Ужжасное Поведение (ЛП) - Фейри Дж. М. - Страница 20

А еще есть вся эта ситуация: «какого хрена я к нему чувствую и что это значит для моего будущего?». Я знаю его всего пару дней. Он мне очень нравится, может быть, даже больше, чем просто нравится, как бы безумно это ни звучало, но он здесь не в нью-йоркском отпуске. Сомневаюсь, что на его планете ему позволят просто съехаться со мной и забить на миссию, что бы он сам по этому поводу ни думал.

Я усмехаюсь про себя, наливая сливки в кружки, представляя, как выглядела бы моя жизнь, если бы я встречалась с ЖЖ здесь, в Нью-Йорке. Он ведь никогда не сможет открыто показываться на людях в своей крупной форме. Как ни крути, мы с ЖЖ никогда не сможем быть вместе.

Я трясу головой, беру две чашки кофе и иду к ЖЖ, который всё еще крепко спит в постели. Мне не нужно решать всё прямо сейчас. Мне нужно наслаждаться временем с ним, пока это возможно.

Я ставлю одну чашку на прикроватный столик, подползаю к ЖЖ и осыпаю его точеный подбородок поцелуями:

— Доброе утро! Ну, точнее, добрый день.

Его веки трепещут, и он открывает глаза; потягиваясь и закидывая руки за голову, он расплывается в искренней улыбке.

Мое сердце замирает, когда я смотрю, как перекатываются его мышцы, а на лице появляется невинное и удовлетворенное выражение.

— Держи, я сварила тебе кофе, — я протягиваю ему белую кружку, и он садится, чтобы взять её.

Он делает глоток, и его лицо искажается от отвращения, прежде чем он смотрит на меня и кивает:

— Ммм, как вкусно.

Я смеюсь, забираю у него кружку, делаю глоток и ставлю её на свой столик:

— Тебе не обязательно мне врать. Я же вижу, что тебе не нравится.

— А тебе нравится? — спрашивает он, всё еще не снимая скривившегося выражения лица.

— Да, но тебе не обязательно это любить. На Земле полно людей, которые терпеть не могут кофе.

Он придвигается ко мне и нежно гладит меня по щеке:

— Но я хочу любить всё, что любишь ты.

Я пожимаю плечами; мое тело уже рефлекторно отзывается на его простое прикосновение.

— Прости, дружок. Такова жизнь. Чтобы быть вместе, нам не обязательно любить одно и то же, — я напрягаюсь, как только осознаю, что именно только что произнесла.

Должно быть, на моем лице отражается ужас, потому что ЖЖ изучает меня, и его взгляд бегает туда-сюда, словно он подыскивает нужные слова.

— Я сделаю всё, что потребуется, чтобы мы были вместе.

Мои плечи опускаются, и я беру его за руку.

— ЖЖ, мне правда нравится быть с тобой, но я не знаю...

— Чего ты не знаешь?

— Нам нужно столько всего решить. Ты с другой планеты. Ты не можешь просто остаться здесь и слиться с человеческой расой. Я не представляю, как это может сработать в долгосрочной перспективе.

Он кладет руку мне на сердце:

— Но это должно сработать. Другого выхода нет. Мы обязаны всё уладить.

Маленькая принцесса внутри меня млеет от его слов. Каждая девушка мечтает о рыцаре в сияющих доспехах, который примчится к ней на выручку и вскружит голову. Может, и не в виде гигантской пчелы, но это уже детали. Я не могу подавить радость, трепещущую в груди, но мозг настойчиво призывает к голосу разума. Я затыкаю свой глупый мозг. О логистике мы можем побеспокоиться позже. Мы ведь даже не позавтракали.

Я беру его за подбородок.

— Давай просто решать проблемы по мере их поступления. Ты когда-нибудь пробовал земной душ? — от него не пахнет... ну, может, и пахнет, просто я слишком им увлечена, чтобы замечать, — но после такой ночи он, вероятно, не откажется освежиться. Кроме того, мне нужно хоть пару минут побыть без его близкого присутствия. Моя киска и так уже пульсирует, и ей нужно немного остыть, иначе там внизу у меня всё воспалится.

Он натянуто улыбается:

— На моей планете мы принимаем душ.

Я в шутку вскидываю руки, защищаясь, и встаю с кровати.

