Контракт для нефтяника (СИ) - Дале Ари - Страница 9

Разворачиваюсь как раз вовремя, чтобы заметить, как босс останавливается рядом с мамой, протягивает ей руку.

— Добрый день, Евгения Павловна, — улавливаю в смягчившемся голосе улыбку. — Я Александр, босс и по совместительству жених вашей дочери.

Лицо мамы вытягивается, становится еще белее, но во взгляде, который она бросает на меня, чувствуется непоколебимая сила. А еще предупреждение, что мне придется ой как долго объясняться.

Наш зрительный контакт длится всего мгновение, потому что почти сразу — мама вкладывает в огромную руку свои тонкие пальцы, а на ее лице появляется хоть довольно холодная, но все же улыбка.

— Ой, какой у вас статный зять! — лопочет, что-то жуя, сующая свой нос, куда не надо “соседка”.

Бросаю на нее взгляд, который четко говорит “заткнись по-хорошему”, но она даже не смотрит на меня, а во все глаза пялится на пятую точку моего босса.

Очень хочется зарычать, а лучше закричать, лишь бы этот сюр закончился, но вместо этого протяжно выдыхаю и обхожу большую фигуру “будущего мужа”.

— Мне тоже приятно, — говорит мама настороженно. — Я не знала, что у вас… отношения.

Едва встаю рядом с Александром, как этот проворный гад, хватает меня за талию и притягивает к себе. Теряю дар речи, чувствуя жар ладони и аромат хвои с ноткой табака. Но на этот раз он не кружит мне голову. Наоборот, появляется жгучая ярость, которая проносится по коже и останавливается в ладонях, вызывая желание врезать одному мужлану смачную оплеуху. Вот только даже пошевелиться не успеваю, как он снова огорошивает меня:

— Наши отношения начались не так давно. Оксана не хотела их афишировать, пока все не стало максимально серьезно. Вы же знаете, что мы работаем вместе, лишние слухи никому не нужны.

Поднимаю голову и во все глаза уставляюсь на босса. На его лице играет широкая, обворожительная улыбка. Если бы мои глаза могли вылезти на лоб, то я бы уже осталась без них.

Открываю рот, чтобы спросить: “Какого черта?”, но босс щипает меня за бок. Щипает! Едва не подпрыгиваю на месте и кошусь на наглые пальцы, которые снова вжимают меня в твердое тело.

— Как вы себя чувствуете? — Александр, кремень — стоит, не шелохнувшись, а вот я начинаю дрожать. — Я только сегодня узнал, что вы попали в больницу, — осматривается, — а то вас бы сразу определи в одноместную палату.

Обида, смешанная с виной, стягивает грудь, но я пытаю ее игнорировать. Куда больше меня интересует вопрос, что здесь делает мой босс? И как он узнал о маме?

А еще… мне кажется, или он намеренно игнорирует “соседку”? Та, аж насупилась, когда Александр даже не скользнул по ней взглядом, полностью обращенным к маме, на которую я боюсь посмотреть.

— Все в порядке, — в ее голове проскальзывает осторожность. — Ждем результаты анализов, чтобы понять, сколько мне осталось.

У меня сердце сжимается. Не выдерживаю, перевожу взгляд на маму. Она улыбается. Улыбается!

— Дурацкая шутка, — бубню, дотрагиваясь до руки босс и пытаясь отодвать от себя пальцы, напоминающие тиски.

Конечно, у меня ничего не получается. Вот твердолобый баран!

— Прости, — мама меняется в лице. — Это просто защитная реакция, — в ее глазах проскальзывает печаль, и я дергаюсь к ней, чтобы обнять, совсем забывая об оковах, не дающих пошевелиться.

— Пусти, — шиплю, заглядывая в лицо босса.

Он, наконец, обращает на меня внимание. Не понимаю, какая эмоция проскальзывает в его глазах, тем более она быстро скрывается под типичной для Александра жесткой маской.

— Конечно, — он убирает руку с талии, но, похоже, только для того, чтобы схватить меня за запястье.

Хочу уже выдернуть его, как босс разворачивает ладонь вверх и кладет на нее ключи.

