Звездные Рыцари (СИ) - Винокуров Юрий - Страница 7

Снова послышался вой шакалов. Неужели они взяли мой след? Я слишком мало знал о местной фауне, как, впрочем, и те, кто рассказывал нам о ней и раздавал брошюры. Это и неудивительно, предварительная разведка у новообнаруженных Мертвых Миров по очевидным причинам была минимальной. Лучше дела обстояли с уже исследованными Мертвыми Мирами, которые ожидали Перезагрузки, да и там случались сюрпризы, ведь Перезагрузка иногда кардинально меняла не только флору и фауну, но и сам рельеф планеты. Мертвые миры были одной сплошной загадкой.

Ну а я снова вскочил на ноги и легкой трусцой, сберегая силы, двинулся в нужном мне направлении, продолжая прислушиваться и внимательно оглядывая дорогу впереди. Ведь шакалы — это были не единственными обитателями этого мира, которые действовали «в отрыве» от месторождений элериума, хоть и самые многочисленные и мне сильно повезло, что я пока не встретил, к примеру, прямоходящего ящера высотой в несколько метров. Помнится из брошюры, эта сволочь очень быстро бегала, а её зубы были способны перекусить человека одним махом без особых усилий.

Впереди посветлело, я добрался до очередной поляны, либо же лес закончился, поэтому снизил скорость, прейдя на быстрый шаг, дабы не выскакивать на открытую местность неподготовленным. Осторожно выглянув из-за крайнего дерева, я увидел отвесную скалу длинного хребта, и большую пустую поляну, ныне перепаханную.

Посадочный модуль, ровно такой же, на каком прибыл на Скверну сам я, пропахал землю планеты чрезвычайно жестко приземлившись. Фактически, он развалился на три неравные части, но главное было не это. Внутри должны быть оружие, припасы и рабочий коммуникатор. И всё это мне чрезвычайно нужно…

Посадочный модуль «Romashka»'. Да, именно так странно и незатейливо назывался транспорт для высадки обреченных на мертвые планеты. Забавно было то, что этот модуль был одинаковым у всех Великих государств. Учитывая разницу менталитета, разные подходы к развитию промышленности и науке это могло бы показаться странным. Да даже концепция Военно-космических сил у Великих государств отличалась. К примеру — великолепные сверхмощные дредноуты у Золотой Лиги и авианесущие тактические группы у Единой Республики.

Но вот «Romashka» использовалась всеми Великими Государствами в Голодных играх. И за свои… Император знает сколько веков существования, даже не подверглась минимальным модернизациям. Потому что её конструкция была идеальной изначально — предельная дешевизна производства сочеталась с достаточной надежностью.

Ведь основной задачей посадочного модуля была доставка группы одаренных на поверхность Мертвого мира. По возможности — в целости и сохранности. Именно «по возможности», ведь Мертвые миры были богаты сюрпризами не только на поверхности. Энергетические штормы буйствовали в верхних слоях атмосферы, выжигая электронику любого достаточно сложного космического аппарата, который рисовал сунуться в этот недружелюбный мир.

А что «Romashka»? А этот посадочный модуль был напрочь лишен какой-либо электроники. Многочисленные посадочные модули сбрасывали на планету малыми группами из космоса, и они в свободном падении миновали верхние, самые опасные слои атмосферы. При приближении к земле отрабатывали простые химические тормозные двигатели и выбрасывался огромный парашют. Именно с помощью парашюта и опускалась «Romashka» на поверхность Мертвого мира.

Несмотря на проверенную веками конструкцию, двигатели иногда не срабатывали или парашют не раскрывался. Из-за воздействия Мертвого мира или же криворукости техников, которые готовили модулю к полетам. Это было неизвестно, да и не важно. Не важно для тех бедолаг, которые метеором стремительно летели вниз и разбивались об поверхность.

Похоже, этому модулю тоже не повезло. Мне трудно представить — на каком этапе, ведь скомканный и рваный парашют вроде присутствовал, вот только похоже модуль ударился о скалу при посадке. И ударился сильно. Настолько сильно, что его чрезвычайно прочный корпус развалился на три неравные части.

