так она сбросила Метку и смылась, прихватив реликвию императора. Кстати, а как ей удалось вообще сбросить Метку?

Я решил не отвлекаться на расспросы, пока не покину тюрьму, а то заслушаюсь и влипну в одну из ловушек, которых на моем пути хватало. Насколько я понял, бегло изучив заклинания в ловушках, служащие данного заведения должны были иметь что-то типа жетона с контрольными плетениями, определяющими для ловушек своих. Наверное, моих навыков артефактора хватило бы для создания такого жетона, но это место не слишком подходило для экспериментов. Хотя, как ни странно в такой ситуации, руки чесались сделать и проверить. Песец сказал бы, что во мне проклюнулся артефактор.

Дверь я открыл со всеми предосторожностями и вышел во двор, а смерть императора так и не зафиксировали, как и то, что одна из заключенных ушла порталом. Потратив время еще на Ступеньки для преодолевания забора, я рванул к торговому центру, попутно вызванивая Шелагина-младшего.

— Илья, что-то случилось? — встревоженно спросил он.

— Вы далеко уехали?

— Мы не уезжали. Я решил тебя подождать.

— Это хорошо, потому что мне срочно нужно увидеться с князем.

Одному Шелагину я решил ничего не рассказывать, только обоим. Заодно и мысли в порядок приведу.

Вышел я к машине из торгового центра, как будто никуда из него и не уходил. Даже купил там футболку для прикрытия в каком-то пафосном магазинчике, на табличке которого было написано, что в нашей стране они единственные, кто имеет лицензию на продажу товаров этой марки.

В машине Шелагин сразу поставил защиту от прослушивания, чтобы меня расспросить. Пришлось его разочаровать, потому что в моих планах сейчас было переговорить с Песцом.

«Как Живетьева сбросила мою Метку?»

«Что значит как? — вытаращил он на меня глаза. — Если есть заклинания, позволяющие ставить Метку, должны быть и заклинания, позволяющие сбросить чужую. В целительстве они изучаются даже раньше, чем в ДРД».

«У меня два возражения. Первое — я ни разу не видел чужих Меток и Маяков. Второе — если Живетьева знала о Метке, почему не сбросила раньше?»

«Первое — это вообще не возражение, — уверенно бросил Песец. — То, что ты не видел чужих Меток, не означает, что их нет и что от них не умеют защищаться. А второе… Здесь два варианта. Либо Живетьева хотела выйти на того, кто поставил Метку. Либо она о Метке не знала и использовала заклинание из тех записок, что ты в последнее время перестал изучать. Там довольно понятная серия рисунков с Меткой и ее исчезновением после применения. Простая предосторожность — сбросить возможную слежку».

«Думаешь, просто перестраховалась?»

«Без разницы, что я думаю. Главное — что думает Живетьева, — скромно ответил Песец. — И что делает».

«Почему защита тюрьмы не среагировала на Портал?»

«Наверное, не было нужного компонента в защите или он за это время стал порченным? — предположил Песец. — С блокираторами порталом не уйдешь. И, как я понял, они здесь вообще не в ходу. Даже император не пользуется».

Возможно, считаются опасной техникой, если вариант с ограничителем не сохранился? Предполагать можно было все что угодно, все равно пока я не знал, как все обстоит на самом деле. Да и не слишком это было важно. Главное, что ко мне ни в один из домов нельзя проникнуть порталами. Там от такого проникновения стоит защита.