— Надеюсь, ты не забыла, — Александр приподнимает бровь, — у нас вечером ужин с шейхом, — он целует меня в щеку, а я вздрагиваю. — Пойду распоряжусь, чтобы поторопились с анализами и переводом. Поговори пока с мамой. Не сомневаюсь, вам нужно многое обсудить, — он быстро выходит из палаты.

Головомойка от мамы — это не то, на что я рассчитывала сегодня. Но услышав: “Он — причина, по которой ты хотела уехать в командировку?”, произнесенное фирменным, испытующим тоном, поняла, что без нее не обойтись.

Вот только мне неимоверно повезло.

“Соседка” не собиралась покидать свой пост и нисколько не скрывала, что развесила уши, уставившись на нас. Поэтому пришлось просто заверить маму, что все хорошо и пообещать рассказать подробности, когда мы останемся наедине.

А потом начался настоящих хаос. Примчалась куча медсестер. Под руководством главного врача с седыми волосами и в белом халате они стали суетиться вокруг мамы.

Сначала ее перевели в отдельную палату: просторную с белыми стенами, холодильником, собственной ванной, соединенной с туалетом, и телевизором у потолка. Потом маму увезли на “дополнительное обследование”, а в палате стали появляться разные, незнакомые люди. Для начала миниатюрная девушка в джинсах и кожаной куртке принесла бежевый пушистый плед. Потом пришли мужчины в костюмах. У одного в руках были две корзины с фруктами, у другого — пакеты с продуктами, которые он тут же начал выгружать в холодильник. После чего появился врач. Именно с ним я разговаривала вчера, и очень подробно, человеческим языком рассказал новости о маме. При этом он странно на меня смотрел, отчего мне стало не по себе.

После нашего разговора, который только закончился, врач покидает палату с тихим бормотанием:

— Могла бы сразу сказать, что замужем за шишкой.

У меня глаза лезут на лоб, но не успеваю пойти за ним и уточнить, что он имеет в виду, как на пороге вижу босса! В своей обычной расслабленно-хищной манере заходит в палату с огромным букетом белых роз. За ним мчится медсестричка с вазой в руках. Пока Александр двигается через комнату и садится за стол у окна, девушка ныряет в ванную, после чего раздается звук льющейся воды.

— Что ты творишь? — шиплю, подходя ближе к боссу и нависая над ним.

Он, как ни в чем не бывало, поднимает глаза и пожимает плечами.

— Забочусь о своей теще, — кладет букет на стол, не отводя от меня насмешливого взгляда.

Я вроде бы должна возмутиться, но, ощущаю лишь тяжесть на своих плечах, поэтому только вздыхаю.

— Александр… — не знаю, что хочу сказать, но даже зарождающиеся мысли вылетают из головы, когда босс поднимается.

Теперь он нависает надо мной. Александр находится настолько близко, что я невольно отступаю, но тут же останавливаюсь, когда чувствую руку босса на пояснице.

Зеленые глаза пронзают меня. Аромат хвои и табака становится сильнее и оседает на языке. Пытаюсь сглотнуть, но не могу. Невероятных размеров ком застревает в горле, когда Александр шумно втягивает воздух, словно нюхает меня, и пальцами впивается в мою спину.

— Саша… — хрипит он.

— Ч-что? — почти не соображаю, мысли путаются и превращаются в желе.

— Зови меня, Саша, — босс приближается, в его глазах вспыхивает искра. — Мы все-таки женаты, — шепчет мне в губы.

Смотрю на него, хлопая глазами, пока смысл слов не доходит до меня.

— Мы не женаты! — толкаю его в грудь и, отходя, мотаю головой.

— Это пока, — Александр ухмыляется.

Теряю дар речи. Не могу поверить своим ушам. И глаза, похоже, тоже меня обманывают. Сейчас босс выглядит таким… довольным, что ли. Жесткий мужчина испарился, а передо мной появился кто-то незнакомый, игривый.

— Кхм… — доносится сзади. — Простите. Ваза.

Вздрагиваю, быстро отшагиваю в сторону, стараясь не вжать шею в плечи, и вижу покрасневшую медсестру.

— Несите сюда, — Александр вновь натягивает маску босса. Его глаза становятся холодными, а на лице нет ни единой эмоции.

День проносится в настоящей суматохе. Мало того, что маму таскают с одного обследования на другое, так еще и приезжает какой-то известный кардиохирург, чтобы провести осмотр и проконсультировать местный персонал.