Испытание жрицы (СИ) - Жукова Юлия Борисовна - Страница 12

Полянки поросли живокамнем — короткими толстыми растениями без листьев, похожими и правда на рябые камни, а самые крупные — на ботинки. Их методично собирали крестьяне — просто одетые мужики и бабы, даже дети, вооружённые специальными ковырялками на длинной ручке, которые позволяли не нагибаться, а подцеплять живокамень и забрасывать в плетёный короб за спиной. Нокк объяснил, что живокамни как раз составляют основу корма для скота, благо растут круглый год и даже под снегом. Выращенные же в глеровых домах овощи обходились слишком дорого, чтобы скармливать коровам.

Мы шли по тропинке в залитом бесцветным солнцем березняке с едва-едва набухающими чёрными почками, когда прямо передо мной из куста выкатилось нечто. Напоминало оно круглое птичье гнездо, только не из веток, а из тонких косточек, а в глубине что-то светилось.

— О, костерень, — сказал Нокк и наподдал шарику ногой. Косточки разлетелись веером, попадали в траву. А потом поползли друг к другу и снова собрались в шарик. — Этого руками не трогайте. Мелкий-то ладно, а вот если с голову размером или больше — могут прямо сквозь кожу кости высосать, без пальцев останетесь.

Меня замутило. Но — я сама сюда пришла, и вовсе не для того, чтобы пугаться каждого куста, хоть и костяного. Я хотела опробовать свой дар.

Круг из рун вызвался сразу, по первому желанию, ярко-жёлтый на фоне чёрно-белого леса. Я присела на корточки перед — костеренем? Костернём? Он угрожающе раскачивался из стороны в сторону и светил из глубины себя огоньком. Я покрутила обруч пальцем, пока не докрутила до слова «Поглощение». Вот бы его поближе поставить, спереди… Может, это в «Интерфейсе» можно настроить? Понятия не имею, что это, но почему-то казалось, что управление там.

Возникла знакомая надпись:

Использовать как источник биоматериала? Да/Нет

Я ткнула в «да». От костерня ко мне протянулась золотая ниточка, он замер, задёргался, а потом распался на косточки, которые уже не двигались.

— Ого, — сказал Нокк, присаживаясь рядом. — Жёстко вы его.

Натянув на пальцы рукав рубахи, он разворошил косточки и извлёк маленький мутный камешек.

— И кристалл пустой. Выходит, вы его прямо из живой твари выпить можете?

Выходило, что так. Пустой кристалл такого низкого класса ценности не имел, так что брать мы его не стали.

Следующие пару часов я упражнялась в высасывании виллидиров первого класса, называемых «Недвиги». Собственно, в Ближнем поясе водились только Недвиги и Шныри, и из Шнырей нам попадались только костерни. Вот я и поглощала: мырквы, костерней покрупнее, пепельников, похожих на ползучие кучки золы, бледнокорня — торчащих из земли белёсых щупалец, норовящих впиявиться в ногу, плесени-шептуньи и студневика. Последний оказался особо коварным, ибо выглядел, как лужа, но едва не засосал мою ногу — Нокк вовремя воткнул в него нож.

— Его простым ножом можно убить? — удивилась я. — А от сапога ему ничего не делается?

— Нож не простой, а артефактный, — обиделся Нокк. — Да и сапог у вас непростой, сразу не застрял. Обычный-то сапог вообще не вынуть было бы. Но студневик не сдох, только отпустил.

Я покрутила свой обруч. Нокк его не видел, для него все мои движения были просто загадочными пассами жреческой магии. Большинство опций для студневика были недоступны, в том числе Поглощение. Видимо, он из чего-то уж вовсе непригодного. Я выбрала Дезинтеграцию.

Перед моими глазами возник столбец прогресса, студневик забулькал, словно закипая, и от него повалил пар. Столбец заполнился на треть, когда вдруг возникло сообщение:

Ошибка. Дезинтеграция прервана. Недостаточно мощности.

Мощности⁈ Чьей???

На этот вопрос мне никто не ответил, так что студневика пришлось добивать ножами. Так себе удовольствие — будто жидкий клей режешь. Под конец я ещё попыталась попробовать Модификацию и Нейтрализацию, но они обе выдали ошибки:

Отсутствует алгоритм

И это мне тоже никто не объяснил. Ладно, приду домой почитаю книжки.

