Ледяная принцесса для мажора, Дилогия (СИ) - Хартли Кейт - Страница 20

– Это моя работа. А тебе здесь не место.

– Как и тебе.

Я подхожу ближе и мягко, но твердо освобождаю ее руки из этого мыльного ада.

– Элара, я все исправлю. Пойдем в академию. Пойдем со мной. – Делаю еще шаг и застываю, видя, как по щеке катится сверкающая слезинка. – Девочка моя, не нужно… Не плачь. Теперь все будет иначе.

– Не будет, – спокойно и очень уверенно отвечает она. – Люди не меняются, Деймон.

– Я докажу тебе, что изменился. – Стискиваю зубы, когда она отстраняется. Боюсь спугнуть. – Я все знаю. Я не такой, как Родерик.

Она вздрагивает. Смотрит на меня с ужасом.

Сглатывает и до крови прикусывает губу.

– Маркус в прошлом, Деймон. И я очень хочу, чтобы ты тоже стал моим прошлым.

Качаю головой. Нет. Этого не будет.

– Пожалуйста, Элара. – Я придвигаюсь к ней, глажу пальцами тонкую кожу щеки. Среди запаха мыла и чужого белья улавливаю тонкий аромат цветов. Он еще слышен даже среди этого ада и грязи. – Пожалуйста, вернись ко мне.

– Я никогда не была твоей, Деймон, – с горечью отвечает она. Но не отстраняется. Прижимается щекой к моей ладони – всего на мгновение, но я знаю – она тоже скучает. По мне, по моим рукам.

– Тогда стань моей, – шепчу ей прямо в губы. Хочу коснуться их своими губами, но не смею. Боюсь спугнуть ту малость, что снова просыпается в ней. Искрит между нами. Тянет ее ко мне.

И исчезает.

– Зачем? – Она все еще рядом, но теперь так далеко. Голос холодный, чужой. – Чтобы ты снова растоптал меня? Чтобы в третий раз разбил мне сердце? Или это новое пари, о котором я еще не знаю?

Я готов бросить к ее ногам весь мир, но знаю – она не возьмет. Не поверит.

– Одна ночь с тобой стоила мне стипендии, Деймон. Работы. Репутации. – Голос дрожит, как и ее пальцы. Она не смотрит на меня. – У меня не так много осталось. Прошу, уходи. Не отнимай еще и мое время.

Смотрю на нее, но не успеваю ответить. В каморку заходит толстая тетка с корзиной грязного белья. Роняет ее к ногам Элары и выпрямляется.

– Ларочка, что за красавчик у тебя тут? – она улыбается, явно не понимая, почему воздух вдруг сгустился.

– Мистер Аркрейн немного заплутал. Можете проводить его? Ему нужно в алый квартал, я полагаю.

Смотрит на меня – и сквозь меня. Как в день нашей встречи.

Вот только теперь это не злит. Это убивает меня.

– Ооо, мистер красавчик. А вы, оказывается, ходок, – тетка смеется низким грудным голосом и подталкивает меня к выходу, не оставляя возможности задержаться. Но не драться же с ней. – Вам вооон туда. – указывает она в сторону дальнего проулка.

Потом встает в дверях, перекрывая проем своим необъятным телом, и добавляет уже сухо. – Надеюсь, вы больше не заплутаете. Нечего вам здесь делать.

Элара

Два дня я не живу, а существую. Спина и руки давно перестали болеть. Они онемели.

Вместе с моим сердцем.

Он приходил. Он видел меня. Жалкую. Сломленную.

Сломанную им.

И самое странное. Самое страшное – он знает о Маркусе.

Он копался в моем прошлом. Из самых его глубин достал то, что я надеялась забыть навсегда.

Ночью я не могу уснуть. Стоит закрыть глаза – вижу Деймона. Его глаза – штормовое море. Его руки на моей коже. Его голос: «Пожалуйста, вернись ко мне».

А когда все-таки засыпаю, просыпаюсь с его именем на губах.

Вот и сегодня так же. Я открываю глаза, еще чувствуя на губах вкус его губ. Звучание его имени до сих пор бьется отголосками в моих ушах.

За окнами темно. Лина спит – все как всегда. Я ухожу на смену задолго до того, как начинает просыпаться академия.

Но сегодня что-то изменилось.

