Контракт для нефтяника (СИ) - Дале Ари - Страница 13

Не говоря больше ни слова, разворачивается и отпирает дверь. У меня не остается другого выбора, как последовать за ним. У выхода снимаю с крючка свои ключи и вместе с карточкой засовываю в клатч. Черт с ним. Спорить сейчас бесполезно. Тем более, нас ждет бал.

Я никогда раньше не была в Гостином дворе, поэтому, когда мы выходим из машины, не могу сдержать удивленный вздох. Гомон голосов перебивает звуки инструментальной музыки. Вспышки камер и софиты освещают собравшихся людей, которых настолько много, что у меня едва не начинается паническая атака. Ненавижу толпы. Однажды я оказалась в давке, теперь стараюсь избегать места, наполненные людьми. Но холодный пот не успевает выступить на коже, потому что босс берет меня за руку и ведет к красной дорожке. Я послушно иду рядом с ним, останавливаясь только для того, чтобы сделать несколько фотографий. Хорошо, что Александр меня предупредил о то, что нужно будет попозировать для прессы, иначе я бы забилась в какой-нибудь угол от страха, а газеты на следующий день пестрили бы заголовками: “Нефтянику досталась нелюдимая невеста”. Но, благо, я была готова. Конечно, стучащего в ушах сердца избежать не получилось, зато на фотографиях я не буду похожа на лань, которая выбежала на дорогу перед несущимся автомобилем.

Мы без проблем заходим внутрь двухэтажного старинного здания и оказываемся в просторном бальном зале. Посреди него находится сцена с музыкантами, а по бокам множество колонн, за которыми мелькают охранники. Несколько человек замечаю на балконах второго этажа, а у дальней стены вижу длинный сервировочной белой скатертью стол с закусками. Желудок тут же болезненно скручивается, напоминая, что из-за нервов я ничего не ела целый день. Но я заставляю себя забыть о тянущем ощущении и перевожу взгляд на небольшие квадратные столики, за которыми почти нету людей. На самом деле, гостей для такого мероприятия немного. Они кучками распределились по залу, о чем-то разговаривая. А танцпол вообще пустой. Все самое интересное снаружи, что ли?

Александр достает из кармана телефон, читает сообщения, затем убирает обратно.

— Шейх скоро будет. Давай его подождем, — он не дожидается ответа и ведет меня к столикам.

По пути нам приходится ни раз останавливаться. Александр обменивается фразами вежливости с несколькими мужчинами в смокингах. Представляет меня каждому, с кем общается. Как свою невесту, конечно. Так непривычно слышать слово, описывающее мой новый статус, слетевшее с губ босса. Хотя не впервой. На рабочем собрании он прилюдно объявил о наших отношениях, “чтобы избежать слухов”, но при этом только создал их. Прошло две недели, а я до сих пор ловлю на себе осуждающе-любопытные взгляды и пытаюсь отделаться от коллег, задающих неудобные вопросы.

До столиков мы добираемся не так быстро, как хотелось бы. Я успеваю устать от пристального внимания, которое проявляют ко мне незнакомцы, когда узнают о том, что Александр собирается жениться. Такое чувство, что у меня на лбу появляется лампочка, и я превращаюсь в своеобразного единорога. Остановившись в очередной раз, раздражение достигает апогея. Голод тоже дает о себе знать. Для полного счастья не хватает только, чтобы желудок заурчал. Тогда я стану покрасневшей “лампочкой”. Сжимаю пальцы Александра и ловлю на себе его мимолетный взгляд. Как ни странно, босс тут же вежливо отделывается от своего собеседника, ведя меня к первому попавшемуся столику, больше ни с кем не останавливаясь. Стоит нам у него остановиться, Александр отодвигает стул и помогает мне сесть. Не могу отвести глаз от закусок, стоящих на дальнем столе.

— Ты голодна? — скрыться от проникновенного взгляда босса не получается. Киваю, краснея. — Подожди здесь. Я принесу тебе еды.

Стараюсь смотреть куда угодно, только не в спину удаляющегося босса. Отчего-то становится не по себе. Возможно, виной тому теплота, разливающаяся в груди из-за заботы Александра обо мне. А может быть, я просто устала от “качель” в наших отношениях?

