Подарок для Дренола (ЛП) - Диксон Руби - Страница 3

Я пересекаю деревню, скользя по узкой тропинке к одной из хижин в центре, где живут все старейшины. Дренол сидит перед своей хижиной и хмуро смотрит, как Джо-си, Хэйден и Жоден бродят вокруг с корзинами. Они приносят всем угощения и уже заходили к маминой хижине. Дренол выглядит рассерженным. Я осторожно подхожу к нему. Он сидит на большом камне перед хижиной и каждые несколько секунд двигает задницей. Должно быть, это все еще больно.

— Привет, Дренол, — говорю я. — Уходи. — Он даже не смотрит на меня, только хмуро смотрит на Джо-си и Хэйдена, которые стоят несколькими хижинами дальше. Я не обращаю на это внимания, помня, что мама говорила об Эл-ли. На такие вещи нужновремя. — Не грусти, — говорю я ему. — Они скоро придут в твою хижину. — Ба, — говорит он. — Они глупцы.

— Почему? — Потому что мы должны быть осторожны с едой. — Он сердито смотрит на меня. — Когда я был в твоем возрасте, мы ели только один раз в день в сезон дождей, потому что хотели быть уверенными, что этого хватит надолго. — Ой. — Какое блюдо? — Что? — Он прищуривается. — Что это было за блюдо? — Я с любопытством сажусь рядом с ним. — Мое любимое блюдо — это завтрак, потому что мама готовит мне яйца. Они от грязноклювых, но не такие грязные, как сами грязноклювые, из-за скорлупы, поэтому они безопасны. Так говорит мама, но она все равно моет скорлупу снова и снова, на всякий случай. Дренол качает головой.

— Когда я был в твоем возрасте, мы не ели яйца. Вы крадете детенышей у их матерей. Это ужасно. — В самом деле? Мама говорит, что они просто отложат новые яйца. Они даже не замечают. Он наклоняется и пристально смотрит на меня.

— Твоя мама ошибается. Я моргаю, борясь с желанием заплакать. Он такой подлый. Дренол снова переворачивается на спину, стонет, а затем качает головой.

— Все в этом племени глупцы. — Он смотрит на Джо-си и Хэйдена, а затем замечает, что они направляются к нам. Затем он быстро машет мне рукой. — Подставь мне плечо. — Я вскакиваю на ноги и подхожу ближе, и он тяжело опирается на меня, поднимаясь на ноги с хрустом костей. Он втягивает воздух, как это делаю я, когда больно, а затем шаркает в свою хижину. Я оглядываюсь на остальных, которые направляются в ту сторону. Я думаю, он прячется от них. Должен ли я сказать ему, что Джо-си слишком растолстела с комплектом, чтобы играть в прятки? Я следую за ним в его хижину. Огонь в очаге совсем потух, а внутри холодно и темно. Пока я наблюдаю, он подходит к своим мехам и набрасывает один из них на плечи. Ему не нужно было бы так сильно укрывать огонь, если бы он заботился о нем, поэтому надо подойти к нему и взять горсть топлива из корзины для дров, а затем бросить его на угли, помешивая, чтобы придать им больше жара, как учил меня папа. Пока я это делаю, я оглядываюсь по сторонам. Я никогда не был в хижине старейшин, и Дренол отходит в угол и ложится на свое меховое гнездо, а рядом с ним стоят корзины. Не просто корзины, а корзины с цветами и узорами. У него есть старый череп двисти, который тоже раскрашен в разные оттенки, с завитушками и красивыми рисунками. А в другой корзине… есть всевозможные фигурки животных. Они похожи на игрушки, и я в восторге. Тот, что сверху, выглядит в точности как снежный кот. — Это Аехако сделал их для тебя?

Он бросает на меня раздраженный взгляд.

— Это я сделал.

— И разрисовал тоже?

— Нет, моя пара была художником. Ты и дальше будешь задавать мне вопросы?

— Хочешь, я заварю тебе чаю? — спрашиваю я, игнорируя его плохое настроение, как и говорила мама. Должно быть, она права, у него, должно быть, сильно болит зад.

— Нет.

Я подхожу к корзинке с резными фигурками, потому что они выглядят такими аккуратными.

— Они действительно красивые.

— Я знаю.

— Рисунки тоже красивые. Это ты их нарисовал?

— Это сделала моя пара, — с гордостью говорит он. — Она рисовала, а я вырезал по ночам у огня.

