Вероятность Бога - Рувински Юля - Страница 7

Смаух помолчал.

— Ты видишь в этом торг, — сказал он. — А я вижу суперпозицию. — Он сделал шаг к ней. — До измерения частица существует во всех состояниях одновременно. Все пути реальны. Все — одинаково.

— И?

— А потом приходит наблюдатель. Смотрит. И один путь становится настоящим.

— Это коллапс. Случайность. Не выбор.

— Для кого — случайность?

Фаис не ответила.

— Частица не знает, в каком состоянии окажется, — продолжал Смаух. — Она не выбирает в нашем понимании. Но наблюдатель тоже не знает, что увидит. До последнего момента — не знает. Оба слепы. Оба в неведении. И именно поэтому — это свобода.

— Не понимаю связи с твоим торговцем.

— Связь прямая. — Смаух повернулся к Ноин и Заэль. — Вы говорите: я дал ему путь. Проложил дорогу. Это правда. Но я не создал эту дорогу. Она существовала и до меня — как одно из состояний суперпозиции. Пойти, не пойти, пойти позже, пойти с другими, не дойти. Бесконечные варианты. Все реальны. Все наложены друг на друга.

— И что изменилось?

— Он посмотрел. — Смаух выдержал паузу. — Я показал ему, что дорога есть. Но посмотрел на неё — он. Своими глазами, своим сознанием. И в этот момент — только в этот — один путь стал настоящим.

Заэль подала голос:

— Но ты направил его взгляд.

— Да. Как и любой, кто говорит любому другому о чём угодно. Каждое слово — направление взгляда. Каждый совет — сужение вариантов. Это не манипуляция, это взаимодействие. Это контакт между сознаниями.

— Разница в том, — сказала Фаис, — что ты знаешь больше него. Ты видишь дерево ветвей. Он видит лишь тень от листьев.

— И что?

— Он выбирает вслепую. Ты — нет.

Смаух кивнул.

— Верно. Я вижу больше.

— Асимметричный выбор — это и есть манипуляция.

Смаух долго не отвечал.

— Манипуляция — когда ты скрываешь варианты, — сказал он наконец. — Я не скрывал. Я сказал ему прямо: можешь остаться, это не позор, не грех, не ошибка. Обычная жизнь. Большинство живёт так. А он выбрал иначе.

— Потому что ты сделал «иначе» привлекательным.

— Потому что «иначе» и есть привлекательно. Не для всех — для него. Другой бы услышал моё предложение и отказался. Испугался бы. Или не поверил. Или предпочёл бы синицу в руках. Марава — не отказался.

— Потому что ты его выбрал.

— Потому что он меня выбрал. — Смаух развернулся к Фаис. — Я не искал его. Парный резонатор канала был потерян очень давно. Вероятность того, что кто-то из людей найдёт обе части и додумается их соединить, ничтожно мала. Этот нашёл, соединил и активировал связь. Я только ответил.

Молчание.

Потом Ноин сказала:

— Это не снимает вопроса. Ты показал ему один путь ярче другого.

— Да. Потому что один путь ярче другого. Я не придумал это. Не преувеличил. Если он пойдёт — его имя останется. Если нет — забудут. Это факт, не приманка.

— Факт, который ты выбрал озвучить.

— Факт, о котором он спросил. — Смаух выдержал её взгляд.

Фаис скрестила руки.

— Ты мог не начинать этот разговор вообще.

— Мог. И тогда резонатор остался бы мёртвым, человек — обычным торговцем, а мы продолжали бы сажать зёрна и ждать, какие прорастут.

— А это прорастёт? — спросила Заэль.

— Не знаю. Может — да. Может — нет. Может — через поколения, когда его внуки понесут дальше то, что он начнёт.

— Один человек не изменит культуру, — сказала Ноин.

— Один человек начнёт цепочку. Этого достаточно.

Фаис смотрела на него долго.

— Ты веришь в это? Или убеждаешь себя?

— Какая разница?

— Большая. — Она сделала шаг к нему. — Если ты веришь — ты можешь ошибаться, но честно. Если убеждаешь — ты уже знаешь, что неправ, и ищешь оправдания.

Смаух не отвёл взгляд.

— Я не знаю, прав я или нет. Никто из нас не знает. Мы работаем с вероятностями, не с гарантиями. — Он помолчал. — Но я знаю, что бездействие — тоже выбор. И тоже с последствиями.

Молчание.

— Протокол фиксирует разногласие, — сказала Ноин. — Ответственность на тебе.

— Я знаю.

Они уходили по одной. Фаис — последней.

У выхода она остановилась.

— Ты сказал: выбор — это взгляд, который делает путь настоящим.

— Сказал.

— Тогда ответь: чей взгляд делает настоящим путь Маравы? Его — или твой?

Смаух помолчал.

— Оба, — сказал он. — В этом и суть. Мы оба смотрим. Мы оба коллапсируем суперпозицию. Он выбирает за себя. Я выбираю — разговаривать с ним. Два выбора, два наблюдателя, одна реальность.

— А если твой выбор определяет его?

— Тогда и его — определяет мой. — Смаух отвернулся. — Это не кукольный театр, Фаис, и я не кукловод. Это запутанность сознаний, влияющих друг на друга. Ни один не первичен.

Фаис не ответила и вышла.

Смаух остался один.

Где-то в Баграте человек по имени Марава сидел на пороге своего дома, держал в руках погасшую коробочку и думал о пустыне.

Выбирал.

Или уже выбрал.

До коллапса волновой функции — это одно и то же.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.