Регрессор: Я раскрою ваши тайны. Книга 3 (СИ) - Кронос Александр - Страница 23

Патрульным повезло меньше. Нескольких затоптали. Остальные начали палить в упор, тут же расстреляв боекомплект.

Погасить всё это не вышло. На место тут же стянули дополнительные силы, вплоть до двух эскадронов жандармерии, но социальные сети были полны ярости. А улицы стремительно заполнялись протестующими.

Профсоюзы относились к левой коалиции и та воспользовалась случаем, чтобы вывести на улицы всех, кого можно. Следом решили выйти те, кто по любому поводу протестовал против миграции. За ними выплеснулись все полуподпольные структуры правого толка. А потом полыхнули арабские и африканские кварталы.

Бунтовали все и сразу — такого Париж ещё не видел. Не говоря уже о Защитниках. Если бы не они — ситуацию может вышло бы удержать под контролем. Но сейчас, это было практически невозможно.

На улицы вывели весь личный состав. Так он тут и оказался. Посреди сквера, расположенного на крупном перекрёстке. Изначально был получен приказ держать развязку и не допустить прорыва протестующих дальше. В кварталы, где левые схлестнулись бы с правыми и дело дошло до массовой бойни. Но теперь… Гийом мог ошибаться, однако ему казалось, если они выживут, это уже будет неплохо.

Сверху рухнула новая порция камней. Парень, что укрывался за скамейкой справа, молча осел на землю — ему прилетело прямо в голову. Оставалось надеяться, что шлем спас и он просто оглушён, а не умирает.

Со звоном разбились бутылки и полыхнул зажигательный коктейль. Где-то далеко справа дико заорали. Потом с грохотом перевернулась на бок машина.

Они держались тут уже полтора часа, постепенно отступая по всем направлениям к перекрёстку. Теперь остался только этот сквер, жалкие остатки техники и мост за спиной. Казалось бы идеальный вариант, чтобы отступить, но с той стороны сюда рвались правые и держали оборону коллеги.

В воздухе снова мелькнули бутылки с коктейлями Молотова. На этот раз их целенаправленно ускорили — стеклянные снаряды промчались над головами и разбились позади. Там, где лежали полсотни раненых.

Кто-то закричал. Взревела толпа — люди с трёх сторон кинулись на импровизированные баррикады из патрульных машин, внедорожников жандармерии и заграждений.

Гийом подумал, что неплохо бы найти Защитника, который ударил бутылками с зажигательной смесью. Он бы с радостью всадил ему пулю в голову. Или вовсе снёс бы её — штатный пистолет-пулемёт был за спиной, а если бы не хватило одного магазина, зарядил и высадил бы второй.

За спиной кричали раненые, на которых попала смесь. Медик распылял огнетушитель, пытаясь сбить пламя. Некоторые пытались встать.

Морель подумал, что наверное стоит встать и помочь им. Но тут справа закувыркались машины — на его глазах громадный внедорожник рухнул сразу на трёх жандармов и полетел дальше, оставив за собой трупы. Захрипела рация, в которой звучал окончательно ошалевший голос командира их сводного отряда.

— Огонь на поражение! По любым целям! Без предупреждения!

Гийом потянулся к пистолету-пулемёту. Рванул на себя затвор, досылая патрон в патронник. Справа уже зазвучали очереди — незнакомый ему седой полицейский, с перекошенным лицом долбил прямо по напирающей толпе. В стороне от него, встав на колено, короткими очередями бил жандарм.

Стрелять по безоружным людям, казалось Морелю очень спорным приказом. Из той категории, которая рано или поздно приводит на скамью подсудимых, заканчиваясь заключением. С другой стороны, их не меньше сотни раз предупреждали, что полиция может применить оружие. А сами демонстранты начали убивать первыми.

Высунувшись из укрытия, он поднял оружие. Но нажать на спусковой крючок не успел. При этом с самим Гийомом ничего нехорошего не произошло. Зато демонстранты, которые всё это время рвались к скверу, будто врезались в невидимую стену. Мужчина хорошо видел, как лица некоторых из них упёрлись в прозрачную преграду.

