Звездный Патруль. Компиляция. Книги 1-12 (СИ) - Лукьянов Артем - Страница 111

– Очень смешно… А мы тогда зачем?

– Мы – дублеры, Вико… Даже не так. Мы штрафники и отвлекающий развед-отряд. Со своей задачей справились. Лоялисты не заметили подкопа под землей.

– Очень обнадеживающе.

– Знаю, что звучит так себе… Но и мы конвой не провели – на последней фразе «Джуно» вздохнула.

– Может еще прорвутся. Подбросят резервов и вызволят нас…

«Джуно» покачала головой:

– Не. Не прорвутся… «Острую фазу» сбили прямо над пригородом. Их рыжий Барталай уже похвастался успехом. Сказал, что наше руководство нас уже списало, а резерв «Воид» для оказания помощи в прорыве погребен упавшей «климатикой».

– Врет небось, чтобы нас тут всех унизить и сделать более разговорчивыми – попыталась приободрить Вико напарницу.

– Нет… Никому мы тут не нужны. Они ни разу за 6 часов никого не забрали на допрос… Наоборот, притащили еще 2-х, потом 3-х пленных. Сейчас нас тут 23.

– Что будем делать? Может попытаемся прорваться? – чуть потише, прикрыв рот собственным опусканием головы спросила Виконта.

«Джуно» грустно покачала головой.

– Думали уже… «Гарды» на потолке. 4 штуки… Достать их нечем. У нас и руки связаны. Попытаемся убежать в сторону выхода, они нас всех порежут.

– Может они сначала предупредительный сделают? – не унималась Вико.

– Может и сделают… Только желающих проверять не нашлось. Место свободно – натужно улыбнулась «Джуно».

Виконта посмотрела за решетчатую стену, оделяющую их от нескольких контейнеров. Над ней тоже висели полусферы 2-х «Гардов», потому и туда никто не решался подойти.

– А там что? – кивнула она головой прикрываясь фигурой «Джуно» от назойливых красных глаз «Гардов».

– Бес понятия. Но желания выламывать ни у кого нету… Есть предположение, что там наше шмотье: шлемы, может модули и оружие.

– Точно не знаешь?

– Когда затаскивали очередную партию пленных, туда заходили конвоиры через дальнюю дверь и что-то сбрасывали, но разглядеть я не смогла.

– И она, конечно же, заперта – уточнила Виконта, сама уже зная ответ.

«Джуно» пожала плечами, просто кивком головы указав на «Гардов». Проверять Вико по понятным причинам не решилась.

Тем временем ожил экран, и появилось большое изображение Барталая. Он выглядел радостно, что было вполне понятно и объяснимо.

– Неуважаемые пленные интервенты! Вы давно наверное озабочены вопросом, куда подевался Михен со своими вверенными ему силами… Так вот хочу вас обрадовать!

Фокус камеры сместился в сторону, и она выхватила того, кто был возле него. Михен обнимал Барта за плечи, как какой-то старый-добрый друг или даже брат. Некоторые пленные тут же засвистели и запричитали.

–Урод! Предатель! … А мы ему поверили! Ублюдок!

Виконта не вмешивалась, посматривая на красные сенсоры потолочных «Гардов». Однако те спокойно реагировали на повышенные звуки. «Джуно», стоя возле нее, негодовала не меньше остальных.

– Какая же скотина этот Михен! Теперь ясно, почему его не трогали и спокойно дали дойти до моста.

– «Посох» же говорил, что по данным разведки на мосту было реально жарко… Хм… С кем же он тогда воевал? – удивилась Вико.

– Он сдал «лоялам» всех наших союзников, которые ему поверили. Не удивлюсь если этот упырь сам же и бросил их на излучатели и ракеты!

Виконта видела, как у «Джуно» сжались кулаки, хотя сама она не испытывала какой-то уж прям такой ненависти. Ей после всего пережитого за последние дни на Кроне стало как-то все равно. Она все больше и больше склонялась к мнению того самого пленного, что тут они все по некой злой воле, как оккупанты.

С экрана бодрое лицо седовласого Михена с суровым взглядом продолжало вещать на пленную аудиторию:

– Не-братья по оружию. Вы тут на Кроне всего лишь гребанные оккупанты! И вам тут не рады ни «лоялы», ни «реакты»! … Мы сами найдем выход в затянувшемся конфликте. Вас же ждет осуждение и позор!

