Последняя песня о любви - Райли Люсинда - Страница 4

Сорча изумленно наблюдала за Хелен. Она никогда не слышала, чтобы девушка настолько разговорилась.

– Я думаю, в той лачуге ему холодно и одиноко. Там даже туалета нет.

– Такие, как мы с Коном, привыкли к одиночеству. Мы другие. Мы во многом похожи.

– За исключением того, что ты будешь очень богатой, у тебя огромный дом, а у Кона Дейли нет ничего, кроме хижины, которую он снимает с тех пор, как умер отец и его дом отобрали за долги.

Хелен понурилась.

– Да, это так.

Она бережно сложила афишу и спрятала в карман.

Сорча увидела, как Хелен, словно улитка, спряталась в свою ракушку. Так они и сидели молча. Через пять минут в дверь постучала Мэри и сказала, что Шемас готов отвезти Хелен домой.

– До свидания, Сорча.

– До свидания, Хелен.

Хелен кивнула и вышла из спальни. Через пять минут Сорча пошла в ванную. Потом она легла в постель, накрылась одеялом и подумала о субботнем концерте. Если пойти, то она впервые обманет родителей. Еще один вопрос: что надеть? Платье, в котором она ходит в церковь на мессу? Эта мысль ее развеселила, она хихикнула, повернулась и закрыла глаза. Утро вечера мудренее, она посмотрит, что будет завтра.

– Мама, Мейрид пригласила Кэтрин, Морин и меня в гости с ночевкой в следующую субботу. Мне можно пойти?

Сорча скрестила за спиной пальцы.

Мэри драила полы в кухне.

– Не вижу причин отказываться, только выполни домашнее задание до ухода.

– Конечно, мама.

– Тогда скажи Мейрид, что придешь.

– Отлично.

Сорча даже удивилась, что все вышло так легко.

Мэри взглянула на нее.

– Что-нибудь еще, Сорча? Может, хочешь помочь мне помыть полы?

– Я… нет. Спасибо, мама.

Сорча убежала, боясь себя выдать.

– Заходи скорее, пока нас никто не увидел, – шепнула Мейрид, открыв черный ход.

– Так наоборот же, нужно, чтобы увидели, – хихикнула Сорча.

– Да, конечно, – засмеялась Мейрид. – Мне придется заплатить Джонни, чтобы держал язык за зубами. Братец придет на концерт с друзьями.

– А он точно не проболтается?

– Нет, он без ума от Кэтрин, поэтому никому нас не выдаст, – улыбнулась Мейрид. – Ты принесла во что переодеться?

– Да. Платье, в котором хожу в церковь.

Сорча поднялась по лестнице следом за Мейрид в ее комнату.

– Ты что? Не может быть!

– Шучу. Подожди немного, сейчас покажу.

На полу в ворохе одежды сидела Кэтрин в нижнем белье.

– Ничего хорошего! Все выглядит ужасно! Пойду домой и лягу спать.

– Не сходи с ума! – отругала ее Мейрид. – В черном свитере и брюках для верховой езды ты неотразима! Они подчеркивают фигуру.

– Ну, кто же ходит на концерт в брюках для верховой езды? – заплакала Кэтрин.

– Да ты что? Это последний писк моды! Помнишь журнал, который Морин привезла от тети из Лондона?

Сорча бросила сумку на пол.

– Ну чего ты всполошилась? – удивилась она. – Ты же знаешь, что парни столбенеют, когда ты проходишь мимо. С такими очаровательными светлыми волосами и большими голубыми глазами можно вообще не заморачиваться. Что ни надень!

– Да ладно тебе! – возразила Кэтрин. – Это твоим рыжеватым локонам и длинным ногам завидуют все девчонки в классе. Ты такая хорошенькая, будто модель из журнала Морин.

– Когда закончите убеждать друг друга, что вам давно пора идти на конкурс красоты, может, снизойдете до земных дел. – Мейрид подняла бровь. – Что-то Морин опаздывает. Обещала, что придет в половине пятого. А уже шестой час.

– Придет, – кивая, успокоила Сорча. – Я видела ее в городе.

– Ладно. Ну что же? – Мейрид махнула девушкам расческой и щеткой. – Кто первый в мой салон?

Через полтора часа все было готово.

Сорча изумленно рассматривала свое отражение в зеркале.

– Неужели это я?

