Развод под прицелом объектива (СИ) - Игонина Ольга - Страница 33

Что? Марья, которая снимается в рекламе дорогого белья, фукает на нормальный фуршет, может, обычным человеком? Воспитывать бесплатную кошку? Я, конечно, с моделями общаюсь только по работе, все они надменные, но эта девочка меня сегодня удивила. На кухне что-то падает, поднос с чашками или тарелками? А может, это мои шоры бахнули.

- Договорились. Сегодня ночью сяду, подготовлю документацию. А со следующей недели начнем съемки. Мне нужен список, сделай, пожалуйста.

Откладываю жопку от пироженки, зачем есть, то, что невкусно, тем более, что уже наелась.

Следующий шаг, обезопасить себя юридически, пока тяжело разглядеть кто друг, а кто наоборот. Пишу смс:

Костя, у тебя нет хорошего юриста?

И бухгалтера.

Думаю, что у человека, у которого бизнес, трудоустроены люди, есть специалисты любой направленности.

Есть.

Дальше два номера телефона и подпись, что их предупредит о моем звонке. Сегодня же подготовлю документы о расторжении сотрудничества с Нестеровыми, я не помню, что мы какое-то соглашение подпимывали, но пусть лучше будет официальная бумажка, что я ухожу.

Посмотрим, как Нестеровы смогут все сохранить и приумножить.

Глава 45. Георгий

- Я пойду посплю немного, у меня нет сил смотреть на все ваши постные рожи. Противно, от себя противно, - встаю, мать цыкает, но мне уже все равно. Гришка не сдается, предки от него не отступают. А я здесь лишний, нечего нам сейчас делить.

Наконец-то младший обосрался, значит, фокус с меня снимут.

Гошан, давай, берись за голову, а то при таком течении жизни остаток жизни с родителями придется провести. А это такая себе перспектива.

Устало шаркаю по дому, башка раскалывается. В каждой комнате кто-то спит, интересно, Гришка по доброте душевной всех к нам пускает? Или он денег, как за хостел берет, снова на мне наживается?

Возвращаюсь в кухню, тоска, родительско-детские разговоры еще продолжаются, но так тягомотно, что сил нет.

- Гриш, чтобы к двенадцати часам дня никого из посторонних не было в доме, - через зевоту и зубной скрежет.

Брат кивает, вижу, его тоже утомили родители. Смешная картина, мать отчитывает тридцатилетнего “первоклассника”.

Два часа подремать и на работу.

Падаю на тахту, интересно, откуда она у нас появилась. Как быстро все ушло под откос, а я даже не могу ничего понять.

Закрываю глаза, и уже звенит будильник. Твою мать, как я от него отвык.

Соскребаю себя

Семь утра. Вокруг какие-то дамы ходят, собирают вещи по дому.

Иду в ванную, занято. Охренеть, я для кого это строил, чтобы какие-то проститутки смывали запахи в чужих мужиков.

Заглядываю на кухню, благородное семейство еще восседает. Все уже потеряли интерес к беседе, но нет, разойтись - значит сдаться.

- Георгий, с этим всем нужно что-то делать. Твой брат молчит! Он в беде, мое материнское сердце все чувствует. Если вы сейчас не станете решать вопросы - запомните, я замолчу, и замолчу надолго. Забудь, что у вас есть мать.

- О, мадам Нестерова. - делаю заискивающий голос. - Вам давно пора выпороть своих нерадивых детей. А то они уже сами вжились в роли и пароли красивых женщин. Мам, глаза открой. Твои обиды и молчания - нахрен никому не нужны, смешно и нелепо. По-дурацки это все.

- Ну вот, хоть кто-то матери может глаза открыть, - Гришка закидывает ногу на ногу. Смотрю на брата, он же младше, а выглядит, как хорошо потертый башмак.

- Гоша, давай мирись с Ульянкой. Так и быть, мы ее год-два потерпим, если для пользы дела.

- Нет, свою задницу я больше подставлять не буду. И прошу вас до обеда очистить помещение. Надоели вы со своими проблемами, смотрюсь в отражении окна. Рубашка мятая, несвежая. Морда страшная, потрепанная, во рту кошки ночевали.

Мама кричит в спину, что у нее больше нет старшего сына, что она со мной больше не разговаривает.

Обуваюсь под эти крики.

Беру два кофе по дороге, себе и Олеське.