В любом случае, на голодный желудок думать о чем-то настолько важном опасно. Можно придумать такое, чего нет на самом деле. Проходили, знаем. Поэтому вместо того, чтобы сосредотачиваться на своих недоотношениях, перевожу взгляд на музыкантов. Мое внимание привлекает девушка в длинном нежно-розовом платье сидящая на стуле и играющая на виолончели. Ее волосы распущены. Движения плавные, выверенные. Она полностью отдается процессу, теряется в музыке, которую создает. Девушка будто сливается с инструментом, а не просто им управляет. Появляется четкое ощущение, что они созданы друг для друга. Как бы мне хотелось найти дело, которое будет меня увлекать настолько, чтобы я в нем терялась.

Урчание желудка отрывает меня от наблюдения за завораживающей картиной. Перевожу взгляд на стол с закусками. А когда не нахожу там босса, хмурюсь. Где он?

Осматриваюсь по сторонам, но Александра нигде не замечаю. Вряд ли бы он ушел куда-то, ничего не сказав мне. Крепче сжимаю клатч и направляюсь к закусочному столу. Чувство голода тонет под волнением, зарождающимся в груди. Кончики пальцев холодеют, когда я приближаюсь к столу, у которого стоят только две девушки в черных длинных платьях с флюте в руках.

Скольжу взглядом по бальному залу в надежде рассмотреть внушительную фигуру босса среди прибывающих людей. Тщетно.

Тревога усиливается, прикрепляясь участившимся сердцебиением. Сглатываю ставшую вязкой слюну. Нужно вернуться на свое место. Александр будет искать меня там.

Уже собираюсь сделать шаг, как за колонной в темном углу замечаю босса, стоящего ко мне спиной. Его плечи напряжены, а еще он не один. Напротив него стоит миниатюрная брюнетка в длинном изумрудном платье с расклешенной юбкой и лифом, инкрустированным темно-зелеными камнями. Но не потрясающее одеяние привлекает мое внимание, а огромные глаза девушки, которые наполнены слезами. А еще она кажется мне смутно знакомой.

Ноги прирастают к полу, когда она прикрывает рот рукой, а Александр резко поворачивается и направляется в мою сторону с суровым выражением лица.

— Саша! — брюнетка перекрикивает музыку, но босс не останавливается. — Саша! — следует за ним, ее голос дрожит от сдерживаемых рыданий. — Я беременна!

Босс тормозит, а мое сердце болезненно сжимается.

Наши взгляды пересекаются.

Настолько разъяренного босса я еще не видела! Взгляд пылает яростью, черты лица заострены, грудь ходит ходуном, кулаки сжаты до побеления костяшек.

В глазах Александра читается четкое послание, адресованное мне: “Только попробуй сделать шаг”, прежде чем он резко разворачивается назад.

— Что за бред ты несешь? — его зловещий рык привлекает не только мое внимание, но и девушек, стоящих у стола с закусками.

Они спешат поскорее убраться от нас подальше.

— Ну-у-у, я думаю, что беременна, — брюнетка опускает глаза в пол, прежде чем жалостливо посмотреть на Александра исподлобья.

— Я не видел тебя уже несколько месяцев, — слова босса звучат тише и почти теряются в звучащей музыке, но мне все равно удается их разобрать. — Если бы это было правдой, то ты уже давно со мной связалась.

— Я звонила, — она переплетает пальцы перед собой. — Твоя помощница не хотела на тебя переключать, — ее нижняя губа начинает трястись, а у меня сердце пропускает удар.

Неужели это… Всматриваюсь в девушку. Да, черт, знает кто это. Какая-то… очередная.

Невольно вспоминаю, сколько мне пришлось отшить девушек, желающих поговорить с боссом, и содрогаюсь. Почему я не подумала, что кто-то из них может появиться, когда согласилась подписать контракт?

Желудок сводит, на языке оседает горечь. Становится до ужаса противно, но вместо того чтобы уйти, стою на месте, наблюдая за спектаклем, устроенным актрисой погорелого театра.

— Значит, это я ей велел не связывать тебя со мной, — раздражение отражается не только в голосе Александра, но и в его позе. Массивная спина из-за приподнятых плеч будто становится больше. Ноги напряжены, широко расставлены. Голова чуть наклонена к груди, из-за чего складывается впечатление, что босс вот-вот набросится на неугодную брюнетку и свернет ей шею.