Один из нас виновен (ЛП) - Кавана Стив - Страница 13

Об этом говорили в новостях. Каждый день.

Становилось больше грабежей, убийств, краж со взломом, сексуальных преступлений и нападений на почве ненависти. Рост продолжался давно. Но пока вода в кастрюле не забурлит, никто не замечает, что его варят.

Манхэттен вот-вот должен был закипеть.

Полицейских не хватало. Для тех, у кого нет будущего, тормозов и ясных отношений с законом, настало настоящее Рождество. И это ещё речь только о правительстве.

На Блок были бейсболка «Янкиз» и тёмные очки, синие джинсы, ботинки «Док Мартенс» и привычный синий пиджак поверх белой футболки. С плеча свисала сумка для ноутбука. С телефоном в руке и открытой картой она шла по Мотт-стрит. В Чайнатауне на квадратный километр приходится больше жителей китайского происхождения, чем где-либо ещё в западном мире. Туристы его обожают, как и ньюйоркцы, ценящие вкусную еду, дружелюбных людей и яркие улицы.

В этот час улицы были полны туристов.

И Блок выглядела одной из них.

Намеренно.

Она остановилась, подняла взгляд на здания, потом вновь уставилась в телефон — будто пыталась сориентироваться. На самом деле из-под тёмных очков Блок следила за четырьмя белыми парнями, которые курили у китайского ресторана Манна. Прикидывала, кто из них подбежит сзади и вырвет сумку, а кто схватит телефон.

Кажется, они уже распределили роли. Здоровяк в майке «Никс» возьмёт сумку, самый мелкий — телефон. Телефон можно выхватить и убежать, а для сумки нужна грубая сила.

Блок повернулась к ним спиной и сделала вид, что сверяется с картой. Встала лицом к витрине китайской продуктовой лавки и через отражение следила за двумя мужчинами, переходившими к ней улицу. Маленький был с бритой головой, в чёрных спортивных штанах и чёрной футболке. Пересекая дорогу, он взял левее, чтобы подбежать с левой стороны, на ходу вырвать телефон и умчаться. Следом здоровяк ударит сзади и заберёт сумку.

Таков был их план.

Мелкий исчез из отражения, но Блок услышала, как по тротуару зашлёпали его кроссовки. Он разбегался.

Блок напряглась.

Она не нервничала.

Готовилась.

Телефон в вытянутой левой руке. Вес перенесён на правую ногу.

Мелкий приближался слева. До неё оставалось метра три.

Когда он шагнул вперёд, Блок перенесла вес на левую ногу. По инерции выбросила вперёд правый ботинок пяткой вниз и резко наступила.

Важен был точный миг: попасть под ногу бегущего на полной скорости человека.

Ботинок ударил сверху по его ступне. Стой он на месте, ощутил бы только боль. Но он бежал. Тело продолжило лететь вперёд, а ступня осталась намертво прижата к асфальту.

Треск разорвавшегося ахиллова сухожилия прозвучал громче, чем хруст мелких костей стопы и даже вывихнутой лодыжки. Крупные сухожилия рвутся со звуком выстрела. Парень рухнул лицом на тротуар и со скрежетом проскользил ещё полтора метра, оставив за собой кровавый след от изуродованного лица.

Блок сбросила сумку с правого плеча и тем же плавным движением подхватила ремень. Раскрутилась на пятке, словно олимпийская метательница молота, и выбросила руку. Сумка врезалась в ошеломлённое лицо здоровяка в майке «Никс».

Глухой удар пришёлся по левой щеке и рту, а затем сумка по дуге задела нос. От силы замаха ноги мужчины оторвались от земли.

За ноутбук Блок не переживала. Тот лежал в офисе Эдди, на её столе. Да и красному глиняному кирпичу весом чуть больше двух килограммов, который она положила в сумку, ничего бы не сделалось.

У сумки была отличная подкладка.

У лица парня — нет. Нос свернуло влево, в воздух брызнула кровь.

Двое приятелей замерли у ресторана. Сигареты прилипли к губам, рты раскрылись от потрясения.

— Поможете дружку собрать зубы? — спросила Блок.

Один хлопнул другого по руке.

— Валим.

Оба бросились прочь.

Из ресторана Манна вышел невысокий коренастый пожилой китаец в ослепительно белой рубашке и чёрных брюках. Подошёл к Блок.

