Естественный интеллект - Орих Владимир - Страница 6

«Здравствуйте, Станислав! Что-то Вы совсем про нас забыли, не отвечаете на письма, не присылаете свои фото. Мы уверены, что у Вас есть чем поделиться с нами, ведь Вы любите фотографировать. А у нас хорошая новость: цены выросли! Присылайте, ждём!»

– Молодец, что сфотографировал машину своих соглядатаев. Нет, это не наши ребята, – говорил Рокотов. – Но пока зацепиться не за что. Мы пробили всё, что можно: владельца авто – он просто таксист, которому нечего предъявить; аккаунт и телефоны, счета тех, кто тебе писал письма и перечислял деньги. Всё одноразовое. Липовые паспорта либо мигранты, которых уже выслали. Настолько тщательно подчищены все следы, что поневоле задумываешься: и этому цена – всего лишь пять перечисленных тебе тысяч за одну фотографию невысокого качества? Возможно, это начало крупной игры, цель которой – подобраться к той информации, рядом с которой ты оказался.

Стас оформил сим-карту, вышел из пункта мобильной связи МТС, вставил симку в смартфон.

«Мой аккаунт под контролем. Возможно, заблокируют карту банка. Поэтому фото могу передавать только на флешке, и оплата наличными. Мне нужны деньги. Что нужно вам?»

Ответ пришёл менее чем через полчаса: «Нам нужны все фотографии двух твоих последних фотосессий. Размер оплаты тебя приятно удивит».

«Мне нужно 24 часа», – написал Стас.

«Завтра в 17:00 согласуем время и место обмена», – ответил телефон.

– И вы считаете, что им надо отдать все мои фото? Тогда у меня тот же вопрос: моя работа кому-то нужна или я просто фотограф-любитель?

– Стас, не кипятись. Во-первых, всю полезную информацию с твоих фото мы уже обработали. Причём обработали так, как знаем мы и никто, кроме нас. А в самих по себе фотографиях секретной информации нет, пока что и из космоса всё хорошо видно. Во-вторых, начни мы эти фото редактировать, это будет заметно. Да, конечно же, главное – именно набор фотографий. Вот его мы и скорректируем так, как нам выгодно. Личный контакт с преступником – дело серьёзное. Будь осторожен. Мы тебя, безусловно, будем страховать, но главное, я думаю… Попроси об этом Эдуарда.

«Переулок 2-й Пехотный, возле бара „Минутка“, 19 часов. Возьми цветы».

«Какие цветы?» – спросил Стас.

«Хорошие. Красные розы, 15 штук».

По Второму Пехотному переулку было одностороннее движение, и кафе-бар «Минутка» располагался как раз слева по ходу.

Стас уже несколько минут стоял возле бара, перекладывая из одной руки в другую дорогущий букет роз и всё время чувствуя на себе насмешливый взгляд огромного детины в кроссовках и свитере, неизвестно зачем прохаживающегося рядом. Стас достал смартфон, посмотрел на время. В этот момент прямо перед ним затормозила огненно-красная приземистая авдотья[6]. Водительская дверь раскрылась, на тротуар выставилась точёная нога в туфельке на высоченном каблуке – точно в цвет машины. Юбка была такого же цвета и ослепительно короткой.

– Это ты, что ли, Стас?

Хорошо, что Стас предусмотрительно запихал флешку между стеблями роз. Сейчас он заставил себя наконец поднять взгляд. Ярко, но со вкусом накрашенное миловидное лицо… Девица, посмотрев ему в глаза, выхватила из его рук букет и бросила на правое сиденье.

– Мне кажется, я тебя где-то видела. Ты, случайно, не Маринкин хахаль? Передавай ей привет.

Дверца машины захлопнулась, двигатель с турбонаддувом взревел и сорвал авдотью с места.

– Погоди! От кого? – Стас адресовал вопрос удаляющимся огням машины.

Он уже вполголоса пробормотал: «А деньги?» – и в этот момент обернулся. Детина в свитере взглядом показывал ему: на тротуаре валялась пятитысячная купюра. Теперь он смотрел на Стаса с явным уважением.