— Я и не говорю, что вы этого не делаете. Я просто говорю, что у меня есть просто потрясающая мочалка, которая может перевернуть твой мир.

Он подползает ко мне, встает, хватает меня и прижимает к себе:

— Только если ты присоединишься ко мне, — его твердый член упирается в меня.

Я не могу сдержать вырвавшийся вздох. По телу пробегает дрожь, и я уже готова уступить ему — его губы замирают в миллиметре от моих. Урчание в животе возвращает меня к реальности, и я быстро чмокаю его в губы, отталкиваю и несусь на кухню.

Он стонет.

— Мне нужно доделать завтрак! Как только мы поедим, сможем обсудить более интересные занятия. А пока иди в душ.

— Ладно, я приму твой дурацкий земной душ, но если тебе станет там одиноко, милости прошу, присоединяйся, — бросает он, прежде чем закрыть дверь в ванную.

Я даже не осознаю, что задержала дыхание, пока наконец не остаюсь одна. Что же мне делать? Дело не только в том, что я влюбляюсь в инопланетянина, но и в Кенте, моем бизнесе — моем здравом уме. В конце концов, я просто девушка. Как я могу со всем этим разобраться в одиночку?

Я домазываю масло на тосты и несу тарелки к барной стойке в углу кухни. Здесь, наверное, пахнет сексом, и это явно не помогает развеять феромоны, затуманивающие мой разум. Я открываю окно, затем сажусь на барный стул и начинаю листать ленту в телефоне. Может, доза чужой жизни в соцсетях поможет мне вспомнить, каково это — быть нормальными людьми.

Три громких хлопка заставляют меня перевести взгляд на гостиную. Сердце обрывается, а телефон выпадает из рук.

Трое огромных мужчин-пчел замечают меня и направляются в мою сторону. Самый низкий из них открывает рот и издает серию жужжащих звуков. Они все буравят меня взглядом, их антенны шевелятся в разные стороны.

Я наконец обретаю голос, когда они оказываются всего в паре шагов от меня:

— Эм, привет, парни. Барикс в душе. Он скоро выйдет.

Я часто гадала, испытаю ли я те же чувства, что и к ЖЖ, если когда-нибудь встречу других представителей его вида. Трудно понять, основано ли мое влечение к нему на его эволюционном дизайне или, как он всегда говорит, мы просто созданы друг для друга. Глядя на этих троих, я понимаю, что он был прав. Я не чувствую абсолютно ничего. Ну, не то чтобы ничего — они меня пугают до усрачки.

Самый высокий из них, с черным ирокезом и шрамом над суровыми глазами, хватает меня за руку, пока двое других обступают меня со всех сторон.

— Эй! Полегче, мужик! — кричу я, но уже слишком поздно. Один из них вкалывает мне в руку иглу, всё расплывается, и меня поглощает темнота.

Бесконечная тьма отступает, когда мои глаза медленно открываются. Голова раскалывается, и меня окружает пробирающий до костей холод. Я сажусь, прежде чем осмотреться, тру глаза и постепенно прихожу в себя, заново ощущая каждую клеточку своего тела.

Мое сознание медленно проясняется, и я понимаю, что нахожусь вовсе не в своей нью-йоркской квартире. Может, я в кабинете врача? Нет, точно нет.

Я лежу на полу в небольшой комнате, сделанной из какого-то белого металла.

— Эй? — кричу я. Может быть, кто-нибудь придет и объяснит, где я.

Ничего не происходит.

Я опускаю взгляд на себя и вижу свою серую футболку и трусы. Вид моей одежды возвращает воспоминания о последних мгновениях перед тем, как я потеряла сознание.

Меня похитили гигантские пчелы-инопланетяне.

Мое сердце бешено колотится, и я чувствую, как к горлу подкатывает паническая атака. Я вскакиваю на ноги и бросаюсь к стенам, пытаясь нащупать ручку или хоть какой-то выход отсюда. Я ищу всего пару секунд, а затем начинаю колотить по стенам и звать на помощь.

Сверху раздается роботизированный голос:

— Пожалуйста, сохраняйте спокойствие. Ваша текущая частота сердечных сокращений — 180. Подумайте о чем-нибудь хорошем и дышите ровно.

— Идите нахуй! Выпустите меня, а потом я подумаю о том, чтобы успокоиться! — кричу я наверх. Я даже не вижу никакого динамика, откуда мог бы исходить звук.