На моей тумбочке что-то лишнее. То, чего там не было вчера. Присматриваюсь и вижу конверт. Официальная печать академии. Рядом записка почерком Лины: «Принесли вчера вечером. Ты уже спала, не стала будить».

Сердце проваливается куда-то вниз.

Что еще? Какую подлость они приготовили на этот раз? Приказ об отчислении? Требование освободить комнату?

Но у меня впереди еще почти неделя!

Пальцы дрожат, когда я ломаю печать. Дар откликается мгновенно – и я чувствую... удивление? Радость?

Не понимаю.

Разворачиваю письмо. Читаю.

И не верю своим глазам.

«...рады сообщить, что анонимный благотворитель полностью погасил задолженность за Ваше обучение... включая текущий год и все последующие... вплоть до окончания магистратуры...»

Бумага выскальзывает из пальцев.

Анонимный благотворитель.

Я опускаюсь на кровать. Ноги не держат.

Кто? Кто мог...

Ответ приходит мгновенно. Очевидный. Единственно возможный.

Деймон.

Больше некому.

Злость вспыхивает так резко, что я задыхаюсь. Он снова пытается меня купить! Снова думает, что достаточно бросить горсть золота – и я упаду к его ногам!

Вот как он хочет меня заполучить? Не наигрался?

Мне не нужны его подачки! Я справлюсь сама!

Но...

Но я бы не справилась.

Эта мысль – робкая, честная – пробивается сквозь ярость.

Еще неделя каторжного труда – и я бы все равно не успела. Даже за год не успела бы. Меня бы отчислили.

А теперь...

Теперь я могу учиться. Могу закончить академию. Могу даже поступить в магистратуру!

Благодаря ему.

Слезы жгут глаза. Я не понимаю, что чувствую. Благодарность? Злость? Облегчение? Кажется, все одновременно.

А еще – странную, тянущую боль в груди.

Бетти не удивляется, когда я прихожу попрощаться.

– Знала, что ты здесь ненадолго, Ларочка, – она обнимает меня своими сильными руками, пахнущими мылом и чистотой. – Надеялась, что ты ненадолго.

– Спасибо вам. За все.

– Глупости, – она машет рукой, но я вижу влагу в ее глазах. – Ты больше не приходи сюда. Не место здесь такой девушке. Хоть я и буду скучать.

Я киваю и выхожу на улицу. Глубоко вдыхаю холодный воздух. Впервые за целую вечность он пахнет свободой.

Весь день я провожу как во сне.

Возвращаюсь в академию. С наслаждением принимаю душ, переодеваюсь в чистую форму. Распускаю волосы и без спроса беру косметику Лины. Она не будет злиться.

Лина налетает на меня с объятиями и расспросами. И я пересказываю ей содержимое письма. Только не упоминаю от том, что знаю, кто стоит за моей свободой.

Анонимный благотворитель. Для Лины он останется анонимным.

А для меня…

Я все еще не могу поверить в его бескорыстность.

Вечер застает меня в восточном крыле.

Я возвращаюсь из библиотеки, хотя больше там не работаю. Мое обучение оплачено, но в письме не было ни слова о том, что я снова могу вернуться на старую должность.

Но я просто хотела побыть среди книг. В тишине. Там, где всегда чувствовала себя на своем месте.

Коридор пуст. Светильники горят вполсилы – скоро отбой.

И тут я чувствую его.

Температура воздуха резко поднимается. По стенам скользят тени, которых здесь быть не должно.

Деймон.

Он выступает из полумрака – будто сам соткан из теней. Черная рубашка, длинные темные волосы, упавшие на глаза. Глаза моего любимого цвета – штормового моря.

Мое сердце пропускает удар.

Я останавливаюсь. Сжимаю кулаки.

– Я знаю, что это ты.

Он не отводит взгляда. Не отрицает.

– Я.

– Зачем? – голос срывается. – Зачем ты это сделал?

Он молчит. Делает шаг ближе. Я отступаю.

– Решил таким образом получить мою благодарность? – вкладываю в голос весь яд, на который способна.

Он не отвечает. Только приближается. Шаг за шагом.

Я отступаю, пока не натыкаюсь спиной на стену.

Дальше бежать некуда. Деймон все ближе.

Я неотрывно смотрю в его глаза. И вижу там то, что чувствую сама.

Боль. Огонь. Голод.

Что-то ломается во мне.

Я так устала. Устала бороться. Устала ненавидеть. Устала притворяться, что мне все равно.