— Вы не со всеми разобрались, — сказал он. — А если вернутся? Неделями ошиваются тут, грабят туристов. Полиция ничего не делает. Вы говорили, что остановите всех.

— Не вернутся, мистер Манн.

Она наклонилась к здоровяку, который лежал на спине, прижав ладони ко рту. Сквозь пальцы пузырилась кровь.

— Эй, болельщик «Никс». — Блок вытащила Мэгги из плечевой кобуры. Поднесла «Магнум-500» к его лицу. Глаза у парня расширились от ужаса при виде огромного пистолета. — Вернёшься — так мягко уже не обойдусь. Ясно?

Мужчина, опираясь на локти, отползал назад, оставляя на рубашке кровавые пятна.

Он попытался что-то сказать, но из-за крови и выбитых зубов Блок не разобрала ни слова. Как бы там ни было, звук напоминал полное согласие.

В этот момент по Мотт-стрит подъехала машина и остановилась перед парнем, который всё ещё пытался отползти. Двигатель хлопнул, из выхлопной трубы вырвались огонь и чёрный дым. Потом заглох.

Слово «машина», пожалуй, было слишком щедрым. Выглядело так, будто её придумал человек, который ни разу не видел автомобиль, зато когда-то слышал его описание по телефону. Коричневая, грязная, помятая — и это ещё лучшие её качества.

Габриэль Лейк выбрался из своего «Понтиака Ацтек» под скрип и вой водительской двери. Чёрный пиджак и брюки выглядели не намного лучше машины. Белая рубашка измята. Кудрявые чёрные волосы он утром помыл, но, кажется, не причёсывал с тех пор, как президентом был демократ.

— Что тут происходит? — спросил он.

— Работа с местным сообществом, — ответила Блок.

— Эдди тебя ищет. У нас дело.

Глава 8

Эдди

В судебном процессе знание — половина победы.

Нельзя выходить в суд, зная меньше противника. Иначе натыкаешься на стены, попадаешь в засады и выглядишь полным идиотом. Вторая половина — уметь распорядиться тем, что знаешь. Как и многое в жизни, это похоже на покер. Допустим, у тебя на руках два туза, а на стол вышли ещё два. Никакой пользы, если ставишь не так. Слишком резко — отпугнёшь остальных. Слишком осторожно — не возьмёшь максимум со своей выигрышной руки.

Суд устроен так же.

Для начала нужно прочитать игроков.

В кабинет вошёл Габриэль Лейк, за ним Блок. Двое лучших сыщиков, с которыми мне доводилось работать. Лейк раньше служил в ФБР, был одним из сильнейших специалистов по поведению преступников. Выламывал двери серийным убийцам. Человек странный, чуть не в ладах с миром. Хотя сам он считал иначе: это мир чуть не в ладах с ним. Его разум работал, как ветряк посреди урагана. На повседневные мелочи вроде приличной одежды, музыки, кино и прочих пустяков, которыми наслаждаются остальные, места в голове не оставалось. Кроме расследований он тщательно относился только к еде. Питался «правильно», а значит, почти не ел ничего из того, что большинство людей назвало бы едой. При этом был преданным другом и смертельно опасным врагом. Блок по-своему к нему привязалась. Насколько она вообще к кому-либо привязывалась.

— Пришлось посылать Лейка тебя искать. Тебя ограбили?

Блок кивнула.

— Скольких отправила в больницу?

Она подумала и подняла два пальца.

— Есть кто-то, из-за кого мне стоит беспокоиться?

Блок покачала головой. Лишнего она не говорила.

— В деле Ванессы Вандерпул пошло движение. Копы хотят с ней поговорить.

— О чём? — спросил Лейк.

— Не сказали.

— Значит, пойдёшь с ней и узнаешь?

— Ещё чего. Она не арестована, а разговоры с нью-йоркской полицией до добра не доводят. Что бы они ни выяснили, для ареста этого пока недостаточно. Нам нужно узнать их следующий ход и опередить их.

— Что вообще за история с Вандерпул? — спросил Лейк.

— Она меня заинтересовала. Кларенсу она понравилась, он ей тоже. Не уверен, что она рассказывает нам всё, но девушку, по-моему, убила не она. Возможно, у полиции есть что-то, чем они смогут ошибочно повесить на неё убийство. Или что-то, из-за чего я сам передумаю её защищать. В обоих случаях хочу знать об этом сейчас.