Ангел со сковородкой - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 8

Они и кучера обобрали, и троих убийц дорезали и тоже забрали у них все, раздели догола, а карету ободрали до скелета. Коней свести не решились, но поживились на славу. Им повезло.

Может, и не скоро бы пришли в себя дамы, но в дверь опять постучались.

– Надеюсь, там не муж Моники? – пробормотала Гарази. И икнула – в дверь вошел мужчина.

Высокий, темноволосый, средних лет. Глаза серые, умные, плечи широкие, разве что худощав слегка, но и так неплохо смотрится. Костюм не из дорогих, но и не самый дешевый, ткань простая, но сидит хорошо, ладно.

– Энны, доброе утро. Счастлив видеть. Разрешите представиться – дознаватель Энтони Альберто Арройо. Я прибыл сюда по срочному делу. Скажите пожалуйста, экипаж синий, с золотом, на дверце герб Эррера, а также кучер… Франсиско Рейес, вам знакомы?

– Да, это наша карета и наш кучер, – подтвердила Моника, которая уже вернулась. – Вчера он возил меня к подруге. Что-то случилось?

– Где сейчас карета?

– В каретном сарае, наверное? – удивилась Моника. – Мы с дочкой приехали, а потом я же не наблюдаю, что с ней делают?

– А вашего кучера вы со вчерашнего дня не видели?

– Нет. Что-то случилось?

Спокойствие, только спокойствие.

Она уже в безопасности. И будет улыбаться, и кивать, она хорошо этому научилась за время первого брака. Главное – держать лицо.

– Да. На улице Зеркальной найдена карета с вашим гербом, и тело кучера при ней. И рядом несколько трупов.

– Боже, какой ужас! А… что Франсиско там делал?

– Вот это я и хотел бы выяснить, – согласился дознаватель.

Моника развела руками.

– Не знаю. Я пошла укладывать дочку… энна Виктория, вы же всем распоряжаетесь в доме, пока мой муж, ваш сын, в отъезде. Вы куда-то отправляли Франсиско?

Такой подлости энна не ждала.

– Я?!

– Ну да. Вы же сами так говорите, пока Альваро нет, вы тут хозяйка?

Крыть было нечем. И говорила, и командовала, и слуги, понимая, у кого тут власть, на Монику смотрели с сочувствием. Но приказания энны Виктории выполняли, хозяйки пусть между собой разбираются, а им, если что, с двух сторон достанется.

Дознаватель тоже понял расклад.

Внимательно осмотрел Монику, которая в платье легкого белого шелка выглядела невинной девушкой, перевел взгляд на остальных энн – Викторию Лореа в темно-синем, Гарази в красном шелке и Розиту в зеленом, сделал для себя какие-то выводы.

– Энны, мне нужно будет побеседовать с каждой из вас по отдельности.

– Я сейчас распоряжусь, пусть приготовят кабинет, – кивнула Моника.

– Можешь там и подождать дознавателя, – каркнула Виктория.

– Нет-нет, мы начнем с самой уважаемой энны, – легко отмел ее возражения Энтони Альберто. – Пожалуйста, распоряжайтесь, а я пока подожду вас здесь, энна.

– Надеюсь, вы понимаете, когда вернется мой сын, он будет очень вами недоволен, – попробовала надавить Виктория.

– А дознавателями вообще все недовольны, энна, ничего нового, – мужчина даже плечами не пожал. – Работа у нас такая.

Возмущенные взгляды его вообще не смутили, еще и пара стражников в гостиную зашла и у дверей встала.

Не сговоришься, значит.

Моника и сговариваться не собиралась. Они с Ангелиной уже обо всем договорились.

Кто-то мог предположить, что она отобьется и домой доберется? Нет?

Вот и отлично, значит, всем говорим, что ничего не было, и смотрим, кто и что решится предпринять. А потом и видно будет.

Допрос длился часа четыре. Но что интересно – все энны, как одна, и эн Хуан, все промолчали про Ангелину и ее присутствие в доме. Не сговариваясь.

Даже слуги. С ними-то все понятно, чего им в хозяйские дела лезть? Они как подерутся, так и помирятся, а ты хорошего места лишишься наверняка. Да-да, хорошего, адмирал Эррера не дурак, не сволочь, за каждую пылинку и соринку не вычитывает, помочь может, ежели что, и жена у него неплохая. Только тихая очень.

