Лето, пляж, зомби. Окталогия (СИ) - Выборнов Наиль Эдуардович - Страница 344

– Ну на ту, откуда БТР увели, вы ведь как‑то попали.

– Попали, – кивнул я. – Там у меня доступ был. Грома не пустило, а меня пустило. Только ты не радуйся особо, нет там ничего интересного. Домики быстровозводимые, склады, забор. Турели вокруг и интеллектуальные минные поля с датчиками. Может быть еще что‑то, но и все, так‑то они стандартные.

– Скучно даже, – хмыкнул парень.

– Ничего, – ответил я. – Ту, что под Зуей возьмем, налазаешься всласть. Там куча всего. И есть гораздо более интересные штуки.

– А… – проговорил он.

– Тихо, – прервал я его. – Базу уже видно.

И действительно, среди деревьев стояла та самая база. Естественно, не просто так: лес там попилили весь, да вывезли. А вот контрольно‑следовая полоса заросла, как и минное поле. Это тоже сразу заметно.

Что, неужели никого нет? Черт знает.

А вон грибок, куда номер жетона называть. Но сперва посмотрим немного.

Я вытащил бинокль, разложил его, настроил увеличение и принялся рассматривать территорию. Ничего особо не увидишь, тут надо с возвышения смотреть, но особых признаков жизни нет. Ни работающей техники, ни чего‑то другого подобного. Тишина и спокойствие.

Должны же хотя бы караульные ходить, верно? А уж если они на службу забили по причине армагеддона, то наоборот – веселье должно идти. Какую‑нибудь косулю завалить и жарить ее на мангале. Много чем можно заняться, пока командование спит. Военные – тоже люди. На позициях мы пьем энергетики, курим одноразки и жестоким образом казним пойманных крыс.

– Я иду туда, – сказал я, забрасывая автомат за спину, чтобы заранее продемонстрировать дружелюбные намерения. Форма на мне военная, так что есть возможность, что сразу стрелять не будут. – А вы стойте тут, прикрывайте. Если высунется кто‑то, первым не стрелять.

И пошел вперед, оставив позади своих товарищей. Ощущение такое, будто по минному полю иду. Все‑таки управляет этим местом пусть и искусственный, но все‑таки интеллект. Конечно, я не слышал такого, чтобы ИИ сходили с ума, хотя до этого непременно дойдет рано или поздно. Но вот настроить его можно по‑разному. Например, в режим максимальной паранойи, чтобы он открывать огонь по любому, кто появится в пределах зоны видимости.

Нет, не стреляют. Да и вообще такое ощущение, что там никого нет.

Когда я зашел за невидимую черту, люки в земле разъехались, и из‑под них выдвинулись турели и тут же нацелили на меня пулеметы. Остановился, готовый в любой момент броситься в сторону, пусть и знал, что от очередей этих пулеметов уйти будет чертовски сложно. Замер.

– Пройдите идентификацию, – послышался голос из динамика того самого щитка.

На этот раз робот не выезжал, меня не проверяли. Ну и ладно, привратник нам не нужен, мы не гордые. Я подошел к грибку, надавил на кнопку. Вытащил из‑за воротника бронежилета личный жетон, поднес его к камере произнес:

– Майор Сергей Краев, личный номер Р‑04819.

И отпустил. Что ж, теперь остается только дождаться вердикта искусственного интеллекта. Прошло несколько секунд – камеры отработали, похоже.

– Доступ разрешен, – проговорил голос. – Уровень доступа: полный.

Все, можно выдохнуть. Мое право признали, все отлично, можно идти внутрь. И провести за собой людей. Я повернулся и помахал рукой своим товарищам, мол, подходите.

Снова посмотрел на базу. Турели медленно спрятались обратно и люки за ними закрылись. Я дождался, пока ко мне присоединятся остальные.

– Знать бы, откуда у тебя доступ, – проговорил Иван.

– Ну так есть и есть уж, – ответил Алмаз все таким же тихим голосом. – Лучше есть, чем нет.

Я и сам не понимал, откуда у меня право пройти уже во вторую военную базу. Вроде звание невысокое. Может, потому что я в военной разведке служил? Черт его знает. Но это действительно хорошо, тут Алмаз прав.

Вопрос только в том, сработает ли он у той базы, что у Зуши. Потому что на этом держится весь план. Получится, значит отработаем ее. Если нет… Тогда придется отступать, придумывать что‑то другое, и кто‑то однозначно ляжет. А нас и без того не очень много.