—Что мы имеем?– вопрошал Иван Иванович.– Красная «ауди-80» 1988 года рождения. Хозяин – владелец СТО[7] на улице Денисова. Как раз вчера он праздновал пятидесятилетний юбилей, и цветы предназначались ему. Валентина Шпакова двадцати восьми лет от роду, которая была за рулём машины, – его сожительница. Круг подозреваемых может быть достаточно большим, но в первую очередь это работники СТО. Авдотья постоянно паркуется там как в гараже. Работников пять человек, Валя для них своя в доску, они вместе не первый год увлекаются дрифтингом… Вот, пока всё.

Через два дня вечером Стас, разогревая ужин, услышал гудок телефона – пришло сообщение: «Загляни в почтовый ящик».

Первым желанием было вскрыть этот обычный почтовый конверт, на котором, однако, не было никаких надписей, вообще никаких. В последний момент, почти физически ощутив сопротивление в пальцах рук, Стас остановился. Отыскал пустой целлофановый пакет из продмага, положил в него находку.

– На конверте нет отпечатков пальцев, кроме твоих, Стас. Купюры – десять штук по пять тысяч – вообще только что напечатаны. Кстати, как и та, что ты подобрал на тротуаре возле бара. Сообщения на твой последний новый номер приходили… из Турции. Причём каждый раз с другого номера. Это всё подтверждает простую мысль: они – и это необязательно турки, а даже, скорее всего, не турки – не хотят оставлять следы, потому что это всё для них крайне важно. Честно говоря, я их понимаю. И так они в попе. И всё, что они могут, – разузнать о наших новых разработках, это очень нужный им шанс…

– Валерий Александрович, мне сегодня мысль приснилась. Почему бы мне на гонорар за фотографии не купить машину?

– И что же ты хочешь купить за пятьдесят тысяч, Стас? Самокат?

– Примерно столько или чуть больше стоит «немка», та же авдотья или мерс выпуска конца восьмидесятых. И ей прямая дорога сразу на СТО, где я и познакомлюсь сразу со всеми подозреваемыми.

– Не так уж глупо, как кажется на первый взгляд, – одобрил Иван Иванович. Они как раз вошли в кабинет каплейта с Петром Петровичем. – Эти машины при надлежащем досмотре ещё полста лет проходят, в отличие от тех, что выпущены в двухтысячных. Теперь ресурс машин до пяти лет не дотягивает. Наш «пассат» уже весь ржавый.

– У меня как раз есть знакомый, который такие машины пригоняет, – добавил и Пётр Петрович.

– Уговорили! – Рокотов поднял руки вверх. – Не поймаешь шпионов-бандитов, так хоть покатаешься…

Спустя три дня они все вместе рассматривали фотографии работников СТО.

– А вот этот молоденький пацан – он кто? Он же не в их команде.

– Он младший брат вот этого, Гриши. Постоянно крутится в мастерской. Не в последнюю очередь потому, что по-детски влюблён в Валю…

– Погоди-ка, – сказал Иван Иванович. – Не он ли заходил в твой подъезд как раз перед тем, как ты достал из почтового ящика конверт с деньгами? Помнишь, мы пацана с камеры срисовали?

– И ещё его миниатюрный силуэт больше всего похож на пассажира в том «пассате»-такси, что за тобой следил.

– Мы, получается, вычислили курьера, – сказал Рокотов.

– И роль Вали тоже, похоже, выросла в наших глазах.

– Да. До старшего курьера.

Был уже поздний вечер, когда в квартиру Стаса кто-то позвонил. Посмотрев не без опаски в глазок, Стас слегка оторопел, но дверь открыл. Перед ним стояла Марина.

– Здравствуй, Стас. Я тебе звонила и на почту писала… Но телефон ты уже сменил, да? А почту не читаешь… Можно мне войти?

Стас пропустил Марину, закрыл дверь и теперь молча смотрел на неё. Она почти неуловимо изменилась – повзрослела, что ли? И даже красивее стала.

– А ты что же, приехала к маме в гости? С мужем?

– Мама умерла. Я даже не смогла приехать на похороны.

– Прости, я не знал. Сочувствую.

– А замуж я так и не вышла. Я приехала к тебе, Стас. Сможешь ли ты простить меня?

Стас молчал. К такому повороту событий он явно был не готов. Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза.