Землянка для наемников (СИ) - Солнечная Тина - Страница 1

— Говорила мама, не суй свой нос, куда не следует, — вздохнула я, ерзая замерзающей пятой точкой.

Металл подо мной холодный, но двигаться бессмысленно — руки связаны, запястья горят от жёстких пут, впивающихся в кожу. Я сжимаю пальцы в кулак, пытаясь заглушить страх хоть иллюзией контроля. В груди тянется неприятная пружина осознания: больше никогда не буду мешать похищениям. Никогда.

Какая же я идиотка! Какой глупостью было бросаться в драку с похитителями, надеясь, что удастся спасти девушек, которых уводили прямо посреди дня?

Результат был налицо — я сидела, притянув колени к груди, в тесном металлическом отсеке, который плавно, но неумолимо куда-то двигался. Куда — оставалось только гадать. Окон не было, воздух был спертым, со странной горечью на языке, а мышцы ныло, словно я долго лежала в неудобной позе. Меня похитили. Не просто схватили, не просто отбросили в сторону, а утянули за собой. Просто взяли, как ненужный мешок с картошкой, и закинули в фургон вместе с теми, кого я пыталась спасти. А потом… потом, похоже, что-то сделали с воздухом, потому что я отключилась, а очнулась уже здесь. Где «здесь» — загадка.Тогда, во время удара об пол, было больно — колено до сих пор не позволяло полностью вытянуть ногу, ныло неприятной тупой пульсацией, но адреналин делал своё дело, заставляя тело забыть о боли.

Рядом всхлипнули. Тонко, жалобно, словно сломанная птичка. Я подняла голову и покосилась на своих невольных спутниц по несчастью. Их было трое — все светловолосые, с одинаковыми узкими носами, большими глазами и идеально пропорциональными чертами лица. Не красавицы, нет — божественные создания. Настолько изящные, что в их присутствии можно было почувствовать себя кособокой неуклюжей девчонкой. Одна из них, та, что сейчас тряслась и вытирала слёзы о плечо сестры, выглядела самой младшей. Та, что её утешала — самой старшей. Средняя сидела напротив и сжимала кулачки так, что костяшки побелели, будто силой воли старалась не расплакаться вместе с младшей.

Я напрягаю слух, пытаясь разобрать, что они говорят, но не понимаю ни единого слова. Ни английского, ни французского, ни испанского — ничего знакомого. Их тихие, мягкие слова были похожи на звуки ручейка, журчащего где-то под плотно сбитым каменным сводом. Не грубые, не резкие — певучие, будто бы они даже сейчас не могли себе позволить как-то исказить собственные голоса страхом.

Я вздохнула и невольно сравнила себя с ними. Такими утонченными, воздушными, идеальными. А потом вспомнила своё отражение в запотевшем стекле кафе, из которого выбежала, пытаясь вмешаться в похищение. Темноволосая, с непослушными прядями, выбивающимися из косы. Глаза — слишком большие, нос — чуть вздёрнутый, губы — обычные, ничего особенного. В такой компании можно было запросто почувствовать себя серой мышью. Но сейчас это не имело никакого значения.

Они такие же пленницы, как и я.

И, судя по всему, мы все отправляемся туда, куда совсем не хотели бы попасть.

Металл подо мной холодный, но я уже почти не чувствую этого. Внимание приковывает нечто другое.

Одна из стен плавно отъезжает в сторону, и я вжимаюсь в стену, ощущая, как холод пропитывает мою спину. Не я одна — сёстры тоже сжимаются, будто хотят исчезнуть. И правильно делают.

На пороге стоит… не человек.

Дыхание перехватывает, в горле застревает ком, а я судорожно ловлю первую же мысль: головой я всё-таки ударилась. Иначе как объяснить такое?

Существо на двух лапах. Высокое, массивное, с шерстью, когтями и оскалом, который даже без эмоций выглядит так, будто мне собираются откусить лицо. Никаких привычных черт, но вот одежда… Одежда явно сделана под гуманоидное тело. Костюм, который в каком-нибудь фантастическом фильме смотрелся бы круто, но сейчас — просто пугает.

Мне хочется зажмуриться и пересчитать до десяти, но существо говорит.