На последней его фразе изображение сменилось на огромный размером в несколько сот метров в длину толстенный блин упавшей и горящей климатической системы. На этих кадрах освистывания и ругань в его адрес как-то сразу поутихла. «Джуно» тоже замолчала, но ее темно-зеленые глаза огнем горели, глядя на изображение полковника.

– Вы сознательно пошли на нарушение Конвенции и утаили чудовищные планы по уничтожения нашего города Кроненбурга! Гореть вам в аду, уроды!

Изображение снова сместилось на сладкую парочку Барта и Михена, которые теперь с осуждающим укором смотрели на пленных через экран. Виконте показалось, что они как-то слишком уж похожи внешне, как братья.

«А может они и действительно родственники. Оба со скошенными лбами, тяжелым волевым подбородком… А главное – ведь он прав… Мы кто!?»

Этот финальный вопрос на время задержался в ее уме и уже спустя секунду вызвал бурю негодования.

«Мы – Звездный Патруль! Мы присягу давали соблюдать Конвенцию даже до смерти!».

От собственных внутренних уничижительных и осуждающих фраз у нее внутри все похолодело. В голове роились мысли. Некоторые из них пытались найти оправдание, что и миротворцы нарушили Конвенцию. Однако это все не извиняло их, офицеров Патруля, хоть и проштрафившихся и угодивших сюда, но, все же, принесших присягу на верность.

Виконта вырвалась из плена собственных уничижительных мыслей, когда экран вдруг внезапно просто потух. В какой-то момент ей, да и не только ей, показалось, что «Гарды» на этих высокопарных словах под освистывания и ругань со стороны пленных вот-вот вмажут излучателями и покрошат всю их «камарилью». Она даже пригнулась, как и многие тут, находящиеся, включая «Джуно». Однако никакого расстрела безоружных связанных пленных не произошло. Экран просто отключился, будто и не было никакого представления.

Мы отличаемся от наемников тем, что имеем так называемый закон военного времени, который жестко карает тех, кто предал присягу. Я говорю об аннигиляции. К сожалению в последнее время в вооруженных силах Федерации на подобное закрываются глаза. А наказания сильно смягчены, давая проштрафившимся и второй, и третий шанс.

(Из бесед с командующим сухопутными силами в отставке Густавом Хоуми.

Би-Проксима.

2540`)

Фальк спешно собирал вещи. Уже по всем каналам связи с Кроненбурга в них как роторные стержни летели кадры фантастического по своему масштабу провала. Кадры с разбитой «Острой фазой», похоронившей под своими обломками большую часть тыловых и резервных частей «Воид», пестрили в полупустом штабе реакционеров. Михен постарался на славу, внедрившись во внутреннюю сеть и нарушив в свое время скоординированную работу всех информационных сервисов.

Сам Фальк узнал о случившемся с «Острой фазой» будучи в пути после удачной миссии по захвату рем-станции. Радость от победы над «Фантомами» и возвращения тех-центра на плато в миг улетучилась и развеяла всю его радость. Следом прилетело сообщение от ГЛТК о разрыве контракта, что враз похоронило все его предыдущее достижения. Ему вменили халатность и недооценку воздушных сил и средств противника, хотя именно тут, как ему казалось, все было вполне грамотно спланировано. На лицо было упущение капитана арбитражного «Галеона», но, очевидно же, корпорация никогда не признает вину своего. А о наемниках можно и ноги вытереть.

Было так погано на душе, что хотелось напиться и забыться. Кейс с подарком Михена, метой в ферро-стеклянной бутылке на глаза попался очень кстати. Фальк был страшно зол не столько на самого отставного полковника, который развел их всех, сколько на самого себя. Ведь он точно знал, что Михен шпион. Он в этом не сомневался, однако донести свою мысль до руководства не сумел. Фальк тяжело вздохнул, закончив сбор немногочисленных вещей. На взлетке уже ждал гуманитарный шаттл. Другой проигравшему наемнику был не положен. Ему предстояло лететь со всеми теми беженцами, которые ждали своего вылета.