Догоняя прошлое (СИ) - Соболь Елена - Страница 1

Я стояла у окна своего кабинета, вдыхая аромат свежесмолотого кофе. Терпкий, чуть горьковатый. Солнечные лучи пробивались сквозь стекло, рассыпаясь золотыми бликами по паркету, и казалось, будто само утро шептало: «Пора. Пора отпустить…»

В этот миг дверь распахнулась, и в кабинет ворвалась моя любимая подружка Зиночка — вихрь рыжих кудрей, звонкого смеха и неукротимой энергии. Она всегда появлялась так , будто сама судьба посылала её, чтобы встряхнуть меня, вырвать из омута привычных забот.

— Мать, ты что творишь? воскликнула Зинка, останавливаясь посреди комнаты и упирая руки в бока

— У тебя отпуск, а ты торчишь тут, как в окопе! Собирай чемоданы! Твоя кафешка не развалится, я присмотрю за всем!

Она махнула рукой в сторону стола, заваленного документами, будто отметая все мои тревоги одним жестом.

Я медленно оглядела своё кафе «Конфетти». За окнами мелькали детские силуэты, яркие игрушки переливались всеми цветами радуги, а в воздухе витал сладкий аромат шоколада и ванили — атмосфера праздника, которую я создавала годами. Но сейчас всё это казалось далёким, почти нереальным.

— Зин, всё готово, — ответила я с лёгкой иронией, стараясь скрыть волнение, которое вдруг защекотало, где то под рёбрами.

— Я только на минутку забежала — паспорт в кабинете оставила.

Зина плюхнулась на диван, склонила голову набок и подмигнула. Так лукаво, что сердце ёкнуло.

— Главное, не забудь трусики тоже оставить… — протянула она многозначительно. — Ведь поездка в страну шейхов и гаремов, где мужчины с огромными…

— Зин! — я засмеялась, пытаясь закрыть ей рот ладонью, но румянец уже залил щёки.

— Ох, не Зинкай мне! — она расхохоталась, откинувшись на спинку дивана. — Пора о здоровье подумать. И вообще, потенциалами… А ты о чём подумала? Плутовка!

Я подошла к зеркалу. Подтянутая фигура, высокая грудь, узкая талия, уверенный взгляд. Платиновая блондинка — волосы блестят, будто вчера из салона. Хороша, зараза…

Но в глубине глаз — тень. Мысль о маме кольнула сердце. После смерти отца от инфаркта она так и не оправилась, и мысль оставить её одну казалась предательством.

— Мама совсем слабенькая стала,без настроения совсем — сказала я тихо, опуская взгляд.

— Не до «здоровья»

Зина закатила глаза, но тут же смягчилась.

— Ну, замуж тебя никто не гонит! Может, лёгкий курортный роман? — в её голосе прозвучала неподдельная забота.

— Ага, твоей маме султанше внуки нужны? — я попыталась улыбнуться, но в груди всё ещё сжималось.

— А твою маменьку, Олесю Петровну, я беру на себя! — Зина вскочила, её глаза загорелись идеей. — Отправлю в санаторий! Может, хоть она выйдет замуж за моряка — вон, в романах всё так красиво…

— А что? — я вдруг почувствовала, как внутри что- то дрогнуло. — Отличная идея! Главное — убедить в этом маму…

Смех заполнил кабинет, лёгкий, звенящий, будто первые весенние ручьи.

— Может, генерал лучше, как в любовных романах? — спросила я, глядя на подругу. — Вон, в тех, что ты ночами читаешь…

— Точно! Возьмёт её на абордаж! — Зина рассмеялась, и мы обе представили эту картину — маму, строгую и немного грустную, в объятиях бравого капитана.

— Ну, это уже что- то про пиратов… — я покачала головой, но улыбка не сходила с губ. — Мы как две старые девы, строчащие письма морякам…

— Романтика — это прекрасно, — вздохнула Зина, и в её взгляде мелькнуло, что- то мечтательное.

— Но не забывай о шейхах, — добавила я, и перед глазами вдруг возник образ: тёплое море, золотистый песок, загорелый силуэт на горизонте…

— Держи, тебе подарок, — Зина достала из сумки три купальника, каждый более откровенный, чем предыдущий. Ткань переливалась, как морские волны на закате. — В отпуске без них нельзя!

— Ты же знаешь, что я их не надену! — я покачала головой, но пальцы невольно коснулись шёлка.

