Синие Топи. Истинная для проклятого - Сапфир Ясмина - Страница 2

На сей раз коммуникатор предупреждающе мигнул оранжевым.

Я быстро вызывала виртуальный экран.

«Обнаружено скопление неизвестных частиц. Классификация: неустановленная. Энергетический след: аномальный».

— Терра-мутиццы? Я их нашла? — прошептала я, чувствуя, как сердце забилось быстрее.

Я присела на корточки, почти касаясь пальцами мглистой поверхности болота. Совсем рядом с моей кочкой плавал странный сгусток — он переливался, как жидкий металл, и испускал то лиловые выбросы, похожие на волны, а то крошечные серебристые искорки.

— Ого! Что это? – пробормотала я, осторожно опуская тонкую нить-трубку для сбора проб в сгусток. Жидкость послушно втекла внутрь, а затем исчезла в контейнере, который после скрутки пространства стал невидимым глазу и спрятался в коммуникатор. Нить я вернула в специальный коробок, что умещался в поясной сумке.

В Топях любая аппаратура и скарб исследователя должны быть предельно компактными и незаметными. Руки и ноги нужно иметь максимально свободными. Никаких рюкзаков, сумок и прочего. Потому что иногда, внутри Аномалии, только твоя ловкость и легкость отделяют от гибели. Такие, как я, отчасти взаимодействуют с Топями, но… не с Синими Нитями, например. Жутким монстром, что выживал в глубине и питался энергией тех, кто попадался ему на пути. Опутывал странными энерго-материальными щупальцами, лишал воли, внушал видения, от которых жертва впадала в депрессию и поглощал…

Внезапно из коммуникатора выстрелило виртуальное табло.

Дело плохо – такое случается, если мне грозит опасность.

«Внимание! Внимание! Поблизости неизвестные частицы, похожие на мелгачастицы, но двух разных видов и еще один неизвестный компонент. Плотность излучения: критическая. Уровень опасности: максимальный».

Я выпрямилась пружиной, и по спине пробежал холодок.

Виртуальное табло замигало и скрылось в недрах коммуникатора.

Несколько! Разных! Неизвестных частиц!

Даже не одна!

Слишком ценное открытие, чтобы просто испугаться и ретироваться.

По идее, важно взять как можно больше образцов, пока они еще на виду. В Синих Топях все меняется ежеминутно. Отвернулся – и пейзаж совершенно другой.

Однако аппаратура продолжала настойчиво предупреждать об опасности, а дыхание болот, которое я временами словно бы ощущала, стало прерывистым и каким-то надсадным. Будто и они пытались меня предостеречь.

Однако же, я двинулась дальше, осторожно перескакивая с кочки на кочку.

Топи вокруг меня словно затихли, и пронзительная, ватная тишина окружила.

Болотная гладь стала глянцевой, словно темное зеркало. Лишь иногда из глубины доносился звук, похожий на глухой вздох — будто кто-то огромный и древний ворочался во сне.

Я почти вплотную приблизилась к границе Зеленой Долины Теней.

Еще пара шагов – и окажусь там.

Огляделась и… увидела его.

В центре небольшого, окруженного бурым туманом островка-кочки лежал камень — необычный, белый-белый, с алыми прожилками, что пульсировали, словно артерии. Он был размером с мою голову и выглядел совершенно инородно в этом мире ядовитых испарений и коварных болот. В Топях камней, как таковых, вообще не было. Все, что казалось твердым и похожим на них, на поверку оказывалось либо видением, либо обманкой болот, либо же кочкой.

Я осторожно приблизилась к странной штуковине, продолжая балансировать на кочках.

Раз, два, три… Еще немного…

Последний прыжок – и я оказалась на краю островка, где лежал удивительный камень. Из коммуникатора опять выскочил виртуальный экран с предупреждением об опасности и новых частицах.

Выскочил и замигал красным.

Значит, я правильно поняла.

Я, крадучись, перекатываясь с носков на пятки, словно боясь, что неведомый камень сбежит, приблизилась к нему и опустилась на колени.

Приборы зашкаливали. Неизвестные частицы были внутри штуковины и на поверхности. Казалось, она сама – спрессованный сгусток аномалии.