А что мамаша – стерва, ну так родителей не выбирают, пару раз в году ее потерпеть можно.

Маме было не до скандалов, она переваривала внезапно открывшиеся тайны жизни своего сына.

– Боже мой! Я и подумать о таком не могла! Двоеженство!

Мама и дочка переглянулись между собой – и обе синхронно вздохнули. Умная жена для Альваро – это, конечно, излишество, но Розита… ну какая ж она дура! Непроходимая!

– Рози, – Гарази присела рядом с подругой, – ты понимаешь, что это может быть враньем?

– Как же! А браслет? И портрет она опознала!

Иногда Розита все же пользовалась мозгами. А такой браслет мечтала надеть вот уже года три. Просто Альваро, понимая, кого ему пытаются подсунуть родственницы, соглашался жить на корабле. Лишь бы увернуться от счастливого брака.

– Ну…

– И какой смысл ей притворяться? Вернется Альваро – и ее выкинет!

А вот с этим были согласны и Виктория Эррера, и ее дочка. Выкинет, конечно. Но потому и непонятно, чего добивается эта жуткая бабища! А Хуан?

Несчастный молодой человек!

Официально-то он был приглашен Викторией Эррера, чтобы ухаживать за ее дочерью. Но Гарази Хуана не интересовала, а вот Моника – даже очень. Как тут было удержаться от приглашения? А вдруг будет шанс избавить сыночка от неподходящей ему девицы? И самой в стороне остаться, она ж ничего не сделала, просто пригласила молодого человека поухаживать за Гарази, а эта змея, которую ты, милый, пригрел на своей груди, и воспользовалась моментом… А тут и Розочка с утешением наготове! Мама лучше знает, кто должен жить с ее мальчиком, вот!

Как она с ним поступила!

Полное отсутствие манер.

– Кажется, она полудраконица, там у них такие фигуры в моде, – задумалась Гарази. – И она говорила про горы?

– Альваро не бывал в горах. Или бывал?

Точно Виктория не сказала бы. Сын в плавании, а куда уж он там плавает… куда-то! Могли встретиться, могли, что самое ужасное. А сколько лет этой бабе, и сколько лет назад они встретились? Тут если только впрямую спрашивать, по внешности не определишь. У Альваро взрослый сын вполне может быть, а у этой… если у нее драконья кровь есть, вон, какая женщина огромная, особенно сверху, то она всегда будет моложе своих лет выглядеть.

– Придется его дождаться, – вздохнула Гарази. – Другого выхода у нас нет.

Розита сморщила нос.

– Я не хочу жить в одном доме с этой бабищей! Я уеду к себе! Ох!

Розита сообразила, что ее семья сейчас на водах, в Бель-Варде, а жить одна она не может. Во-первых, это неприлично. Во-вторых, их столичный дом сейчас закрыт, дела у семьи Молина шли не блестяще, так что на все дома был один штат слуг, который хозяева возили с собой, так было намного дешевле. Дворецкий, он же лакей и кучер, экономка, она же горничная. А как жить без слуг, Розита не представляла. В-третьих, у нее просто не было денег. Так, немного, на пару шляпок, обычно все ее покупки оплачивала энна Виктория. И как жить?

Уехать не получится, к сожалению.

– Альваро скоро приедет?

– Через месяц или два, как получится в плавании.

– Так долго!

– Дорогая, это море, в нем многое зависит от погоды, от русалов, Альваро часто общается с этими рыбохвостами…

– Да… но какой у них жемчуг!

С этим были согласны все три дамы.

– Я подожду, – вздохнула Розита с видом мученицы. – Боже, на какие жертвы приходится идти ради торжества любви!

В романе эта фраза выглядела очень красиво. А в жизни как-то наигранно. Но какая разница, любовь у Розиты тоже была наигранной.

И всех трех дам это очень устраивало.

Энне Виктории требовалась спокойная и безбедная жизнь на шее у сына, лучше в качестве хозяйки его дома. Гарази нужно было приданое, которое и должен был выделить брат, ну и помощь потом регулярная и побольше, а Розите надо было замуж. Выгодно и побыстрее.

Наличие Моники ставило крест на всех этих устремлениях. И вот, когда дамы уже были близки к цели, когда можно было скомпрометировать и выгнать наглую проходимку…