Театр доктора Смерть - Хитарьян Вера - Страница 6

— Милый? — неожиданно пассажирское сиденье перестало пустовать, и его заняла будущая жена. — А вообще безопасно ли ехать ночью в такую даль? Мне кажется, нам нужно было подождать до утра.

— Ты утрируешь, солнце. Завтра у нас будет шикарный день, мы наконец выбрались всей семьей на отдых, определенно, эта поездка стоит того.

— Не все, Пит. Мышонок в последнее время явно чем-то озабочен. Постоянно прячется от меня, не позволяет даже прикоснуться, но вот тебя он почему-то любит. Что-то произошло, о чем я не знаю?

— Может, и так, но он достаточно большой мальчик и в состоянии решить проблемы самостоятельно, ты так не считаешь?

— Ты сам знаешь причину, почему он не может. Это уже переросло в маниакальную стадию, самое ужасное уже близко. Он на грани.

— Ты опять все усугубляешь, это просто подростковый период, гормоны и все дела, — Питер был готов взвыть от того, что проблема с этим приемным мальчишкой касалась и его. Да, он давал ложную надежду на то, что тот может быть полезен, но увы, это всего лишь обман, и Мышонка ждет та же участь, что и его родителей, а именно госпиталь Святой Анны (психиатрическая больница для подростков).

Увы, семейство Хэмиш бесплодно — они называли это карой. Поэтому Элизабет и Скотт Хэмиш, брат Питера и его жена, решились на отчаянный шаг и взяли ребенка из приюта, но и тут их ждало испытание. Мальчика, которого они усыновили, было достаточно сложно воспитать, потому что с рождения у него наблюдались некоторые психоэмоциональные отклонения, как и у его биологических родителей. О них было известно немного: отец был наркоманом, который выполнял грязную работу за кого-то, а мать страдала шизофренией, которая, по всей видимости, передалась и малышу. Мышонок попал в интернат для мальчиков совершенно случайно: его нашли на дороге, одного и брошенного.

Питер зачем-то вспомнил это и, чтобы прекратить бесполезный поток мыслей, решил поторопить семейство. Мысли все равно крутились в голове, а еще это чертово расследование, которое могло бы стать сенсацией века, но, увы, это было не главным. Она. Маленькая мисс Несчастье — Шарлотта Бэгинс, которая всем своим существованием перечеркнула привычную жизнь журналиста.

— Ну что? Все на месте? Едем! — отрезвляющий звонкий голос трещал в голове, а значит, брат и его обаятельная супруга были на месте и готовы к отправлению.

Семейство Хэмиш было одним из самых уважаемых в обществе. Некогда Скотт Хэмиш открыл свой небольшой бизнес: юный и уверенный в себе, он работал не покладая рук, чтобы в будущем его прекрасная жена не нуждалась ни в чем. Теперь им уже за пятьдесят, и эти люди можно сказать эталон идеального брака. Питер тоже мечтал об этом, поэтому он увидел в Элеонор ровно такое же будущее, как и у своего родственника: семья, дом и дети. Но из-за этого расследования вся жизнь пошла под откос. Гребаный Уолтер, гребаная шайка, гребаная Бэгинс — будь она проклята.

***

Шоссе накрыл настолько сильный ливень, что, даже если захотеть, ты ничего не увидишь. Два часа ночи, прекрасное звездное небо было затянуто тучами, будто погода была предвестником чего-то плохого. Серый «Вольво» ехал не спеша, как черепаха, направляясь к месту назначения. Но кто знает, может, эта машина не единственная на трассе.

Так и было: за машиной Питера следовала другая. Старенький пикап, где два пассажира о чем-то громко спорили; может, они сбились с пути или эта пара, которая ссорилась?

— Ты чудовище, Шепард! Почему именно авария? Мы могли бы просто прострелить его тупую башку!

— Юманс, когда ты стал придирчивым к методу убийства? Сам голыми руками душил, а теперь жалко стало?

— Я не понимаю одной вещи. Тейд, скажи мне искренне, как ты только разговариваешь с этой мадам-подстилкой? Что в ней такого? Почему мы с тобой не можем поговорить как друзья?

— Потому что мы никто друг другу, Аро! Потому что мы с тобой два гнилых человека, которые никогда не уживутся друг с другом. Она просто другая, прими наконец-то этот факт. И покончим с этим!

