Экстрасенс в СССР 6 (СИ) - Подус Игорь - Страница 37

— Хорошо. Как только выберу кого, сразу скажу. А теперь, Алёша, давай поговорим о бородатом чёрте, который детей чуть не погубил и к нам во двор без спросу полез. Я тут кое-чего ещё вспомнила из наставлений учительницы, и теперь уверена: не просто так он у нас появился.

— Я тут тоже немного поразмышлял и понял: не похоже его появление на происки московского тёмного.

Матрёна кивнула, соглашаясь.

— Лёша, после того как ты проявился, вся местная мерзость почувствовала угрозу. И чем сильнее ты становишься, тем больше растёт эта угроза. Кто-то из тронутых тьмой просто уедет куда подальше, а другие, более решительные, как этот бородатый, попытаются навредить и тебя со своей обжитой территории убрать.

— Ну пусть попробуют, — проговорил я, затем рассказал знахарке о том, что видел во время ритуала погружения, и спросил, что она по этому поводу думает.

— Выходит, не того человека тебе показали. Но видел ты этого очкарика с ружьём на том самом гиблом болоте, про которое я тебе недавно рассказала. Получается, связан он как-то с бородатым чёртом. Но вот только как?

Матрёна недовольно покачала головой.

— Эх, как же не вовремя этот гад проявился. Наташе Беловой со дня на день рожать. Готовиться надо. А тут это всё на нас свалилось. Одно хорошо — Машка у нас появилась. Пока она во дворе, ни одна нечисть спокойно сюда не зайдёт. А по поводу путника на болоте, тебе, Алёша, придётся самому туда ехать. Думаю, дар поможет найти, куда он там шёл и по каким таким делам.

— Да я уже понял, что на месте придётся выяснять.

— Только как соберёшься, ружьишко с собой возьми. А я дам тебе адресок деда Фомича. Старого товарища моего покойного мужа. Он давно на пенсии, и как раз в тех краях в лесничестве работал. Каждую тропку вокруг гиблой топи знает.

Поговорив с Матрёной, я сходил в тёплую баню. Обмылся и переоделся. Через полчаса заехал за Ольгой и прождал её около дома до полседьмого.

— Алексей, а где ты достал импортный набор ветеринара? — первым делом спросила она.

— Это Анастасия Волкова помогла достать. Кстати, мы за ним в Москву специально ездили, — приврал я.

— Ну тогда извини за то, что я себя так повела, не разобравшись.

— Проехали, — отмахнулся я.

— Нет, не проехали, — проговорила Ольга томно. — Надеюсь, у тебя ещё остались ключи от дома в городе. Сегодня, после ресторана, можно будет там переночевать, чтобы не ездить по темноте.

Если честно, то после таких едва завуалированных намёков мне захотелось рвануть в бывший дом Боцмана, не заезжая в ресторан. Тем более прямо сейчас в багажнике стояла корзина со снедью, которую мне всучила Машка, и сумка со спиртным и лимонадом. Так что стол мы могли накрыть в течение пятнадцати минут. Если бы в «Чайке» нас сейчас не ждали Ермаков с Анастасией Волковой, то именно так бы мы и поступили. Вместо этого я покопался в бардачке и, достав комплект ключей от дома, передал их Ольге.

— Что это? — спросила она.

— Ключи от нашего первого жилья, которое, можно назвать совместным.

— Ты что, снял дом на долгое время?

— Нет, теперь он полностью наш. Так что можешь пользоваться.

Ольга округлила глаза, и в этот момент я бы отдал многое, чтобы пробиться через защиту и прочитать её мысли.

Мы почти не опоздали и, подъехав к гостинице «Чайка», сразу направились в ресторан. Я не удивился, когда первой, кого я узнал внутри, оказалась комсорг Лида, сидевшая за столиком с симпатичным молодым мужчиной. Похоже, тем самым командировочным инженером из Москвы, который ей сегодня подарил цветы.

Кивнув девушке, я искренне порадовался тому, что у меня получилось выкинуть из её головы всю дурь и подтолкнуть к чему-то новому. После этого, стараясь не глазеть на парочку, нашёл своих друзей, сидящих на привычном месте, за столиком у стены, сбоку от бара.

