Проклятый город (ЛП) - Голден Кейт - Страница 1

Друзья, важная информация!

Этот перевод создан с любовью к книге исключительно для ознакомления и обсуждения в кругу совершеннолетних читателей (18+).

Все права на оригинальное произведение принадлежат его законному владельцу. Если вы являетесь обладателем этих прав и возражаете против публикации, напишите нам (в сообщения сообщества), и мы сразу же всё уберем.

Наши скромные просьбы:

Пожалуйста, не копируйте руссифицированные обложки и текст в социальные сети (TikTok, Pinterest, Facebook, Instagram и др.).

Делитесь файлом с друзьями, выставляйте в свои группы, но оставляйте ссылку на наш канал.

Нам важно ваше мнение!

Будем рады почитать ваши мысли о книге в обсуждениях. А лучшей благодарностью автору произведения будет ваш честный отзыв на сайтах вроде Goodreads (только, пожалуйста, без упоминания того, что это был любительский перевод).

Перевод выполнен телеграм-каналом:

ЧерноКнижницы

Посвещяется Мауре,

Несмотря на разделяющие нас километры, мне по-прежнему кажется, что до тебя всего одна поездка на такси.

Спасибо, что читаешь всё, что я пишу, и всегда меня поддерживаешь.

И Алисе,

Мы ещё не знакомы, но я уверена, что из тебя получилась бы превосходная истребительница демонов.

Не могу дождаться, когда мы вместе с головой окунёмся в удивительный мир книг.

Глава 1

Солнце садится над Астерой, а я умираю.

— Это касается твоего брата… — из-за крови, скопившейся у меня во рту, голос звучит невнятно.

Дикон, демонический исполин ростом в шесть футов шесть дюймов¹, тащит меня по грязи и снегу, а затем швыряет внутрь своего клуба. Я тяжело приземляюсь, и боль пронзает все тело. Очередной приступ кашля заканчивается кровавыми брызгами на отполированном бетонном полу «Лихорадочного сна».

Баз входит следом за Диконом, такой же молчаливый и нависающий, как тень, его тёмные волосы скорбно падают на лицо. Он смотрит на меня настороженно — фиолетовые глаза мечутся между моим сжавшимся, дрожащим телом и его грозным боссом. Бармен с детским лицом перегибается через стойку, с интересом наблюдая за мной, а из его рта при виде моей крови выступают клыки. Элегантная акробатка с бронзовой кожей поднимает взгляд от растяжки на возвышении, где стоит оборудование диджея.

— Говори, — приказывает Дикон.

Его бледные глаза прикованы к обугленной плоти на моей спине — месту, где я ношу самое смертоносное заклинание из всех известных человечеству.

— Выводок… — каждый слог даётся мне с хрипом, лёгкие сжимаются. — Когда Рид…

— Что это за шум?

Когда я поворачиваюсь на голос, то вижу Уорда — красивого бармена-оборотня, которого встретила неделю назад, — выходящего из-за распашной двери за стойкой. В одной руке он держит кухонное полотенце, в другой бутылку джина. Его земленисто-зелёные глаза расширяются при виде меня.

— Белоснежка?

Дикон игнорирует его.

— Что случилось с моим братом, Вивьен?

При этих словах Уорд выпрямляется, оставляет бутылку и полотенце на стойке и подходит к Дикону.

— Он в доках, — выдыхаю я. — Финн, сын Верховного Тана, схватил его. Пожалуйста, они собираются…

Я снова кашляю. Тусклые огни, греческие колонны и высокий потолок начинают вращаться перед глазами.

— Они собираются его убить.

Из груди Дикона вырывается проклятие, и звук прокатывается по клубу, словно землетрясение. Несмотря на все попытки удержаться, я сжимаюсь от страха перед яростью, исходящей от его широких плеч и суровой челюсти.

— Исцели её, — приказывает он.