— Мне нравится твоя резьба, — смущенно говорю я ему. — Мама хороша во всем, но я слишком мал, чтобы заниматься резьбой самостоятельно.

— Ба. Я был в твоем возрасте, когда научился.

— Ого, значит, ты занимаешься этим уже очень, очень давно. Он сердито смотрит на меня.

— Ты хочешь сказать, что я старый?

— А разве нет?

Дренол только вздыхает и качает головой.

— Комплекты.

Я не могу оторвать взгляда от корзины, полной резных фигурок. Их так много, и все они крошечные и реалистичные. Я вижу одну, которая выглядит как метлакс, держащий на спине младенца, и у меня руки чешутся прикоснуться к ней.

— Ты сделал это, чтобы поиграть с ними? — Я нерешительно касаюсь одной фигурки. — Нет. Я сделал их для своего сына, но он умер. — Это печально. — Я отстраняюсь, не желая прикасаться к ним, если это его расстроит, но они такие красивые. — Можешь показать мне, как вырезать вот так? Он замолкает, и я снова смотрю на него. Он сидит на кровати. Выражение его лица странное, как будто он не может решить, грустит он или злится. Затем он качает головой.

— Уходи. У меня болит спина. — Дренол ложится и поворачивается ко мне спиной. Я ухожу, но моя голова полна мыслей. Я не думаю, что он хотел ложиться так рано или оставаться в своей хижине, когда на улице так хорошо, но у него болит задница. Я думаю о красивых расписных вещах в его хижине и резьбе по дереву. Дренол любит необычные вещи. И я думаю о том, как много он говорил, хотя и делал вид, что не хочет этого делать. Мама права. Ему просто грустно и одиноко. Я также не видел никаких подарков без яда. Держу пари, он ничего не получил, потому что его пара и сын умерли. Кто-нибудь должен сделать ему подарок. Каждый заслуживает что-нибудь без яда. Я бегом возвращаюсь домой. — Мамочка! Мамочка! Она крутит веретено у себя на ноге, на ее лице написано волнение.

— Смотри, Лухти! Это пряжа! Я догадалась! Я теперь умею делать пряжу, а потом мы сможем сделать настоящую ткань! — Хорошо, — говорю я, стараясь порадоваться за нее. Я подхожу к ней и касаюсь ее другого колена. — Мамочка, мне нужно, чтобы ты помогла мне сделать подарок Дренолу, потому что у него никого нет. — Она на секунду задерживает веретено в руке, затем откладывает его в сторону и сажает меня к себе на колени, крепко сжимая в объятиях.

— Ты прелесть, ты знаешь об этом, детка? — Я просто хихикаю, потому что боюсь щекотки.

— Значит ли это, что ты мне поможешь?

— Конечно. Что ты хочешь сделать?

Глава 3

ДРЕНОЛ

Большую часть дня я сплю, потому что больше нечего делать, когда ты стар и у тебя болят кости. Вадрен и Дрейан остаются с остальными на время празднования, так что я здесь один. Меня это вполне устраивает. Мне не нужна компания. Без болтовни окружающих здесь спокойнее. Я могу слышать свои собственные мысли. Я могу заснуть. Наверное, снова. Костер снова близок к тому, чтобы погаснуть, но у меня нет сил вставать и ворошить угли, не тогда, когда в хижине я один. За окном темнеет, и я слышу отдаленный смех, когда другие продолжают пировать и праздновать, но я просто устаю от этого. Думаю, моей Коле понравились бы все эти раздачи подарков. Кто-то вежливо скребется у входа в мою хижину, хотя ширма приоткрыта.

— Что? — Я раздраженно окликаю его. — Я не пойду туда только потому, что ты стесняешься войти. — Это я, — зовет молодой голос. Парень, которого я видел раньше. Лухти. У меня болит сердце. В его горящем взгляде есть что-то такое, что напоминает мне о моем маленьком сыне, ушедшем столько лет назад. — Чего ты хочешь? — Я принес тебе подарок.

А? Я сажусь, охваченный любопытством.

— Подарок?

Маленькая головка выглядывает из-за угла, а затем в мою хижину заходит Лухти. Он несет с собой одну из тех штучек, которые люди называют — подушкой, и она почти такая же большая, как он сам, с толстой набивкой. Она отделана белым мехом по краям и такая большая, что ему приходится переваливаться, и снаружи я вижу, как его темнокожая мать одобрительно улыбается, когда он заходит внутрь.