Ольга села рядом с Анастасией Волковой и начала с ней активно общаться, а я после тоста «За встречу!» позвал Ермакова выйти покурить.

— Алексей, не знаю, как у тебя это получилось, но второй секретарь горкома комсомола Паша Смирнов больше не пытался штурмовать кабинет начальника милиции.

— Наверняка Смирнов немного поразмыслил и пришёл к выводу, что не стоит обвинять кого-то без доказательств. Ну поднимет он волну, и что это ему даст? Волна-то может назад прийти, и утопить его партийную карьеру, — озвучил я удобную для всех версию.

— По моим данным, он ушёл в запой и днём даже на опознание отца в морг не явился. Его младший брат бумаги подписывал.

— А капитан Богомолов как там себя чувствует?

— Замначальника угрозыска сегодня на конкретном нервяке целый день был. Курил одну за одной и пытался кому-то дозвониться по городскому телефону. Думаю, он как раз своего дружбана, второго секретаря искал. А ближе к вечеру жена Смирнова перезвонила и сказала, что он пьяный в дрыбадан валяется на диване.

— И что теперь?

— А теперь расклад такой. Из Смоленска позвонили в нашу городскую прокуратуру и приказали расследование по делу гаишников замять и списать их смерти на несчастный случай. Судя по повеселевшей роже полковника Кондратьева, на него перестали наседать сверху.

— Вот и хорошо. А то этот клан Смирновых у меня уже вот где сидит, — честно признал я, указывая на горло. — Ну а что там по поводу найденных в лесу детей? Панфилов в РОВД появлялся?

— Приезжал ваш Панфилов. Я его успел перехватить до большой планёрки, проводимой в отделе участковых инспекторов. Выслушал его подозрения, пообещал помочь и посоветовал пока волну не поднимать. Панфилов понимает, что при нынешнем руководстве всё равно уголовное дело прикроют, так что не сопротивлялся.

— А акула пера что по этому поводу думает?

— Ну ты же знаешь Настю. Едва я ей всё рассказал, Волкова вцепилась зубами в это дело мёртвой хваткой. Вчера полдня в нашем районном архиве копалась, а сегодня с утра в Смоленск уехала и только сейчас появилась с папкой бумажек. Явно хочет чего-то нам интересное показать.

— Ну пошли, посмотрим бумаги и поговорим с ней, пока у музыкантов перерыв, — предложил я, услышав, что в ресторане прекратила греметь музыка, и увидев разгорячённых танцами посетителей, массово выходящих из заведения покурить на свежем воздухе.

Вернувшись за столик, я увидел, как Волкова раскладывает перед моей Ольгой бумаги, а та с интересом их читает. Зная, о чём пойдёт речь, я по дороге в город инициировал обсуждение пропажи детей и рассказал своей девушке о некоторых странностях, связанных с их нахождением, разумеется, не особо углубляясь в подробности. И, похоже, это Ольгу реально заинтересовало.

— Настя, может, и мне покажешь, чего ты там в Смоленском архиве нашла, — предложил я, садясь рядом.

— Я бы вряд ли успела отыскать все данные по теме несчастных случаев на территории района за последние тридцать лет и свести всё это в единое дело, если бы одна архивная работница не подсказала где надо копать, — призналась журналистка.

В этот момент я заметил, что пожелтевшие листочки тщательно пронумерованы, а пометки на них сделаны перьевой ручкой, очень красивым каллиграфическим почерком.

— Неужели кто-то давно заметил странности и собрал все данные в одну папочку? — догадался я, и Волкова закивала.

— Мне вчера в городском архиве сказали, что собирал данные о несчастных случаях один пожилой юрист из Смоленска. А сегодня я нашла вот это. Оказывается, этот адвокат ещё двадцать лет назад столкнулся с периодичностью несчастных случаев, происходящих в нескольких глухих уголках Смоленской области, и начал собирать документальные доказательства. Вот на этой страничке выписаны все несчастные случаи со смертельным исходом, произошедшие там, где нашли детей.

Акула пера развернула карту области, на которой было несколько групп отметок.

— Зелёненькими кружочками адвокат отметил места, в которых что-то происходило, но не систематически. Жёлтым обозначены места, вызвавшие подозрения. А вот среди этих четырёх оранжевых меток, я обнаружила то самое заброшенное производство, где нашли детей.