Моя Академия 7 (СИ) - Листратов Валерий - Страница 3

Постепенно все навыки нарабатываются, а магические мускулы растут. Похоже, преподы любыми силами пытаются помочь студентам расширить возможности, ну и мои, в частности. Всё же, трудности остаются пока что только с пеленой.

А, может, просто совпадают их цели и мои желания? Ведь цели у нас плюс-минус одинаковые.

Мои мысли прерывает директор. Он заходит в кабинет в своем обычном костюме Академии.

— Утро доброе. Молодец, что не стал задерживаться, — кивает мне Генрих Олегович.

— Доброе утро, но мы же только что здоровались, — отвечаю ему.

— Как дела, Орлов? — смеется директор. — Так-то часа три с лишним назад. Считай, уже наступил новый день.

— Нет, я не об этом. Вот, сейчас, в коридоре, — уточняю. — Правда, вы были одеты по-другому. В гражданское.

— Я⁈ — удивляется директор и тут же мрачнеет.

— И где конкретно ты меня встретил? — поморщившись, спрашивает директор.

— Около столовой, неподалеку, — отвечаю и с интересом смотрю на Генриха Олеговича. Пока что вообще не понимаю, что происходит.

Директор недовольно жуёт губами.

— Может, помиритесь уже? — спрашивает Пилюлькин.

Генрих Олегович бросает на целителя острый взгляд.

— И магию, наверное, когда якобы проходил мимо «меня» ты тоже не почувствовал? — уточняет директор.

— Хм, — вспоминаю. — Не почувствовал.

Дверь в кабинет распахивается, и в помещение заходит ещё одна копия директора. Только в гражданской одежде.

— Привет, младшенький. Всё так же плохо себя контролируешь? — интересуется новоприбывший.

— На две минуты всего младше, — сквозь зубы шипит директор. — А ты всё так же не можешь без подколок?

— Целых две! — усмехается вошедший. — И да, не могу. — Во весь рот улыбается второй Генрих Олегович.

— Интересная у вас тут богадельня, — человек в гражданском окидывает взглядом целительскую. — О, Костя, и ты здесь?

— Здравствуй, Юра, — без негатива отвечает Пилюлькин.

Перевожу взгляд с одного директора на другого. Если бы не различие в одежде, то подумал бы, что у меня просто двоится в глазах.

— Ой, студент, дыру прожжёшь, — замечает незнакомый мужик. — Брат я его, старшенький, можно так сказать.

Незнакомец по-хозяйски проходит в целительскую и парой жестов создаёт кресло рядом с собой. Тут же в него садится. Странно, но при этом вообще ничего не чувствую — никакого возмущения эфира. Не вижу ни одного глифа, словно это кресло всегда здесь стояло. Кожаное, даже на вид мягкое, с изящной резьбой на деревянных ручках. Честно говоря, уместное здесь примерно так же, как таракан в супе.

— Юрий Олегович, — произношу имя гостя.

— Так и есть. Юрий Олегович, мой старший брат, — без удовольствия подтверждает директор. — Я тебя не ждал, Юра, — обращается к своему брату.

Брови Пилюлькина взлетают вверх, но он молчит.

— Это понятно, — соглашается брат Генриха Олеговича. — Но ты уж извини, — пожимает плечами. — Ваша проблема переходит в ведение Империи.

— Какая проблема? — сдержанно спрашивает директор. — Академия имеет статус экстерриториальности.

— Академия? — спрашивает Юрий Олегович. — Академия имеет, да. Но применённые у вас тут интереснейшие вещи с порталами — вряд ли. К тому же, нашествие в город, припоминаешь? И вишенка на торте — потери батальона зачистки. В общем, вы своими действиями заставили сторонних людей обратиться к нам. Тут уж наш секретариат подсуетился по моей просьбе. Соответственно, меня назначили на ваше направление. Рассказывайте, что у вас тут происходит?

— Знаешь что, у нас тут ещё двадцать пострадавших, — заявляет директор. — Давай мы сначала займемся их здоровьем, вылечим бойцов. А после этого спокойно поговорим, — предлагает он.

— Ой, — машет рукой старший брат. — Работайте себе спокойно, будто меня здесь нет.

— Ничего, что про этих бойцов узнает кто-то ещё? — удивляюсь.

