Взрывные дела Твайлы и Фрэнка - Баннен Меган - Страница 3

Твайла опустила взгляд на пирог – ее бедра торчали с обеих сторон тарелки – и мрачно подумала, что Лиз-то правильно делает, следя за фигурой. Стоит лишь угоститься куском, как все это масло, мука и сахар непременно навеки приклеются к телу.

Пирожок.

Бедра.

Она захихикала.

– Что? – спросил Фрэнк.

– Пирожок, говорит, для Фрэнка.

– И?

– Пирожок победительницы.

– Боги…

– Что, Фрэнк, не хочешь отведать ее пирожка? – потешалась Твайла, не испытывая ни малейшего стыда.

– Фу, Твай, хорош!

Она вытерла выступившие на глазах слезы.

– Что, уж и про пирожок не пошути?

– Нет. – Он лихорадочно замотал головой. – Не-е-е-е-е-е-е-е-е-е-ет.

– Почему?

– Потому что ты – это ты. Ты регулярно моешь полы и носишь на похороны картошку с сыром.

– То есть если я убираюсь дома и готовлю сытную еду, мне уже нельзя шутить сомнительные шутки?

– Как-то так, да.

Твайла захлопала ресницами, изображая Лиз:

– «Понимаешь, я слежу за фигурой, так что подумала, может, ты захочешь мой пирожок». Нет, правда, зачем трудиться и печь вкуснятину, если сама не ешь ее? Вот мужчина седеет, и окружающие решают, что ему это весьма к лицу. А женщина набирает пару фунтов – и все, считай, покойница.

Фрэнк бросил на нее лукавый взгляд.

– Знаешь, мне тут песенка одна вспомнилась.

– О нет.

– Когда мы поженились, ты была свежа как птичка… – запел он. «Птичка» вышла басом – голос у него был изумительно низкий.

– Нет, – простонала Твайла.

– Да, – рыкнул Фрэнк в ответ.

– Это чудовищная песня.

– Давай, солнышко, ты знаешь слова. В костюме…

Твайла сдалась:

– В костюме от папаши ты был хорош собой.

– Ну вот! Куда ушли все деньги, старая алкоголичка?

– Совсем заврался, старый, отхватишь в щи ногой!

В самом начале дружбы они обнаружили общую склонность распевать по поводу и без повода, стоило только вспомнить куплет к месту. Учитывая, что большую часть песен на эстраде Бушонга за последние полвека посвящали невзгодам потерянной любви, стыдно признаться, как точно некоторые из них били в цель.

Твайла набрала воздуха и пропела первую строчку припева:

– Отъела жопу, боже!

– Твоя отвисла тоже!

И вместе они складно пропели название песни:

– Кому теперь сдались мы? Что ж, останусь я с тобой!

На доске у кабинета капитана Альмы Магуайр на Западной базе мелом значилось, что «Эллис/Баннекер» назначены в сектор В‐14 на следующие десять дней, а «Херд/Дакерс» берут ночные смены. На пробковой доске по соседству вывесили лист для записи на проведение занятий в домах престарелых – все та же клоунада под названием «Маршалы помогают!».

– Уф, – немедленно ухнул Фрэнк.

Но тут из кабинета выглянула начальница и спросила:

– Эллис, Баннекер, я тут слышала, вы принесли угощение?

Твайла застыла виноватой статуей, а Фрэнк незаметно стряхнул крошки с голубой рабочей рубашки.

Магуайр сощурила аквамариновые глаза, признак полубога – два кинжала изо льда на темном лице.

– Мертвое Море, ну серьезно?

– В лавке пироги разметают. Вы же знаете, капитан.

– Мфф. – Магуайр кивнула на лист «Маршалы помогают!» на доске – пустые строки укоризненно взирали на них. – Куда запишетесь?

Твайла и Фрэнк обменялись взаимно недовольными взглядами. Фрэнк начал маневр уклонения:

– Ну…

Но дальше не пошло. Магуайр дернула головой, приглашая за собой в кабинет, они снова переглянулись, на этот раз – признавая поражение.

– Скажу прямо, – заявила Магуайр, едва закрыв дверь. Даже не пригласила присесть. – Федеральная Ассамблея нам проходу не дает. Говорят, раз бродяг больше нет, такой штат нам не нужен. А некоторые считают, что и сами танрийские маршалы и вовсе не нужны.

– Может, устроим им наглядное сафари на браконьеров? – едко предложил Фрэнк.

