Ученик Белого Дьявола 2 (СИ) - Голд Джон - Страница 34

Небеса разметят все пилюли, изготовленные Ненпао. Таковы законы Неба! Если на поверхности до трёх концентрических колец — это пилюли плохого качества. А также самый массовый продукт Поднебесья. Их штампуют все начинающие алхимики.

От трёх до шести колец-тиров — хорошее качество. Такие пилюли на открытом рынке встречаются довольно редко.

От шести до девяти концентрических колец — высшее качество. Пилюли такой чистоты могут изготовить только мастера-алхимики.

Девятый — высший тир — считается легендарным. Мастер-алхимик, способный сделать такую пилюлю раз в десять лет, сам по себе легенда!

Мастера-алхимики на соседних кораблях-печах дали Ненпао знак, что выдоили из пленных смертных последние капли жизни.

Схватившись за амулет связи, гранд-мастер ответил:

— Кхе! Переходим к третьей фазе варки.

Вззз!

Ненпао направил всю свою ауру на алхимическую печь, повышая внутреннее давление. Жидкая эссенция жизни должна обрести твёрдую форму! То есть стать теми самыми пилюлями, ради которых секта и прибыла в Пограничную Зону.

Под давлением могучей ауры Ненпао жизненная сила, выжатая из ста тысяч человек, стала превращаться в Пилюли Восстановления — один из самых универсальных продуктов Поднебесья. В некоторых школах и Академиях их используют как валюту для расчётов между адептами.

Лучшие экземпляры Пилюль Восстановления старейшина оставит для внутреннего рынка секты Кровавого Бога. Пилюли, сделанные из фракций среднего и низкого качества, пойдут на продажу и союзникам.

[Хе-хе! Всё во славу секты.]

БАБАХ!

В этот момент в силовой щит корабля ударила шестая молния. Она оказалась в десять раз мощнее предыдущей. От отдачи у Ненпао из носа, глаз и ушей хлынула кровь.

— ТЫ-Ы-Ы! — старейшина с ненавистью уставился на Барона Субботу.— Сколько на самом деле людей погибло тогда по твоей вине⁈

Темнокожий посредник в ужасе сглотнул.

— Возможно, не один город, а два…

Небо над ними сотрясалось, готовясь к новому удару. Видя это, Ненпао в гневе прорычал:

— Клянусь Небом! Если я не услышу сейчас всей правды, то выкину тебя за борт.

— Ну… десять городов, — проблеял Барон, видя, какая чудовищная мощь концентрируется в облаках. — Я распространил чуму по Империи Тотенхайм…

БАМ!

Восстановив силы, Пандо вновь резко рванул к кораблям. Ходячий лес, прикрывшись ледяным панцирем, ударил о силовой щит и стал его таранить.

В этот раз старейшине Зеланду пришлось выложиться по полной. Он швырял боевые талисманы один за другим, обрушивая на врага секты всю свою мощь.

— Гибельные Всходы!

Из-под земли выросли сотни кровавых шипов, пронзающих ходячий лес. Однако туша Пандо оказалась слишком большой. Приёмы Зеланда и его учеников в лучшем случае задерживали чудовище, но не могли его остановить.

— Надо было сразу его уничтожить! — произнёс вслух кто-то из учеников Ненпао.

С каждой минутой чудовище становилось всё сильнее. За минувшие часы оно не просто восстановилось, а минимум в три раза увеличило свою мощь.

Кровавые молнии оставляли в зарослях просеки, но Пандо продолжал переть напролом. Упираясь корнями в землю, он, как одержимый, тащил всю линию обороны секты Кровавого Бога к кораблю Ненпао.

— Остановите его! — рявкнул гранд-мастер.

Четыре судна окружили ходячий лес, пытаясь оттеснить его. В разгаре битвы с небес сорвалась седьмая молния.

БАБАХ!

Она с грохотом отразилась от щита флагмана, задела соседние корабли и угодила прямо в Пандо. На ледяном панцире ходячего леса выжгло широкую полосу. Грохот эхом прокатился по всей округе.

Небо продолжало сверкать, что намекало на готовящийся восьмой удар. Ненпао в полнейшем недоумении уставился на посредника.

— Что ты сделал, ублюдок?.. Что нужно совершить, чтобы даже тут… В богами забытой Пограничной Зоне… Небеса так отчаянно желали твоей смерти?