Я коснулась камня пальцами в специальных перчатках, уповая на защиту дара, которая еще ни разу не подводила, какие бы странности я тут не встретила. Топи не предупреждали, что этого делать не стоит, острого ощущения опасности пока не возникло.

Тугая волна прошлась по всему телу – частицы, энергии, силовые поля пронзили, будто стрелы и пролетели насквозь. Любая другая уже умерла бы, но мой дар исправно меня защищал, как я и полагала.

В эту минуту коммуникатор опять сигнализировал об опасности – причем, на сей раз еще и голосом.

– Внимание! Внимание! Максимальный уровень угрозы! Срочно покинуть это место!

Я почему-то подумала – речь о странном камне, который мне ничем не грозил. Но ведь коммуникатор не всегда это хорошо понимает. Иной раз он «забывает», что я – особенная, не такая, как все.

Поэтому я беспечно взяла камень – он оказался легким, как пух, словно и не булыжник, размером с голову, а так – птичье перышко.

Контейнер, скрутка пространства – и вот уже находка у меня в поясной сумке.

В эту минуту коммуникатор взвизгнул экстренным предупреждением, и… мир взорвался.

Лиловый, багряный, алый ослепительный свет пронзил сознание, и вместе с ним пришла волна такой силы, что меня отбросило на несколько метров.

Я больно ударилась спиной о далекую кочку, чувствуя, как выбило воздух из легких, все тело словно бы выгнулось дугой и опять вернулось в прежнее положение. Вот теперь уже помогли не способности, а костюм, который не позволял крутиться, вертеться и сгибаться в несвойственном организму диапазоне.

Внезапно в ушах раздался тоненький писк – усилился, так, что я закричала от боли – голова будто взрывалась. Затем, совсем близко, словно четыре обратных взрыва налетели один на другой.

Так вот о чем предупреждала аппаратура!

Сразу множество аномалий схлопнулись друг на друге, и звон в ушах резко усилился.

Я открыла рот в беззвучном крике, потому что сил на голос уже не хватало и бессмысленно сжала руками виски. Почудилось – сейчас голова треснет, как переспелый арбуз.

Топи всколыхнулись, плюнув ядовитыми брызгами.

Мир поплыл перед глазами, размылся до ярких пятен и смутных фигур…

Слабость накатила дичайшая – встречные аномалии высасывали энергию из всего живого и неживого. Выжить в таком случае могли разве что попаданки, вроде меня.

И то не факт…

Вот теперь точно не факт…

Силы ушли словно вода в песок.

Аномалии раскрылись вместе, будто несколько цветков слиплись лепестками в уродливую объемную кляксу.

И она начала будто бы растекаться…

Ого!

Вот теперь надо бежать.

Как только чудовища окончательно поглотят друг друга, случится масштабный взрыв.

И уже не обратный – а самый, что ни на есть, внешний!

Такой, что от этого места останутся одни лишь воспоминания.

И от меня… если не успею уйти.

Я попыталась подняться. Не вышло. Тело было слабым и ватным. Руки-ноги еле ворочались.

Я снова попробовала, опираясь на локти, заставить себя принять хотя бы сидячее положение.

Я должна вернуться к своему сыну! Увидеть, как он женится, нянчить внуков!

Я попала в этот мир с ним, и мой мальчик уже вырос, жил отдельно.

Я… обязана… выбраться… ради него!

Я с хриплым рычанием старалась изо всех сил…

Но нет, нет и нет!

Ценой огромных усилий, обливаясь потом, я отрывала себя от кочки и снова заваливалась на нее.

Уфф…

Похоже, это конец.

Лиловый сгусток слипшихся аномалий пульсировал и вздрагивал, будто живой, и это было последним предупреждением. Из коммуникатора выскочил виртуальный экран с сообщением: «ВНИМАНИЕ! НЕМЕДЛЕННО ПОКИНУТЬ ОПАСНОЕ МЕСТО! УРОВЕНЬ РИСКА КРИТИЧЕСКИЙ».

Даже не максимальный уже! Критический!

Дальше прибор скажет про Абсолютный уровень угрозы и все…

У меня даже не осталось душевной силы сражаться, не то, чтобы физической побороть слабость. Сознание увязло в каком-то густом, липком, как кисель, глухом безразличии. К себе, и к тому, что дальше случится.