Она округлила накрашенные алой помадой губы буквой «о». Веки отяжелели из-за накладных ресниц. Мейрид уложила ей волосы в аккуратный пучок, закрепила на макушке заколками. Сорча укоротила на ладонь старый килт, который нашла в глубине гардероба, и ушила его в боках, чтобы облегал бедра и подчеркивал длинные стройные ноги.

Кэтрин тоже любовалась собой.

– Мейрид, тебе нужно открыть свой салон. Ты гений.

Она улыбнулась.

Мейрид скромно пожала плечами и убрала страницу из модного журнала, с которой копировала детали.

– Да ладно. Мне это ничего не стоит. Теперь займусь собой. Позвоните Морин, пока я в ванной.

Сорча с трудом отвела глаза от зеркала.

– Если она не появится через десять минут, позвоню.

– Отлично. Наведите здесь порядок, ладно?

– Попробуем, – вздохнула Кэтрин, осторожно сидя на кровати, чтобы не помять золотистые локоны, которые блестели после укладки. – По-моему, нас и матери родные не узнали бы, даже если бы обнаружили, куда мы пошли.

– Точно. Представляю, что сказал бы папа, увидев мой макияж и короткую юбку.

– Как ты думаешь, сегодня с кем-нибудь из нас это произойдет? – спросила Кэтрин.

– Что такое «это»? – уточнила Сорча.

– Ну, что нас поцелуют?

Кэтрин подобрала длинные ноги.

– Кто знает?

Девушки примолкли, размышляя о грандиозном событии.

Внизу постучали. Кэтрин вскочила.

– Это Морин. Пойду открою.

Через две минуты Кэтрин вернулась вместе с раскрасневшейся Морин.

– Божечки! Думала: не вырвусь. Шейн приболел, мама ушла и оставила меня за ним присматривать. Сколько у меня времени на все про все?

– Уйма, если мы поможем, – успокоила ее Кэтрин.

Через полчаса четверка сидела на кровати и нервно обсуждала свою хитрость.

Морин, чувствуя себя не в своей тарелке в изумрудно-зеленом платье, которое стащила из гардероба матери, покачала головой.

– Даже не знаю, может, плюнуть на все это, приготовить сэндвичи и надеть пижамы?

– Прекратите панику. Вот. – Мейрид достала из-под кровати бутылочку виски. – Для храбрости.

Она поднесла бутылку к губам, откинула голову и глотнула.

Глаза ее сразу заслезились.

– Держи, тушь потечет. – Сорча дала ей носовой платок.

Мейрид промокнула глаза.

– Следующий? – предложила она.

Три девушки переглянулись.

– Господи, куда делся дух приключений? – Мейрид покачала головой и закатила глаза.

– Дай сюда. – Сорча схватила бутылку и сделала глоток. – Кэтрин, держи.

Кэтрин прикрыла веки и отпила побольше. Когда она передавала бутылку Морин, глаза у нее заблестели.

– А мне нравится.

– Да ну? – засмеялась Морин и, сделав большой глоток, закашлялась и беспомощно сплюнула. Пришлось похлопать ее по спине.

– Ну, готовы? – спросила Мейрид.

Девушки торжественно кивнули.

– Тогда одеваемся, садимся на велики и поехали.

– А вдруг нам встретятся знакомые? – ужаснулась Кэтрин.

– Помашем ручками и улыбнемся. Мы же выехали покататься, – ответила Мейрид и пожала плечами.

– Что? В темноте? – хихикнула Сорча.

– Да ладно, поехали.

Все четверо вышли из спальни.

До здания Гэльской атлетической ассоциации они доехали за пятнадцать минут. Облегченно вздохнув, что большинство зрителей в этот морозный январский вечер спешили в тепло, девушки спрятали велосипеды за зданием и встали в небольшую очередь снаружи.

– Давайте мне деньги, я заплачу за всех, – заявила Мейрид.

Сорча оглянулась и увидела парней, которые с любопытством их рассматривали. Она ткнула в бок Кэтрин и подмигнула. Мейрид купила билеты, и девушки прошли в дамский туалет, чтобы привести себя в порядок.

Пока Сорча тщательно красила губы, она слышала, как репетирует в соседнем зале группа. От волнения она задрожала.

– Ну вот, ты наконец взрослеешь, – шепнула она своему отражению в зеркале.

К девяти часам зал забился битком.

– Смотрите, приехали даже из других деревень. В такой толпе нас никто не заметит, – уверила подруг Мейрид, пока они проталкивались к бару. – Что будем заказывать?