— Ну взять — не значит надеть, — подмигнула Зинака. — Но вдруг… Вдруг случится что то волшебное?

Смех снова заполнил офис, поднимаясь к потолку, будто воздушные шары.

За окном утро набирало силу, солнце поднималось выше, заливая город светом. Я глубоко вдохнула — аромат кофе смешался с запахом приближающихся перемен. И вдруг отчётливо поняла: эта поездка — не просто отдых. Это новая глава. Глава, в которой, возможно, найдётся место не только солнцу и морю, но и чему- то большему…

Дубай встретил нас жарой, густой, тягучей, словно расплавленное золото, и воздухом, пропитанным предвкушением отпуска. За спиной шумел аэропорт, а впереди, насколько хватало глаз, простирались бескрайние пески, отливающие бронзой в лучах палящего солнца, и сверкающий Персидский залив, манящий своей лазурной безмятежностью.

Паша весело посмотрел на меня и потряс новеньким шлемом:

— Мама, готова к первому испытанию?

— Не уверена, что понимаю ваш выбор, — улыбнулась я, понимая, что шопинг и понежиться на шезлонге с книжкой уж точно не для моих неугомонных мальчишек.

— Тогда надевай шлем и поехали! — крикнул Алёшка, затягивая ремень своего костюма. В его глазах горел тот самый огонь, который всегда зажигался перед новым приключением.

Мы сели в багги. Мощный двигатель взревел, и мир вокруг наполнился шумом, вибрацией и запахом раскалённого металла.

— Никаких остановок! — крикнул Паша, и его голос потонул в рёве мотора.

Каждый поворот, взлёт на бархане и стремительный спуск сопровождались громкими криками радости и рёвом багги. Я отпустила свои страхи перед скоростью и вдруг почувствовала, как сердце наполняется счастьем — чистым, детским, давно забытым. Пески вокруг казались живыми, будто шептали о древних тайнах и невиданных приключениях, манили вглубь пустыни.

— Мама, смотри на эти дюны! — закричал Алёшка, указывая на гигантские песчаные волны, перекатывающиеся под ветром. — Они как морские!

— Давай к тому гроту! — предложил Паша, его глаза горели азартом. — Там наверняка затонувшие сокровища!

Я остановила сыновей, мягко положив руку на плечо Паше:

— Давайте лучше побережём себя от пиратов, а? — улыбнулась я. — Зато у нас впереди ещё много приключений!

Через три дня мы оказались у моря, на сверкающей белой яхте, скользящей по бирюзовым волнам. Я лежала на шезлонге, наслаждаясь брызгами, бьющимися о борт судна, вслушиваясь в крики чаек и смех моих мальчишек, резвящихся в воде под присмотром спасателей.

— Мама, пошли плавать? — с восторгом воскликнул Алёшка, выныривая из воды и отбрасывая мокрые волосы со лба.

— Зачем вы меня тащите с собой? Я лучше вас сниму отсюда, — пыталась увильнуть я от плаванья, наслаждаясь теплом солнца на коже.

— Мы же семья! — крикнул Алёшка и прыгнул в воду первым. Следом за ним нырнул Паша, крикнув: «Один за всех, и все за одного!»

Он был прав. Со смехом я погрузилась в тёплую воду, ощущая, как напряжение последних месяцев растворяется в солёной морской стихии.

— Мам, смотри на тот затонувший корабль! — заметил Алёшка, указывая вдаль, где над водой виднелись очертания старого судна.

— Похоже на «Титаник»! — подхватил Паша, его глаза загорелись от восторга.

— Это специальная станция для туристов, так что — вперёд к приключениям, ребята! — засмеялась я, крикнув напоследок: «Кто последний, тот булка!»

После недели приключений мы отправились за сувенирами.

— Давайте поедем за сувенирами и выберем что‑нибудь на память, — предложила я. — Вашим друзьям и бабушке с крёстной будет приятно.

Сыновья сияли от предвкушения. Мы отправились на Золотой рынок, где каждый уголок захватывал дух.

На шумном рынке царило оживление: звуки смеха, разговоров и негромкой восточной музыки сплетались в волшебную симфонию. По обе стороны узкой улочки горделиво расставились прилавки, полные самых разнообразных товаров. Яркие цвета фруктов и овощей притягивали взгляд, а ароматы свежей выпечки и специй — корицы, кардамона, шафрана — заполняли воздух, погружая всех в атмосферу настоящего восточного праздника.