— Ты любишь ее? Ведь так?

— Нет! Это просто дорогой мне человек, вот и все!

— Тогда почему и я не могу быть твоим дорогим человеком? Мы вместе уже сотни лет, а такое впечатление, что мы чужие и всегда ими будем. Но с ней ты другой: хочешь защитить, говорить с ней, заботиться.

— Посмотри на мою левую руку, посмотри, черт тебя дери, на мою руку! Я сделал это для тебя, но какого хрена ты даже не поблагодарил, сукин сын!

Аарон на минутку задумался. Он помнил тот день, когда Тейд вступился за него перед боссом, помнил тот момент, когда этот чопорный и здоровый дядя предложил свой палец взамен на то, что Аарона не накажут. Музыкант знал, что в гробовщике есть те качества, которые тот тщательно скрывает, но искренне не понимал, почему все чувства он отдает этой стерве.

Аккуратно взяв коллегу за руку, пианист, будто завороженный, поднес ее к своему лицу, пытаясь лучше рассмотреть. На левой кисти, где красовался шрам от среднего пальца и до запястья, а на месте, где должен быть мизинец, не было ничего. Юмансу казалось, что самое жестокое, что могло произойти, — это не то, чтобы он сам лишился пальца, а то, что за него это сделал другой. Они никто не были святыми в прошлом, но так изощряться над людьми было неправильно. Почему никто? Потому что они все убийцы, которые следовали к одной цели, но она не оправдывает средства.

— Благодарю… — только и мог прошептать пианист.

— Руки убрал от меня, тушканчик, — грубо отрезал Тейд. — Ты решил, что сейчас подходящий момент об этом сказать? Больше мы не вернемся к этому разговору, потому что именно сейчас нам нужно это сделать! — бросив бешеный взгляд сквозь Аарона, следом уже уверенным рывком открывается дверь со стороны пассажира, резко выталкивая того из машины на полном ходу.

Избавься от своего напарника — мужчина прибавил скорость, направляя пикап в сторону серого «Вольво», готовясь выпрыгнуть. Это был рискованный план, и именно поэтому Тейд пошел на него, зная, что таким образом он избавится от двух зайцев одновременно. Заранее в багажнике пикапа лежали два тела, которые могли бы сойти за двух пассажиров, которые были невнимательны на дороге в ливень и врезались в другую машину. Это вынужденная мера, по мнению Бориса, но почему тогда на душе было так больно, когда нужно было кого-то убить? Где тот гробовщик, который убивал и не задумывался о последствиях? Может, на него так действовала Шарлотта, которая помогала потихоньку меняться вместе с ней, или это несуразный диалог с Аароном, который напомнил, что Шепард все же человек? Откинув эти мысли, Тейд надавил на газ.

***

Утро в редакции Ghost начиналось как обычно. Уолтер заскочил за стаканом черного кофе. Странно, что сегодня, в такой солнечный день, Чарльз предчувствовал что-то плохое: его интуиция редко подводила. Наконец начальник вошел в свой старенький обшарпанный кабинет и первым делом проверил почту. Он все ждал от Питера отредактированную статью, которая, по словам журналиста, должна уничтожить еще несколько несчастных жизней. На часах уже одиннадцать, почему Питер ничего не прислал?

— Линдс, милая, прошу вас, найдите этого Хэмиша, и побыстрее. Если я узнаю, что этот недоносок решил отказаться от статьи, то он труп!

— Сэр, тут такое дело….

— Никаких дел! Ничего не хочу слышать! Никаких оправданий!

— Сэр Уолтер? — в кабинет журналиста вошли трое инспекторов, что заставило сердце редактора биться в три раза быстрее.

— Чем могу помочь?

— Ваш журналист, Питер Хэмиш. Когда в последний раз вы видели его?

— Вчера вечером, после шести мы закончили работать над последней статьей, и он уехал к себе домой. А что, собственно, случилось?!

— Питер Хэмиш и вся его семья, включая невесту Элеонор Гарден, вчера попали в аварию, к сожалению, никто из них не выжил. Теперь мы собираем сведения, кто и когда их видел последний раз живыми. Может, вы знали, что кто-то угрожал им? Были ли конфликты с кем-то?