Провинциальный остеопат (СИ) - Маревский Игорь - Страница 8

Хм… Опасно.

— Девушка, помедленнее, — я непроизвольно нахмурился, и она удивлённо посмотрела на меня.

— Это ещё почему?

— Просто… Не делай резких выпадов и торможений, спешить нам особо некуда.

— Эм… ну хорошо, — озадачено протянула она и продолжила тренировку.

По её взгляду было понятно, что решила, будто физрук, скорее всего, придирается, но я уже не слушал, так как всё больше и больше понимал одну весьма жуткую вещь. Интерфейс показывал не просто место боли, он умудрялся показывать причину, включая биомеханические цепи, связи и компенсации. Однако самое интересное, оно полностью совпадало с моими знаниями, полученными в процессе обучения.

А может, на самом деле это и была проекция моего разума? Только в виде виртуального помощника? Ведь, в конце концов, мы помним и знаем намного больше, чем кажется на первый взгляд, и вся информация хранится на задворках подсознания. Так что, в теории, всё возможно.

— Кисти мягче, Орехов, ноги согни. Молодцы, продолжаем! — продолжал отдавать команды, попутно пытаясь разобраться в происходящем.

Через какое-то время урок повёл себя самостоятельно. Студенты перестали пререкаться и молча выполняли команды и упражнения. Всё, что мне оставалось делать, — это держать темп и не давать им расслабляться. Не знаю, виной ли тому внезапное озарение интерфейса или довольно покладистая группа, но всё оказалось не так страшно.

— Заканчиваем, — скомандовал я после свистка. — Мячи на место, инвентарь вернуть в родные бухты. В следующий раз без формы в зал не пущу и поставлю прогул. Свободны!

Сорок человек моментально превратились в шумную и неуправляемую толпу. По залу прокатились разговоры, смех, скрип подошв о паркет и глухие удары волейбольных мячей. Студенты уже яростно обсуждали следующую пару, и даже нашлись те, кто жаловался на то, что физкультура в школе была намного легче.

Через пару минут хлопнула дверь раздевалки, и голоса постепенно стихли. Шаги удалялись всё дальше, и со временем спортзал неожиданно опустел. После четырёх десятков человек от внезапной тишины мне стало не по себе. Только гудящие под потолком лампы не давали забыть, что нахожусь в зале, а в трубах, проходящих через тренерскую, едва слышно журчала вода.

Орехов, то ли забыл, то ли осознанно решил не оставаться. Ладно, никуда он от меня не денется.

Я медленно выдохнул и опустился на ближайший гимнастический мат. Ноги внезапно стали ватными, хоть я даже и не вспотел, но меня трясло от того, что последние полчаса я вёл занятие, одновременно пытаясь не смотреть на полупрозрачные окна интерфейса. Значки, красные отметки и медицинские схемы, вспыхивающие над головами студентов, всё ещё казались чем-то сюрреалистичным.

Закрыв глаза, я понадеялся, что вместе с внешним миром исчезнет и эта проклятая картинка, но стало только хуже. Мало того, что интерфейс никуда не делся, так он ещё словно отпечатался на внутренней стороне век. Передо мной висела полупрозрачная схема пустого спортзала, в центре которой тускло светилась зелёная точка. И этой точкой был я.

«Режим ожидания. Поиск подопечных…»

Поиск подопечных… Ну как же. Я попытался мысленно выключить интерфейс, даже произнёс зачем-то это слово вслух, но ничего не произошло. Тогда попробовал иначе и зашёл с другого конца, но реакции не было от слова «никакой». Схема пустого зала продолжала висеть перед глазами, как назойлива муха, и с пугающей стабильностью ждала новых подопечных.

Паника постепенно нарастала, и пришлось заставить себя глубоко дышать, прекрасно понимая, что это ни к чему не приведёт. Вдох на четыре, задержка, выдох и снова задержка. Дыхание по квадрату само по себе не являлось идеальным средством, но оно помогало обрести иллюзию контроля над собственным телом, а всё остальное делал разум.

Через несколько циклов сердце перестало биться где-то в горле, а дрожь в пальцах стала слабее. Страх никуда не исчез, просто на время решил меня отпустить, но всё ещё выглядывал из-за угла и ждал возвращения новой волны.

Всё, хватит истерить, буду рассуждать логически.