В следующий момент сразу несколько десятков человек взлетели в воздух и тут же умчались куда-то вдаль, за пределы видимости. А потом сверху грянул мощный голос, прокатившийся над всеми окрестными кварталами.

— Именем Корпуса Защитников, требую немедленно прекратить беспорядки. Любой, кто начиная с этого момента, проявит насилие, будет беспощадно наказан. Защитникам, которые участвовали в беспорядках, рекомендовано немедленно сдаться. Все, кто окажет сопротивление, будут уничтожены на месте.

Толпа, которая до того бурлила, как кипящее море, на миг замерла. Потом снова заколыхалась. Гийом уже думал, что они тем или иным образом выразят своё возмущение. Но те, неожиданно для него, действительно начали отступать.

Огонь над ранеными уже не полыхал — когда Морель обернулся, там вдруг обнаружился какой-то парень, вручивший медику коробку, где лежали непонятные бутылки, и тут же исчезнувший в непонятном направлении. Как будто просто растворившийся.

Полицейский фельдшер опустился к одному из раненых, принявшись почему-то поить его из одной небольшой бутылки. А вот сам Гийом удивлённо заморгал, пытаясь понять, как так вышло.

— Это что, подкрепление? Чего они такие странные?

Глянув на соседа слева, который осторожно выглядывал из-за машины, мужчина посмотрел в том же самом направлении. Строй надвигающихся людей в одинаковой форме, на которой по-французски было написано «Корпус Защитников» действительно выглядел странно. Но он никак не мог понять почему.

— Да они же одинаковые, — ахнул кто-то дальше по баррикаде.

— Армия клонов… Как в Звёздных войнах.

— Ну всё. Нас теперь всех уволят…

Только услышав всё, полицейский осознал, что лица у всех бойцов в строю и правда одинаковые. Этим они и брали. Взять каждого по отдельности — ничего страшного. Но когда на тебя наступает полсотни копий… Да он бы сам наверное растерялся и дрогнул. Сюрреализм же в чистом виде.

Группа кудрявых бойцов абсолютно синхронно скорчила одинаковую безумную рожу и кто-то из коллег Гийома вскрикнул. Протестующие же вовсе разразились воплями. Никакого слезоточивого газа не надо — достаточно психологического воздействия.

Откуда-то сверху снова обрушились раскаты голоса.

— Повторяю. Все, кто окажет сопротивление, будут уничтожены на месте. Корпус Защитников берёт ситуацию под свой контроль. Расходитесь по домам. Немедленно.

* * *

Вылетели мы уже за полночь из того же аэропорта Стамбула. Только джет сменили на «Гольфстрим Джи-550», чтобы мог успешно донести до Токио.

Я бы предпочёл отправиться раньше, но Твардовский настоял на пресс-конференции в Стамбуле. Технически он был прав — упускать настолько мощный информационный повод, как предотвращение кровавого хаоса сразу в двух государствах, было бы глупо. А для того, чтобы его полноценно использовать, требовался контакт с журналистами.

Можно было бы отказаться, надавить и заставить скорректировать план действий. Но я ведь его сам и нанимал ради того, чтобы обеспечить максимальную эффективность. Поэтому пришлось согласиться и потратить несколько часов на подготовку к пресс-конференции, а потом общение с прессой.

Кремер тоже приняла участие. Изрядно удивившись, когда я предоставил ей слово. Пока мы возвращались в Стамбул, немка рассказала всю свою историю и согласилась помочь. Моя новая способность показывала, что эмоции она сейчас ощущала очень разнонаправленные. Тем не менее, на контакт девушка пошла охотно. А её способность обещала открыть новые горизонты в поиске чего-то похожего на механизм внутри скалы.

Работать с подобными вещами она раньше не пробовала. Но мы поставили эксперимент на моём копье, которое после накачки энергией из менос-ядер тоже могло сойти за простенький механизм и всё сработало.

Первое знакомство у нас не задалось и её изначальные намерения в Стамбуле скорее всего были бесконечно далеки от позитивных. Однако прямо сейчас она заняла одно из спальных мест в хвосте салона и посапывала. Я же разбирался с новостями, на которые раньше не было времени.