На всякий случай я попробовала дезинтеграцию на мыркве и каких-то грибах под названием кровни. Они выглядели, как тёмные плевки с длинными студенистыми щупальцами, а название как бы намекало, что руки под эти щупальца лучше не совать. На этой мелочи Дезинтеграция срабатывала: виллидиры рассыпались в порошок, а в горке порошка можно было даже найти полный кристалл. В зависимости от размера твари кристаллы попадались мутно-светлые или мутно-тёмные, в официальной терминологии — серые и бурые, соответственно, первого и второго ранга. Нокк напихал мне этого добра полную сумку — мол, отдадите Лив, она их и в светильники вставит, и в стирку насыплет, в общем, будет рада, а то ей на каждый мелкий мутный кристалл надо заявку заполнять и отчёт писать.

Сам Нокк тоже без добычи не остался: когда мы зашли довольно глубоко и больше не сталкивались с крестьянами, он обнаружил овраг, кишмя кишащий снулитками. Выглядели они вполне как улитки, только испещрённые контрастным узором в виде светлых колец на тёмном фоне. Нокк сказал, что если вынести снулитку из Сальфьяллы, она станет лиловой с жёлтым. Снулитки были условно съедобны — неплохи на вкус, но вызывали сонливость, за что их весьма любили назначать от бессонницы. И самих по себе, и выварку из них в виде снадобья. Нокк сам бессонницей не страдал, скорее уж наоборот, но их можно было неплохо продать, потому что попадались они редко.

Движение я заметила случайно — краем глаза, потому что стояла лицом к Нокку, который собирал снулиток. Мне показалось, что среди деревьев мелькнуло лицо — бледное такое, большое…

— Но-окк, — выдавила я, вглядевшись.

Лицо и правда висело среди деревьев — белое, без бровей и ресниц, с закрытыми глазами, размером в две или три человеческих головы. На лбу у него чёрной диадемой блестели паучьи глазки. Всё это росло на длинном, похожем на гусеницу теле, покрытом серой шерстью. Задняя часть гусеницы стояла на коротких ножках на земле, а передняя вздыбилась, поднимая лицо метра на два над землёй. Прямо под лицом, на горле блестел и переливался кожистый участок, словно манишка.

Нокк оглянулся и шумно всосал воздух.

— Хёльд! Бежим, скорее!

Я не очень-то верила, что от этого существа можно убежать. Лапки-то у него короткие, но мало ли, как быстро оно ими двигает. Да и не хотелось мне бежать с тяжёлой сумкой, набитой кристаллами.

— Оно сильнее пса трупов? — спросила я.

— Такое же, тоже Клыкач. Йатибьолль, нам надо уходить, хёльд за буйки не полезет, но оттуда достать может, у него язык длинный!

Достать… Я за сегодня изрядно потренировала свои способности, и теперь довольно хорошо представляла, на каком расстоянии достаю до жертвы. До хёльда было далековато, так что я сделала пару шагов вперёд.

— Да куда вы⁈ — зашипел Нокк, вцепляясь мне в локоть и таща назад. — Сожрёт же!!!

— Это мы ещё посмотрим, кто кого, — решила я. В конце концов, пса трупов же я как-то заставила сдохнуть! Я не могла найти на обруче подходящее слово — ни Поглощение, ни Дезинтеграция не давали такого эффекта, как тогда. Но что если дело в ранге твари? Пёс трупов относился к третьему — Клыкач. Так вот, на Недвигах Поглощение сбоило через раз, а со Шнырями проблем не было. Может, на Клыкаче что-то ещё откроется?

Я сделала ещё шаг и заметила свечение. Чуть в стороне на равном расстоянии от меня и хёльда стоял грубо обтёсанный каменный столб метра полтора в высоту, иссечённый надписями, вот они-то и светились. Стоило мне шагнуть, как обруч определил объект — засветились тусклые опции. Я выбрала Поглощение, и дорожка послушно протянулась от хёльда ко мне.

Нокк всё так же тащил меня назад и очень мешал, приходилось упираться ногой. Блестящий зоб твари запульсировал, надуваясь и сдуваясь, а потом хёльд раскрыл свой белый рот и издал душераздирающий вопль, от которого затряслась земля. Кажется, его-то я и слышала тогда, в первый раз в Сальфьялле. Мгновение постояв, хёльд опустил свою переднюю половину на землю, обтёк ближайшее дерево и со скоростью горного ручья утёк в глубину леса, едва слышно шурша ножками по земле.