— Ему без разницы, — машет рукой директор. — У него другой уровень решения вопросов, — вздыхает. — В общем, познакомься. Это Юрий Олегович, — директор ещё раз представляет своего брата. — Имперский маг. — Тот кивает. — Когда происходит всё то, что мы с тобой видели, — напоминает про поле с монстрами. — Чаще всего зовут таких, как он. И они выжигают с корнем всё это безобразие.

— Да, слышал, что после вашей работы даже пепла не остаётся, — говорю Юрию Олеговичу.

— Так и есть, смешной мальчик, — брат директора переводит на меня взгляд и с интересом разглядывает. — Но вы не отвлекайтесь, не отвлекайтесь. Я очень рад, что приехал в такое время. А то, что вы, очевидно, собираетесь заняться чем-то… — улыбается Юрий. — Не очень законным, то не переживайте. Меня это абсолютно не смущает. Продолжайте. Пока ваши занятия идут на пользу Империи, меня вообще мало, что смущает.

Пилюлькин выжидающе смотрит на директора.

— Генрих Олегович, может, всё-таки действительно начнём? — предлагает целитель. — Экипаж не сможет сидеть здесь сутками. Да и мне студента надо отпустить. Мы и так сняли его с занятий. Там физрук возмущался. Сами понимаете, не дело…

— Да, конечно, — отвечает директор и собирается с мыслями.

Замечаю, что присутствие Юрия Олеговича мне абсолютно по боку — будто маг отгородился от меня ширмой или специальной техникой. Заставляю себя посмотреть в его сторону и найти глазами кресло. Получается сразу же. При этом чувствую определённый дискомфорт и безусловное сопротивление. Ловлю на себе удивленный взгляд Юрия. Похоже, мужик умеет скрываться. И то, что я не поддался на его магию, дядьку явно заинтересовывает.

Говорить при этом он не торопится, только продолжает наблюдать.

— Студент Орлов, — обращается ко мне Пилюлькин. — У нас двадцать человек. Как будем работать? Медленно? Или как в первый раз?

— Тут вам решать, Константин Иванович, — отвечаю. — Не уверен, что могу адекватно оценить вред ускорений на организм. Вам виднее.

— Можешь, можешь, — подбадривает меня Пилюлькин. — Всё, что я сказал, для тебя релевантно. Все проверено. К тому же, тесты проводил. В общем, можно попробовать как в первый раз. Но, как ты помнишь, через несколько часов тебя срубит спать.

— Да, и не только, — грустно усмехаюсь. — Там еще несколько неприятных последствий, я помню.

— Да. Бойцов мы вытащим, — уверенно заявляет целитель. — Только эликсир проработает с запасом. Нам, по-идее, столько времени не нужно. Не думаю, что каждый первый — сложный. Бойцов всего-то двадцать человек, не восемьдесят. Но не забывай, есть и второй вариант — меньшее ускорение, но работать придется дольше.

— И после работы у меня останутся силы, — раздумываю над предложением. К тому же, Пилюлькин сам дает мне выбор. Будет какое-то время нормальной жизни. — Тогда давайте, все же, второй вариант, раз работа не срочная.

— Не срочно, — подтверждает Пилюлькин. — Они же все со стазисом. Мы ограничены только сменой бойцов в вездеходе. А пострадавшим какая разница? Для них всё равно — придут они в себя часом позже, часом раньше, — пожимает плечами целитель. — Народу немного, так что, смотри, как тебе удобнее.

— Если честно, хотелось бы нормально пообедать, — высказываю пожелание. — Наша работа с усилителями слишком похожа на конвейер. Когда мы работаем быстро, я почти не успеваю ничему научиться.

— Успеваешь. Просто незаметно. Но вообще, да. Во втором варианте торопиться не нужно, получается лучше, — соглашается целитель. — Значит, будем работать так.

Пилюлькин оборачивается к столу и берёт один из приготовленных наборов.

— Держи, порядок помнишь? — спрашивает. — Выпиваешь, и сразу начинаем работать. Здесь всего половина ускорения, — поясняет. — Спокойно делаем то, что нужно, без переживаний. У тебя всё получится.

В этом я как раз не сомневаюсь. Двух раз хватает, чтобы почувствовать уверенность в работе. Единственное переживание остается насчет сложных случаев. Не факт, конечно, что в этот раз такие будут, но вдруг? Если так подумать, мы уже перестраховались и снизили скорость отработки — это тоже может помочь.