Театр доктора Смерть - Хитарьян Вера - Страница 8

Тейд Шепард — он был не самым лучшим человеком. Его знали как осквернителя могил, мародера, если можно так выразиться, и заядлого пьяницу, который частенько за небольшую плату мог сделать самое грязное дело за кого-либо. Высокий, мускулистый мужчина с грубыми чертами лица покорял своей жестокостью тех, кто хотел нажиться на несчастье других. Он и стал первооткрывателем нашего клуба «безжизненных», потому что связался с этим отвратительным протеже великого алхимика. Дело было вот в чем: чтобы получить бессмертие, нужно пройти определенную церемонию посвящения, но проводилась она только в определенную фазу луны и только с добровольно добытой кровью человека, но, видимо, Борису было плевать на добровольные взносы крови на его ритуалы. Много пострадало от этих двух, но Тейд осознал свое бедственное положение только тогда, когда выдающийся алхимик прикончил на его глазах жену и детей. Но разве гробовщик мог выдавить хоть каплю эмоций? Нет, даже несмотря на захлебывающихся кровью детей и слушая тихие стоны почти скончавшейся жены. Они оба не знали, что такое пощада, и этим пользовались весьма успешно, при том что это оставалось безнаказанным. Но мы не будем останавливаться на этих подробностях, потому что дальше начнется наша история создания «Театра».

Помимо Бориса и Тейда, есть мы — второстепенные участники всего этого хаоса. Я стала третьей, кого нашли после Шепарда. Моя кровь была самой подходящей для создания эликсира бессмертия, главным его ингредиентом. К тому же им нужна была лишняя рабочая сила, ведь мой милый муж Антоан просто решил от меня избавиться.

Наша история началась в девятнадцатом веке в одном из прекрасных регионов Франции — Провансе. Моя семья была далека от всех титулов и дворянского происхождения: мама и папа выращивали овощи, так они и обеспечивали меня и двоих братьев, Жерара и Луи, которым на тот момент было по пять лет (близнецы, что было редкостью для того времени). Я тогда обучалась в закрытой женской школе для девушек из бедных дворянских семей. Девочек воспитывали в духе благочестия и покорности мужу, обучали хорошим манерам, изящным искусствам, рукоделию, музыке, пению, поэзии. Позже, после окончания школы, мне предложили остаться и преподавать. Меня всегда тянуло обучать игре на фортепиано, потому что именно этот инструмент мне дался легче, нежели игра на скрипке. Двадцатого мая тысяча восемьсот тридцать пятого года произошло то, что перевернуло мою жизнь навсегда.

Был прекрасный весенний день, небо дарило много света и тепла, ароматы лаванды витали по всему городу, наполняя радостью и новыми силами все окружающее меня пространство. Настроение действительно было на высоте. Мы разучили одно из произведений Баха и отточили навыки сервировки стола — это были самые любимые занятия до начала экзаменов. Прекрасные воспоминания. Пройдя еще немного, я достигла конечной точки пути и приблизилась к нашему скромному жилищу. Но было странно: мама не возилась, как обычно, с розами в саду, о которых заботилась, как о своих детях, а папа не прощался у калитки перед тем, как уйти к своему другу помогать с работой. Все вокруг замерло, будто это картина, написанная художником, которая вызывала волнение и страх.

— Мам?

— Бланш, мы на террасе, приведи себя в порядок и подойди! — голос отца звучал достаточно грубо.

Быстро проскочив в свою комнату, я сняла форму, достала из шкафа нежно-голубое платье, которое берегла для особых случаев, повязала волосы лентой, собирая в аккуратный хвост, и надела туфли.

— Бланш, ты тут? — прозвучал голос матери за дверью.

— Мама, что-то случилось? Все ли в порядке?

— Да, присядь на минутку, милая. — Она села на стул рядом с моей кроватью, я же расположилась на краю, поднимая юбку платья.

— Ты знаешь, что в последнее время наши дела идут туго, папа старается подработать где можно, но это не приносит больших денег, а ты уже в том возрасте, чтобы создать свою семью, — она отводит взгляд, будто стыдясь сказать следующие слова.