Если бы ко мне подошёл человек и сказал, что видит перед собой то, чего быть не должно, я бы в первую очередь подумал о психике. Галлюциноз, бредовое расстройство, шизофрения или что-нибудь из тех разделов, в которых сильно не разбирался. Версия не из самых приятных, но отмахиваться от неё попросту нельзя.

Второй вариант нравился мне ещё меньше. Какая-нибудь неврологическая патология в виде опухоли в мозгу. Нарушение кровоснабжения, мигрень, может, поэтому я не мог уснуть? Мозг штука сложная, и организм иногда способен подкинуть сюрприз-другой, после которых даже самые безумные объяснения начинают казаться не такими уж и фантастическими.

Оставался ещё и третий вариант, самый идиотский из всех и потому самый пугающий. Внешнее воздействие. На меня набросился какой-нибудь секретный вирус из тёмных уголков Бауманки. Звучало как полноценный бред из дешевых ужастиков категории Б, но после того, как видел грыжу диска у студента без снимка МРТ, отметать совсем уж безумные версии у меня тоже не получалось.

Пока разум пытался уцепиться хоть за какое-нибудь рациональное объяснение, я открыл глаза и посмотрел на пустой зал. Всё было вполне реальным и материальным, вот только поверх этого мира всё ещё висела полупрозрачная плёнка моего нового безумия. В центре которого находилась зелёная точка, изображающая меня.

Значит, буду действовать по порядку. Проверю зрение, память, неплохо бы ещё провести тест на внимание. Если повторится — обязательно посещу специалиста и сдам все анализы. Нужно найти рациональное объяснение происходящему вокруг меня безумию, раз уж окно интерфейса видел только я.

Я поднялся с мата, чувствуя, как ноги перестают дрожать, и выдохнул. На краю зрения всё так же спокойно светилась надпись: «Режим ожидания. Поиск подопечных…» — и почему-то именно эти слова пугали меня больше всего. Не трёхмерные модели, не мысли о потенциальной опухоли мозга, а одно маленькое предложение. «Поиск подопечных»…

— Какая-то чертовщина происходит, — пробубнил я себе под нос и зашёл в душевую.

В такие моменты, когда мне требовалось хорошенько поразмыслить и найти решения проблем, я либо отправлялся на пробежку, либо устраивал себе банный день. Так как впереди у меня оставалось ещё много времени, то решил именно ополоснуться после тренировки и привести мысли в порядок.

Душевая в универе выглядела точно так, как и можно было представить. Старая, погрязшая в прежней эпохе, ей требовался ремонт не меньше, чем всему остальному зданию, но выбирать не приходилось. Из лейки сначала вырвалась ржавая, бурая струя, заставившая меня поморщиться, и пришлось дать воде хорошенько пролиться. Когда через несколько секунд она стала более-менее прозрачной, коснулся её кончиками пальцев и, к своему огорчению, понял, что придётся мыться без горячей.

Я встал под струю, закрыл глаза и медленно выдохнул.

Холодная вода стекала по лицу, шее и груди, даруя заряд бодрости. Этакий контрастный душ, только без горячей воды и, собственно, контраста. Своеобразное закаливание.

Несколько раз кончиками пальцев тщательно растёр виски, словно надеялся смыть с себя это безумие. Если всё происходящее было следствием усталости или перегрева, то вода должна была привести меня в норму.

Вот только сколько ни стоял под душем, сколько ни массировал виски, стоило мне открыть глаза, как полупрозрачная надпись «Режим ожидания, поиск подопечных…» никуда не исчезала.

— Великолепно, — пробормотал, выплёвывая холодную воду. — Просто великолепно!

Посмотрел на собственные руки в надежде увидеть хоть какую-нибудь информацию, но ничего не произошло, и это «ничего» как раз натолкнуло меня на мысль. Казалось, что интерфейс меня не замечал, или ему попросту было на меня плевать. Я специально сосредоточился на собственном теле: на шейных и поясничных отделах, и вновь мой виртуальный попутчик молчал. Зато стоило мне вспомнить студентов, как в голове моментально всплывали знакомые строки. Перед внутренним взором появилась фамилия Орехова, а следом возникало уже знакомое окно с его грыжей, в том числе, и рекомендации с процентами. И тут я открыл глаза от неожиданности.