Голос низкий, гортанный, а я не понимаю ни слова. И сёстры, похоже, тоже — та, что плакала, разрыдалась ещё сильнее, другая что-то забормотала, а третья выглядела так, будто вот-вот лишится чувств.

Я не моргаю, боясь хоть как-то привлечь внимание монстра, но он даже не смотрит на меня. Взгляд сосредоточен где-то за спинами сестёр, а в руке… бластер? Или что-то очень похожее.

Вот теперь точно всё. Галлюцинации. Стресс окончательно съехал крышей, и мой мозг просто не может принять реальность, превращая похитителя в чудовище. Ну а каким он ещё может быть, если просто так ворвался сюда с оружием?

Но он не успевает сделать ничего.

Позади раздаётся шум, хаотичные шаги, хлопок, похожий на выстрел. Монстр резко дёргается, разворачивается, зарычав, и исчезает в проёме.

Я замираю. В воздухе повисает тишина, если не считать всхлипов сестер.

Но не надолго.

В дверном проёме появляется человек.

Обычный. Человек.

Военный? Наёмник? На нём тёмный бронекостюм, из оружия в руках ещё идёт дым. Голос звучит резко, коротко. Всё ещё ни слова не понимаю, но он явно чем-то доволен.

Сестры, похоже, понимают. Одна из них радостно вскакивает и, насколько позволяют связанные руки, бросается ему навстречу, наталкивается грудью на его броню, прижимается. Он кивает ей и делает жест, предлагая остальным идти за ним.

Я всё ещё не шевелюсь.

Они разворачиваются ко мне и повторяют жест, мол, иди с нами.

Я иду.

Мы выходим из комнаты, и всё во мне холодеет.

Мы на космолёте.

Я понимаю это не сразу. Всё вокруг металлическое, холодное, тускло освещённое — но это не просто тёмный коридор какого-то подвала или грузового контейнера. Здесь воздух другой. В нём нет привычной тяжести, нет ощущения устойчивой поверхности под ногами. В груди разливается странное, неприятное чувство, словно желудок забыл, как работает гравитация. Не сильное, не как в лифте, но достаточно явное, чтобы вызвать дрожь в пальцах.

Потом я чувствую движение. Тихое, плавное, почти незаметное, но оно есть. Вибрация под ногами, лёгкий, еле ощутимый уклон, будто кто-то невидимый регулирует траекторию движения. Это не просто здание, не просто бункер. Это летит.

Желудок скручивается в тугой узел.

Я запоздало вспоминаю, как воздух в том фургоне — или что это было — изменился, как лёгкие наполнились чем-то неестественным, усыпляющим. Меня не просто похитили. Меня вывезли куда-то, где уже нет привычного мира, где нет дороги назад.

Господи, это не просто похищение. Это даже не торговля людьми. Это что-то совершенно не то.

В коридорах валяются трупы монстров. Тех самых. Их тёмная кровь растекается по полу, пропитывая металлические решётки. Запах металла и гари давит на нос, смешиваясь с чем-то кислым, химическим.

Меня почему-то это радует.

Но вопрос остаётся: кто нас спас?

Спасители выглядят, словно сошли с постера к фильму про косморейнджеров — снаряжение, оружие, серьёзные лица. Они точно не добрые самаритяне.

Нас переводят через шлюз.

Я даже не сопротивляюсь, только пытаюсь осознать происходящее. Другое судно. Другая каюта. Просторнее, но явно не пассажирский лайнер.

Внутри пять кроватей.

Нам развязывают руки.

Сёстры тут же сгруппировываются, садятся на одну кровать и обнимаются, но уже спокойнее. Они что-то шепчут друг другу, а я медленно опускаюсь на край другой койки.

Нас оставляют одних.

Я закрываю глаза и, наконец, перевожу дух.

Время тянулось медленно. Никто нас не трогал, никто не приходил, и я даже успела на какое-то мгновение поверить, что всё закончилось.

Но дверь открылась, и в каюту снова вошёл один из тех, кто нас «спас». Мужчина. Высокий, широкоплечий, в тёмной форме с какими-то эмблемами, которые мне ни о чём не говорили. Лицо жёсткое, губы сжаты. Он посмотрел на девушек и что-то сказал.

Я не поняла ни слова.

Сёстры тоже переглянулись, нахмурились, и одна даже слегка пожала плечами. Мужчина выдохнул, развернулся и ушёл.