Цветок для ледяного дракона (СИ) - Люськина Сова - Страница 7

Вопрос был таким неожиданным и простым, что я на миг растерялась.

— Цветы? О, я люблю все! Честно. От гордых роз до простеньких, но таких веселых фиалок. Мне кажется, в каждом цветке есть своя душа. Одни словно созданы для баллов, другие для того, чтобы дарить их просто так, от чистого сердца.

— Розы и фиалки… — задумчиво повторил он, глядя на меня интересом. — Любопытное сочетание. Говорит о многогранной натуре.

В его глазах плясали веселые огоньки, и я поняла, что этот ужин явно выходит за рамки простого «делового разговора», но, к своему удивлению, поймала себя на мысли, что мне это даже приятно.

Мы сделали заказ, и в воздухе повисла комфортная пауза. Я обвела взглядом уютный уголок, снова поймав на себе теплый, изучающий взгляд.

— А вы? — вдруг спросила я. — У человека, который так легко признается в уязвимости своего самолюбия, наверняка должен быть любимый цветок.

Дармир рассмеялся, и от этого звука по коже пробежали мурашки.

— О, я человек простой. Подсолнух. Нравится его цель. Всегда ищет солнце и поворачивается к нему, несмотря ни на что.

«Как и мэр, который в одиночку гуляет по вечернему городу и спасает незнакомок», — промелькнуло у меня в голове.

— Это… очень на вас похоже, — вырвалось, прежде чем я успела подумать.

Он приподнял бровь, явно польщенный.

— На меня? Интересно. А я-то думал, что я больше на тюльпан похож. Строгий, официальный и вытянутый от бесконечных заседаний.

Мы снова засмеялись, и в этот момент официант принес наши блюда. Аромат запеченной рыбы с травами и свежего хлеба заставил забыть обо всем. Мы ели, и разговор тек легко и непринужденно. Дармир расспрашивал о моих планах на здание, и я, забыв об осторожности, с жаром рассказывала о мастерских, выставочном зале, уютном магазине. Он слушал внимательно, кивал, задавал точные, дельные вопросы, и я ловила себя на мысли, что его мнение для меня вдруг стало важно.

— Знаете, — сказал он, отодвигая пустую тарелку, — когда вы так говорите, у вас глаза горят. Вам нельзя останавливаться. Этот проект должен жить.

От этих слов все внутри радостно перевернулось. Это была не просто похвала, а вера.

— Боюсь, одними горящими глазами крышу не починишь, — вздохнула я.

— Ну, для крыши есть стекольщики, сметы и помощь мэрии, — Дармир произнес это последнее с легкой, почти шутливой интонацией. — А для души энтузиазм.

Он дотронулся до своей чашки с шоколадом, которую мы, наконец, заказали на десерт.

Я взяла свою, ощущая тепло. Внутри бушевала буря противоречий. Дармир был обаятелен, умен, поддерживал мою мечту и одновременно был мэром. Человеком из мира, который когда-то жестоко обманул меня.

— Сэр Дармир, — произнесла я тихо, глядя на чашку. — Спасибо. Не только за сегодняшний вечер. А за все. За то, что не прошли мимо. За то, что верите.

Он не ответил сразу. Протянул руку через стол и на мгновение легонько прикрыл своей ладонью мою. Касание было быстрым, но от него по всему телу разлилось живительное тепло.

— Это вам спасибо, леди Белинда, — улыбнулся Дармир. — За то, что напомнили, ради чего стоит вставать по утрам и идти на работу. Ради вот таких горящих глаз.

Мы допивали шоколад в приятном молчании, и я понимала, что решение о «строго деловой встрече» потерпело полное и безоговорочное поражение. И, что самое странное, мне было совсем не жаль.

Время пролетело быстро, и мы вышли из кафе.

— Позвольте проводить вас, — сказал Дармир.

Обычно я бы насторожилась, вспомнила бы прошлое, но сейчас внутри все еще пело.

— Хорошо, — согласилась я, к собственному удивлению. — Только я адрес-то свой так и не посмотрела.

Дармир тихо рассмеялся.

— Не беспокойтесь. Я, кажется, уже догадался, о каком разноцветном ряде вы говорили. Пойдемте.

Шли мы пешком и, как ни странно, проблемой адрес действительно не стал. Я шла, словно повинуясь путеводной звезде, сворачивая куда надо. Похоже, за неделю беготни по городу успела выучить, по крайней мере, его центр.