Мы двинулись в сторону базу, вошли за стены. Ворот тут не было, даже заграждений не было, потому что сюда должна въезжать военная техника. Защита – это турели, а среди них ведь есть еще и те, что с ракетами. Так что они какой‑нибудь «Страйкер» отработали бы очень легко. С танком сложнее, там целиться надо хорошо.

Я осмотрелся. Эта чуть побольше, чем предыдущая, на которую мы влезли. По‑видимому с этого направления ожидали удара. Ну да, и неудивительно, мы ведь неподалеку отсюда встретили Роджер, самого настоящего американского морпеха. А с ним отряд был, который, правда, весь перемер, из‑за чего парень к нам и присоединился. И оказался ценным приобретением.

Да, я никогда не думал, что буду работать совместно с морпехом США. Вот она как жизнь‑то поворачивается.

– Похоже нет никого, а? – с какой‑то даже надеждой в голосе проговорил Ваня.

– Не расслабляемся, не расходимся, – ответил я. – Мало ли, вдруг прячутся. Если их немного, то вполне могут.

Кстати, роботов нет. Они‑то куда могли деться? Неужели и их с собой забрать умудрились?

КамАЗ гнать сюда рано, надо сперва проверить. И отключить защитную систему. Потом мы включим ее обратно – пусть будет, мало ли, кто еще сюда придет. А нам не хватало, чтобы на этой базе засели «Вороны» – выковырять их отсюда будет трудно. Особенно если среди них тоже будет человек с доступом к местному ИИ. А такие есть, у того же Изгоя он наверняка был.

Я перехватил автомат за рукоятки и двинулся вперед. Остальные тоже держали оружие наготове, и плотной группой мы пошли вглубь базы. Зашли за ближайший из домов, на площадку для техники.

– О, фартануло, – проговорил Иван.

Да, действительно. На площадке стояла БМП. Ну, не БТР, конечно, и не танк, по бронированию уступает, но все‑таки это боевая машина. И неплохая, у нас их вполне себе умеют делать. Все‑таки я считал, что наша техника все равно лучше американской. Хотя и поездить успел и на той, и на другой, да и повоевать тоже.

– Не лезть, – сказал я. – Может быть заминирована.

– И что тогда? – спросил Алмаз.

– Тогда попробую разминировать, – я пожал плечами. – Вряд ли в машине стали бы закладывать заряды на полное неизвлечение. Военные ведь могли вернуться сюда, а лишний БТР им понадобился. Пошли, арсенал посмотрим.

Мы двинулись обратно, и я пошел к одному из больших зданий с металлическими стенами. Таких несколько, но большая часть – это казармы. Но вот это – точно арсенал, базы все типовые, и я это помню. Немало времени на таких пробыл.

Я подошел к двери и открыл ее. И в нос сразу же ударил запах мертвечины.

– Блядь… – проговорил Иван севшим голосом. – Сейчас сблюю.

– Стойте тут тогда, – сказал я и двинулся внутрь. Я к этой вони уже привычен, и она никак меня не колышет.

На металлическом же полу обнаружился труп, уже потекший, старый. Не меньше пары месяцев лежит. Но мух нет, помещение все‑таки замкнутое, система вентиляции закрытая, с фильтрами, на случай, если газом каким‑нибудь ударит. Тело буквально нашпиговано свинцом, множество следов от пулевых попаданий. На форме видны погоны – старший лейтенант.

Ага, понятно. Бунт тут был, старшего по званию завалили, а потом съебали отсюда. Так что, скорее всего, людей тут больше нет. Наверняка, как только связь пропала, и уехали, ну разве что несколько дней посидели.

А вот оружие осталось. Причем, все относительно новое, в штабелях стоит. Не все, что по штату положено, кое‑что забрали, но вот АК‑12 в новой ревизии, где двусторонний переводчик огня, поудобнее. Сменяю свой на такой, он получше будет, чем старые. Все‑таки у них недостатки есть, которые доработали.

Ага, и пулеметы ручные есть. РПК‑400, тоже новые. АК‑400 на вооружение не приняли, а вот РПК взяли, пусть и не везде «шестнадцатый» на него сменили. Нормальный, кстати, ствол у него подлиннее, настильность получше, можно использовать в качестве марксманской винтовки. По идее еще и как просто штурмовую винтовку можно, но он потяжелее, особенно с бубном.