Посадочный модуль «Romashka», при взгляде на него сверху напоминал цветок с двенадцатью лепестками. Собственно, самим посадочным модулем являлась центральная часть — «соцветии», где располагалась абсолютно все механизмы. «Лепестки» же были жилыми капсулами, где располагались люди.

Насколько я знаю из истории, именно к этой компоновке люди пришли не сразу. Изначально использовались аналоги посадочных десантных модулей доблестной космопехоты, в которой бойцы сидели в одном помещении в противоперегрузочных креслах. Да и количество людей в одном модуле была сильно больше. Изначальная человеческая расчетливость указывала на то, что собрать в модуле сотню людей будет гораздо дешевле, чем разбивать их на условные десятки. Тем более, что подавляющее большинство всё равно не переживет инициацию и сдохнет прямо в момент приземления.

Однако, было одно «но». Одно очень серьезное «но». И называлось это «но» — статистика инициации. Статистика — штука неумолимая и неподкупная. И сухая статистика показывала следующее. При высадке первой волны участников Голодных игр на поверхность Мертвого мира происходит следующее:

— примерно 90% погибают в первые минуты/часы от взрыва собственного Источника;

— примерно 10% мутируют (теряя при этом разум и становясь дополнительной угрозой для выживших);

— примерно 0.2–0.4% инициируются — т.е. жалкие 2–4 тысячи человек из миллиона становятся потенциальными Звёздными Рыцарями.

Так вот во втором пункте и таилась потенциальная угроза для массового совместного сброса участников Голодных игр.

Мутанты… Вот где была настоящая проблема. Весь ужас Голодных Игр. Для немногих выживших, разумеется.

Их никто и никогда не создавал искусственно. Не было безумного учёного, ломающего ДНК ради идеального солдата. Это был так называемый «побочный эффект». Ошибочный отклик человеческой плоти на первозданное излучение элериума.

На бумаге всё выглядело просто — или ты умираешь, или инициируешься, или… становишься другим. Проблема заключалась в том, что вероятность третьего варианта — слишком высока.

Учёные в академиях Империи и семи Великих Государств называли это «эволюционным сбоем на клеточном уровне в условиях неконтролируемой гиперэнергетической среды». Военные описывали это проще: «Биоопасность: максимальная. Контакт: нежелателен. Агрессия: полная». А простые люди называли их одним словом: «смерть».

На Арлекине мне «повезло» увидеть весь этот процесс лично. Людей, теряющих свою людскую суть, когда плоть перекручивается, как перегретый металл. Когда кости вытягиваются, ломаются и срастаются обратно в дикой агонии. Когда мозг плавится, а сознание трескается. Иногда мгновенно, иногда в течение бесконечных часов и дней, в некоторых случаях неделями.

Вначале мутирующие люди кричат и молят о помощи. Они не понимают, что происходит. Затем их сознание окончательно угасает. И на первый план выходит совсем другое существо. Существо, что хочет только одного — убивать.

Я вспоминал один отчёт ученых Золотой Лиги, который прочитал при подготовке к миссии на Арлекине. Тогда он казался далёкой теорией, абстракцией. А теперь это стало реальностью, от которой зависела моя жизнь.

'Мутационные изменения у подвергшихся воздействию активного элериума проявляются на уровне стволовых клеток в течение 1–180 минут с момента контакта.

Основные векторы трансформации:

— усиление мускулатуры и костной массы;

— анатомические аномалии (частичная или полная перестройка физиологии организма, возникновение вторичных конечностей, усиленное зрение, ночное зрение, обострение обоняния, часто — прорывное увеличение силы и скорости);

— психоневрологические отклонения: деградация фронтальных долей, снижение когнитивных функций, импульсивная агрессия, инстинктивное поведение;

— в редких случаях наблюдается сохранение фрагментов сознания — речь, реакция на имя, эмоциональная память.