— Только не говори мне, что вы решили выдать меня замуж?!

— Это все ради нашего и твоего блага, родная, ты пойми нас. Он тебе понравится: высокий, статный мужчина, имеет несколько игорных домов, и семьянин выйдет из него прекрасный. Присмотрись к нему, молю тебя.

— Мам, я вас прекрасно понимаю, но это все слишком неожиданно. Почему именно сейчас? — я не успеваю закончить, как раздается очередной стук в дверь.

— Дамы, могу ли я зайти? — дверь в комнату приоткрывает молодой мужчина.

— Так, Бланш, это мсье Антоан Д’Баво, о котором я тебе говорила. Раз вы сами решили зайти, тогда не буду мешать и покину вас, — быстро пробормотав, мать удалилась, оставив нас наедине.

После этих слов моя жизнь разделилась на «до» и «после». В тот день в мою комнату вошел рослый мужчина тридцати двух лет. Его голубые глаза, игривая улыбка, уложенные волосы, дорогой костюм, статная поза, которая могла расположить любого человека к себе, — это все привело меня только к одной мысли: он действительно прекрасен, как тот герой из романов, которые было запрещено читать.

Поженились мы через три месяца после знакомства, и потом я переехала к нему и стала вести быт как примерная супруга. Он, в свою очередь, старался меня баловать, одаривал подарками, любил брать с собой на променады и хвастался перед другими своими друзьями: мол, посмотрите, какая у меня красивая жена. И как хорошо он ко мне относится. Как бы не так. Смотря на это сейчас, понимаешь одно: это не то чувство привязанности и любви, которое могло разжечь огонь между двумя людьми. Знаете, что еще больнее? Когда тебя считают бесполезной. Не смогла родить наследника — значит, проблема в тебе, а не в заядлом пьянице, который не делил с тобой постель в течение пяти лет. Моя роль заключалась в прикрытии его сексуальных похождений в дома терпимости. Эти проститутки были объектами вожделения моего «драгоценного» на протяжении многих лет, а я закрывала глаза и ждала, когда же он соизволит уделить хоть каплю своего времени и подумает о будущем нашей семьи, но у этого человека не было ни чести, ни достоинства.

В один прекрасный день мой муж совершил страшную ошибку, связавшись с еще большим грешником, чем он, Борисом. Но никто не знал, что цена его желаний — мои плоть и кровь, в прямом смысле этого слова. Антоан хотел процветания своего дела, как говорят сейчас — бизнеса, поэтому не брезговал никакими методами. Он обратился к достаточно успешному человеку, который был не только хорошим врачом, но и человеком, занимающимся благотворительностью, то есть вкладывал деньги в чужие дела.

Это случилось зимой. Я готовила праздничный ужин, ведь Антоан предупредил о прибытии важного гостя, который помог ему разрешить все его проблемы. Но этот вечер стал судьбоносным и обернулся совсем не так, как я ожидала. Бланш Д’Баво было суждено умереть для этого мира, а на ее месте появилась Шарлотта Бэгинс.

Думаю, на этом можно закончить рассказ о прошлом и вернуться в настоящее.

Позвольте пригласить вас в наш «Театр доктора Смерть».

Глава 5

К сожалению, сейчас судьба была совсем к нам неблагосклонна. Какой-то журналист решил поиграть в детектива и раскрыть якобы грязные секреты нашего заведения. Да, мы утаивали очень многое: например, смерти людей и маленькие происшествия. За многие века существования нашей организации, если так можно выразиться, ни один смертный не был близок к разгадке тайны бессмертной жизни, потому что, как правило, нам удавалось предотвратить любые вмешательства, но не в этот раз.

Обложку журнала украшала всем известная витражная «роза Нотр-Дама», название почетно разместилось посередине и распласталось почти до самого края серебряными буквами. Красиво, но кто бы мог подумать, что за этим скрывается такая чушь! С самой же первой страницы идет рассказ о том, что есть некий бар и… Кто позволил этому выродку строить теории и так нелепо их обосновывать!? Хотя есть в этом и моя вина, потому что не уследила за ним, да и кто знал, что он пришел вынюхивать.