Разговор петлял необычными путями, но непременно возвращался к моей будущей оранжерее. Кажется, я заболела. Иначе откуда такая легкость в теле и безумное количество идей, заполонивших собой разум.

Дармир, казалось, ничуть не против такой темы. Он с охотой слушал меня, поддерживал, подсказывал, как лучше или чего делать не стоит, и вообще был необычайным. Как давно со мной рядом не было мужчины, способного спокойно воспринимать мои фантазии да еще и вникать в них настолько.

Правда, червячок сомнения тут же засверлил глубоко в мозгу, что наверняка это неспроста. Что вряд ли такой видный мужчина, мэр, красавец, будет интересоваться какими-то цветочками. Но я задушила эту зануду на корню. Может, Дармир настоящий всего лишь красивая картинка, которая любит менять женщин — мне еще только предстоит его узнать. Но, по крайней мере, интерес в его словах настоящий, я это чувствую!

— Может, все же на каток? — отвлек меня от описаний очередного безумия чуть насмешливый голос Дармира.

Я огляделась и восхищенно охнула. Каток выглядел, словно живая иллюстрация к сказке. Мир давно погрузился во тьму ночи, но над ним сияли звездами аккуратные фонарики. В их золотистом свете пары, кружащие по льду, смотрелись персонажами тех самых сказок. Они танцевали, смеялись, целовались, и это было прекрасно. На миг я позавидовала этим беззаботным людям, возможности вот также прижаться к большому, сильному телу, спрятаться в его объятиях от всех невзгод и смотреть в полные любви глаза. Хоть раз бы почувствовать что-то похожее.

Но я тут же тряхнула головой, отгоняя глупые мысли. Хватит хандрить, у меня столько идей, что для плохого настроения просто нет времени!

— Нет, Дармир, простите, — улыбнулась я мужчине мягко. Его глаза сверкнули каким-то подозрением, или мне так показалось? — но в следующий миг мужчина с наигранным вздохом заговорил, вновь осторожно подхватив меня под руку и уводя в темноту улиц. — Ну вот опять. Вы так восхищенно рассказываете о цветах, что я не в силах выдержать такой жестокости!

Я тихонько засмеялась, прекрасно видя, как лукаво улыбается мужчина.

— Я даю вам слово, когда оранжерея будет готова, я непременно с вами покатаюсь! То есть, поучусь у вас кататься!

— Боги, как же долго ждать, — тяжко вздохнул Дармир и с нарочитой деловитостью заявил: — Тогда жду вас завтра. Подпишем бумаги, съездим к доверенным людям, которые, я уверен, сделают вам скидку на материалы и работы.

— Но как же? Вы же сказали, только в пятницу? — я с подозрением и при этом с нетерпением всмотрелась в лицо мужчины. Почему-то не верилось, что он сейчас откажется от своих слов, а значит, уже завтра я приступлю к работе!

— Ну, я тут подумал… завтра мне предстоит поездка кое-куда. Я выделил на нее аж три часа, но даю слово, справлюсь и за один, а два посвящу вашим делам! Так что, где-то к двум часам дня, заеду за вами.

— Но, зачем вам… — сдавленно просипела я, не веря ушам.

— Потому что я так хочу? — лукаво уточнил мужчина.

Сердце рвануло вскачь. Моя благодарность готова была вылиться на этого человека восторженным щебетом, пришлось силой удерживать в себе слова. Правда, полностью сдержать себя в руках не вышло. Я все же пискнула, всплеснув руками, и выдала:

— Спасибо вам! Вы самый лучший мэр в мире!

Дармир остановился, склонил голову, глядя на меня блестящими глазами из-подо лба. Улыбка стала какой-то неожиданно теплой.

— Я рад это слышать, хотя предпочел бы, чтобы прозвучали немного другие слова. Но… на это нужно время.

— О чем вы? — удивленно уточнила я.

— О вашем восторге, леди, он льстит мне лучше любых слов.

Рассмеялся мужчина, и мы вновь пошли по дороге. Правда, теперь я смотрела на него с некоторым интересом и подозрением. Казалось, он хотел что-то сказать, но не рискнул. А мне так хотелось узнать что!

— Ага, я все же был прав! — со смехом воскликнул Дармир, когда мы свернули на мою улицу. — Действительно, разноцветные дома, но, леди, не запомнить название Радужная⁈