Я не уверена, кому именно он говорит, потому что зрение уже распадается на вспышки и пятна. Когда больше не могу держаться, я оседаю на пол.

Прежде чем сознание ускользает, меня поднимают ледяные руки. По слабому гулу под кожей я понимаю, что это девиант, но я слишком истощена, чтобы сопротивляться.

— Никого из Выводка сюда сегодня не впускать, — рычит Дикон. — Пока мы не вернёмся. И чтобы никто не сказал об этом ни слова за пределами этих стен, ясно?

Тихие голоса подтверждают согласие.

— И, ради всего святого, — рявкает Дикон тому, кто держит меня. Судя по вампирскому холоду его кожи, я бы предположила, что это Баз. — Не дайте ей залить кровью весь зал.

После этого две пары ног выходят наружу, а массивные входные двери закрываются с отвратительным грохотом.

— Они спасут его?

Мне всё равно, что случится со мной. Но Рид… Рид…

Я не слышу ответа База. Только бешеный стук собственного отчаянного сердца, мерцающее сияние Сирабракса под кожей и мягкий тум-тум клубной музыки.

Что-то тёплое и влажное касается моих губ, и бесконечная пустота поглощает меня целиком.

Я просыпаюсь словно от удара грома.

Резко выпрямляюсь, хватая ртом воздух и прижимая руку к груди, поражённая тем, что цела и всё ещё дышу. В темноте мне требуется несколько секунд, чтобы понять, где я нахожусь: сижу на застеленной кровати в комнате, освещённой городскими огнями, пробивающимися сквозь мягко задрапированное окно. Это какая-то роскошная гостевая спальня внутри «Лихорадочного сна».

А потом приходит боль.

Жестокая пульсация вдоль позвоночника. Будто я проспала в неудобной позе, но не пару часов, а большую часть тысячелетия. Я пытаюсь размять шею и спину, но без толку. Более того, кажется, я только делаю хуже.

А потом приходят воспоминания…

Рид. Тело в синяках и крови. Багровые когти обнажены и уже покрыты кровью. Он стоял против Финна и его людей, чтобы у меня появился шанс выжить. Чтобы у Пенни появился шанс выжить.

«Пришло время платить за грехи».

Вот что он мне сказал.

С тем выражением в глазах.

Принятие. Самопожертвование.

Будто его смерть была бы честной платой просто за то, кем он является…

Если он умер ради меня… если он умер, считая, что заслужил это…

Эта боль способна разорвать меня надвое.

Но я заталкиваю её глубоко внутрь, в какой-то запечатанный коридор своей души.

Рид жив. Он должен быть жив.

Дикон сильнее любого демона, которого я когда-либо встречала. Обладать такой силой, никогда не присоединившись к Выводку? Поглотить столько душ охотников, что способен чуять их?

Да, я уже почти теряла сознание, но я видела настоящую ярость на его лице, когда сказала ему, что Выводок схватил его брата.

Я должна верить, что он сможет направить эту ярость в нужное русло. Что он вернёт Рида домой.

Мысль о том, с кем Дикону придётся столкнуться — с Верховным Таном и его сыном-садистом, — превращает боль в спине во что-то другое.

В настойчивый импульс.

Достаточно сильный, чтобы я поднялась с кровати, будто меня кто-то подтолкнул, пока паника всё ещё дрожала внутри.

Рид, Рид, Рид…

Я заставляю себя не думать о его глубоких, бурлящих глазах цвета тёмного океана, а сосредоточиться на босых ногах, ощущающих деревянный пол.

Я делаю ровный вдох и задаюсь вопросом, куда делись мои ботинки.

Комната пахнет свежим бельём и гвоздикой. На прикроватном столике почти ничего нет — только ваза с белыми розами, деревянные часы, показывающие неправильное время, и две догорающие свечи в гладких стеклянных подсвечниках.

Я осматриваю диван, письменный стол и сверкающий город за окном. Луна едва видна в небе.