– Меня убеждать не нужно, а вот Ассамблею – придется, и для этого потребуется совместная работа. Найдете серьезное правонарушение, что-нибудь такое, что оправдает расходы налогоплательщиков, – молодцы. Северная база раскрыла скандальный случай с нелегальной добычей танрийского иувеницита, гады везучие.

– Я думала, у донифийской иувеницитной шахты безопасность на высшем уровне, – сказала Твайла.

– Так и есть. Потому-то дело такое громкое.

– Кому же настолько понадобился этот минерал? – спросил Фрэнк.

– Иувеницит добывают только в Танрии, больше нигде в мире его нет. Его применяют в косметике – ну, в омолаживающих продуктах для женщин зрелого возраста.

Старое знакомое раздражение на бесконечные древние двойные стандарты вскипело в животе Твайлы.

– Выглядеть на свой возраст? Что может быть ужаснее.

– Спаси нас, Бабушка Мудрость, – согласилась Магуайр, которая, как и Твайла, была женщиной зрелых лет.

– Кто работает по делу про иувеницит? – спросил Фрэнк.

– Фокс и Гомес.

– Я думала, Рози Фокс работает на Восточной базе.

– Да, но несколько недель назад потеряла семнадцатого напарника. Работать с ней согласился только Гомес, так что теперь она на севере.

Фрэнк кивнул на дверь, а точнее, на доску с расписанием за ней.

– Дакерс вроде тоже снова лишился напарника. Он же был с Ризом? Можно было приставить его к Фокс, а не к Херду.

– И получить на Западную базу Фокс? Нет уж, спасибо. Мне хватает геморроя. Ладно, речь не об этом. У Западной базы нет громкого дела про иувеницит, так что приходится что-то изобретать; а значит, «Маршалы помогают!». Вы двое – уважаемые ветераны. Молодежь равняется на вас, и мне нужно, чтобы вы подавали хороший пример. Так что давайте-ка я спрошу еще раз: в какой дом престарелых вы собираетесь пойти, чтобы рассказать о работе танрийских маршалов?

– «Угодья Мудрости»? – пискнула Твайла под суровым взором начальницы.

– Хороший выбор.

Магуайр открыла дверь кабинета. Твайла и Фрэнк пробрались мимо нее, и тут она спросила:

– Какой он был?

– Что?

– Пирог.

– Эм, персиковый… – Это был скорее вопрос, чем утверждение.

Магуайр сглотнула слюну.

– Я люблю персиковые.

Твайла съежилась под весом начальственного неодобрения, и Фрэнк повел ее подальше от бушующей Магуайр.

Они ответственно вписали себя в строчку «Угодий Мудрости» и двинулись к оружейным шкафам. Пока шли по длинному коридору, Твайла все думала про Рози Фокс. Среди танрийцев Фокс была легендой – самый первый маршал, заступившая на службу больше четверти века назад, – но Твайла ни разу не встречала ее. Среди полубогов, таких как Фокс, многие шли на службу в маршалы – может, так они чувствовали себя ближе к своим божественным корням. Но Фокс была единственной, кого знала Твайла и кто обладал настоящим бессмертием. Так что эта женщина весьма интересовала Твайлу.

– Ты знаешь Рози Фокс? – спросила она у Фрэнка.

– Ага. Раньше частенько с ней пересекались. Характер у нее… тот еще.

– Но она тебе нравится?

Уголок рта Фрэнка пополз вверх.

– Да. Она импульсивная, порой попадает из-за этого в неприятности. Часто. Но поэтому же она отличный маршал. Наверное, решения принимаются как-то иначе, когда не нужно прикидывать, убьют тебя или нет.

К этому моменту они добрались до места, а обсуждать другого маршала в присутствии Ферн, оружейного регистратора, которая ловила каждое слово, было как-то неприлично. Они по очереди отметили свои штатные мини-арбалеты и боеприпасы. Твайла также вписала рапиру, Фрэнк – свой обычный мачете. Да, Танрия теперь была куда безопаснее, но старые привычки никуда не ушли, так что ни Твайла, ни Фрэнк не собирались пока расставаться с оружием, которое некогда отделяло вновь поднятые тела от чужих душ.

Заглянув за провизией, они направились в стойла. Твайла относилась к эквимарам сугубо практически, как к транспорту, так что особо не выбирала, какого взять. А вот Фрэнк был куда придирчивее. В юности он работал на эквимарном ранчо на южном побережье Бушонга и в результате обзавелся кривоватыми ногами. Он был среди немногих маршалов, которые радовались, обнаружив в стойле Солелиза. Сегодня Невеста Удачи благоволила ему, потому что Солелиз ждал его во всем своем фиолетовом великолепии, нахально пуская в воде пузыри.