Медведица уже на работе. Машины стоят на стоянке, не пойму или уже приехали, или еще все здесь. В коридорах свет, несколько голов видны у мониторов. На кухне кто-то разговаривает, пахнет заваренной овсяной кашей.

Вваливаюсь в свой кабинет. Окна открыты настежь. Олеська сидит на стуле, ноги на втором.

- Явление Нестерова к народу. Гош, ты не прихворнул? - затягивается электронной сигаретой, в кабинете воняет смесью искусственной клубникой и дыней.

- А ты поселилась на работе?

- Ага, люблю секс с документами. У нас жопа, огромная и, как понимаешь, что пахнет она не розами. Вот!

Кладет огромную стопку файлов. Это договоренности, которые мы не соблюдаем. Половине письма я уже написала, попросила немного времени, буквально пару дней, выслала гарантийные письма, что мы обязаны все сделать.

- Гош, давай, неделю повпахиваем, ребята готовы приложить все усилия, - смотрю на эту бабу, бесполую. Огромные, как и ее нос, синие мешки под глазами. - Ты кофе мне принес? Спасибо. Бери стул.

И тут мной все помыкают, что за ерунда.

- А ребята-то в курсе, что они согласны батрачить? - ухмыляюсь, сейчас и ее поставлю на место.

- Конечно. Ты забываешь, что люди на работу ходят, чтобы денег зарабатывать, чтобы семью содержать. Не у всех в жизни главное - чужая вагина, понимаешь. И наши сотрудники понимают, что если вот эти ребята соскочат, - показывает рукой на эти же файлы, - то что?

- Что?

- Ипотеку им ты жопой будешь закрывать? А детей их содержать? Нестеров, опустись на землю, ты же нормальный мужик был, а теперь что? Ну не может же мозг так быстро атрофироваться. Или ты думаешь, что если все это в одно место сейчас полетит, то сотрудники рады будут? Да им жрать нечего будет! Я через безопасников достала распечатку сайтов, где сидят наши сотрудники. Они работу ищут! А у нас коллектив не безруких и не безмозглых.

Олеська не замечает, как переходит на отчитывание, она просто превращается в мою мать. Смотрю на нее и вижу, что ей правда не все равно. Это странно, потому что мне казалось, что никто не может любить казенщину, только за свое могут радеть. А то, что придумал кто-то - лучше сломать, плюнуть с разбегу. А я даже никогда не думал, что деньги так важны, что люди приходят ради них работать.

- У меня сегодня день открытий, епта.

- Я рада. А я уже сожрала кучу шоколада, выпила кофе, энергетик, сердце уже ходуном ходит. Вот документы компаний, к которым я пока не знаю ,как подступиться. Гош, твои. Занимайся.

- Олеся, ты не забыла, что это я владелец? - в голосе металл.

- Нестеров, это ты забыл, - медведица привстает, выглядит угрожающей. - У меня теперь есть право подписи. Поможешь - спасибо, нет - не мешай. Свою жизнь можешь просрать, как хочешь, а нас с ребятами я тебе тронуть не дам. Вот, - сует мне в нос в документы. - Занимайся. В два часа сегодня совещание. Быть обязательно.

Глава 46

- Доченька, ты помнишь, что у тебя сегодня свидание, - мама прям с порога. - Я тебе амулет зарядила, на браслетик пошептала. Вот увидишь, после этого свидания ты станешь самой счастливой. Я всю материнскую любовь в это вложила.

- Мам, я сегодня встретила самого идеального мужчину. Думаю, мы скоро будем жить вместе, - киваю в подтверждение.

- Господи, значит, моя молитва и аскеза не прошли даром. Я так рада.

Мама подпрыгивает, как девчонка.

Пожалуй, утаю от нее, что мой новый мужчина - это пес. Хочу забрать Эная себе, чтобы он жил со мной.

Иду в свою комнату. Половина вещей так и осталась у Нестерова. Ну и ладно, новая жизнь с чистого листа.

Проверяю баланс, не очень. На съем приличной квартиры не хватит.

Выход нашелся сам.

Марья, у меня есть три дня на съемку. Возьму по три человека в день. По два с половиной часа на персону.

Выдыхаю, ну вдруг и мне улыбнется счастье, и все получится. Хотя бы на три месяца на съем и на еду найти денег.

Ответ приходит сразу.

Ульяна! Все дни заняты, если будет еще слот, то и на него уже очередь. Чеки скоро пришлю. Жду адрес студии.