— Я… Я украл сокровища своей секты! Да, убил учителя… Уничтожил город и заразил ещё десяток чумой, но…

Небо озарила ослепительная вспышка. Ненпао пришлось на секунду отвлечься от алхимии. Он разом активировал все защитные амулеты и швырнул вверх пять флаконов из своей жилетки.

Бутыльки раскололись, и в воздухе материализовались фигуры воинов, сотканных из крови. Они выставили копья, принимая на себя восьмой разряд кары Небес.

БАБАХ!

Молния разнесла фантомов в клочья, а мощнейшая ударная волна разошлась по округе. Ослабев вдвое, разряд ударил в щит над кораблём Ненпао.

БАБАХ!

Со всех гор в радиусе тысячи километров сошли лавины. Земля дрожала так, что даже беснующийся Пандо вжался в почву. Деревья в ближайших лесах превратились в щепки, камни обратились в щебень. Звенящий гул наполнил воздух.

Мощь Небес всегда находилась за гранью сил, доступных адептам. У Ненпао от отдачи кровь пошла из ушей и глаз, всё тело ныло от перенапряжения. На соседних кораблях восемь старейшин, кашляя кровью, прервали варку. Продукцию из их печей можно выбрасывать на свалку. Процесс приготовления пилюль прерван, а это худшее, с чем мог столкнуться алхимик в своей жизни.

В мире Поднебесья такой удар Небесной кары оказался бы вдвое сильнее и уничтожил бы всё живое в радиусе сотни километров.

Видя, что Небеса не утихают, старейшина в шоке посмотрел на Барона. Темнокожий посредник разинув рот смотрел на сверкающие облака.

— Нет, посредник! Ты слишком мелок для такого гнева Неба… Дело не в тебе, — прошептал Ненпао и стал оглядываться по сторонам. — Даже если бы ты пустил под нож целую империю, Небеса не буйствовали бы так сильно… Надо срочно уходить отсюда!

Гранд-мастер сложил руками финальную магическую печать. Под ним, в корабле-печи, стали объединяться эссенции из целебных трав с загустевшей жизненной энергией, выкачанной из смертных.

Следом шёл финальный штрих — заранее разбрызганная кровь — так Ненпао ставил печать мастера на Пилюли Восстановления. Только в этом случае они затвердеют. Если этого не сделать, недоготовленная пилюля развалится и превратится в мусор.

То же время

Внутри корабля Ненпао

Взз…

Весь последний час Защитная Сфера гудела от напряжения. Двойник продолжал вливать в нас эссенцию жизни с золотистым оттенком.

Взз…

Давление на Защитную Сферу вдруг резко возросло! Мы с Краучем будто оказались между молотом и наковальней. Любое неправильное действие приведёт к смерти.

Взз…

Я почувствовал, как чужая воля пытается продавить мою защиту и навязать некое клеймо. Духовные частицы то и дело принимали форму какого-то символа, и тот двигался к Защитной Сфере. Я сдувал его Потоком, не давая коснуться тела.

Взззззззззззз…

Давление в помещении превратилось в постоянный гул. Где-то вдалеке не утихал грохот, отчего весь корабль вибрировал не переставая. Я сосредоточил всё своё внимание на Защитной Сфере и Двойнике, не давая странному символу нас коснуться.

[Нельзя сдаваться!]

Тело Крауча тряслось в судорогах, зубы сжаты, вены на шее вздулись. За минувшие часы у детектива окончательно сформировалась энергосистема. При взгляде на него через Сферу Восприятия я увидел нечто новое.

У духовного тела Декса образовалось что-то вроде оболочки золотистого оттенка. С каждой минутой она становилась крепче, а моему зрению становилось сложнее пробиться сквозь неё.

[Плотность… Плотность духовного тела! Она растёт,] — перевожу взгляд на свою руку. — [У меня тоже.]

В отличие от Крауча, моя энергосистема оказалась в разы сложнее и разветвлённее. Видимо, нахождение в алхимической печи и помощь Двойника усилили все ранее заложенные основы.

Среда внутри Защитной Сферы стала крайне агрессивной. Кожа на мне облезает и сразу восстанавливается. Всё дело в золотистой эссенции жизни, которую в нас с Дексом продолжает вливать Двойник.

Взз…

Давление снова возросло. Сотканный из духовных частиц символ опять появился. Мне пришлось пустить все ресурсы Защитной Сферы, чтобы его сдуть! Однако эта дрянь, потускнев и став практически прозрачной, всё равно смогла коснуться детектива.