Похищение в «Калифорнийской комете» - Леонард Майя Габриэль - Страница 17

— И бросят преступников в тюрьму, — добавила Хэдли.

— Знаете, дети, мне надо срочно выпить, — сказал их отец, вытирая платком лицо. Он всё ещё не мог прийти в себя. — Думаю, буфет пока работает. Не хотите мороженого? В Италии едят мороженое от нервов. Отвечаю. Я сам итальянец.

Дети с радостью согласились.

— Я тоже хочу, — сказал Хол дяде. — Можно мне с ними? Всё равно я сейчас быстро не усну.

— Могу я на вас положиться, мистер Моретти? — строго спросил дядя.

— Железно. Я не спущу с ребятишек глаз. Кстати, зовите меня просто Фрэнк.

— Спасибо, Фрэнк.

— А может, вы пойдёте с нами? — спросил Мэйсон.

— К сожалению, не могу, я должен работать.

— Работать?

— К утру все газеты дадут информацию о похищении на первой полосе. Моё издание тоже не должно отставать.

— И что сейчас будешь делать? — спросил Мэйсон, подцепляя ложечкой шоколадное мороженое.

Они расположились за тем же самым столом, за которым днём разговаривали с Марианной. Фрэнк сидел за барной стойкой и разговаривал с барменом Чарли. Оттуда он каждую минуту поглядывал на троих ребят.

— Что буду делать? — переспросил Хол. — Сейчас? Я?

— Но ты же детектив, а не мы. Вот и детективь.

Холу, конечно, льстило, когда его называли детективом. Что правда, то правда: это он тогда раскрыл кражу королевского бриллианта в «Шотландском соколе». Но у него была помощница, Ленни. А эта Марианна оказалась, увы, далеко не помощницей.

— У меня сразу появилось какое-то смутное предчувствие, — сказал он. — Я только не ожидал, что дело обернётся именно так. И так быстро.

— Я видела, как ты рисуешь, — сказала Хэдли. — Ты рисуешь так, как будто всё уже видел заранее. У тебя дар предвидения, да?

— Постой, а ты рассказал полиции про Райана? — вдруг вспомнил Мэйсон. — Про его жесты и то слово, выдавленное на бумаге?

— Нет, — покачал головой Хол и сразу почувствовал себя виноватым. — Я забыл. И потом, эти полицейские отнеслись ко мне с недоверием. А если бы я рассказал им про тайное послание, они вообще бы рассмеялись.

— Все взрослые такие, — убеждённо сказала Хэдли. — Они считают, что мы ещё маленькие. Послушал бы ты, как они смеются, когда я говорю, что я иллюзионист. Ладно-ладно. Хорошо смеётся тот, кто смеётся последним.

— Ты молодец. Я так и не смог понять, куда исчез Мэйсон, когда ты уронила покрывало.

— Классический приём отвлечения внимания. Мэйсон прятался в гардеробе. А когда я бросила тебе хрустальный шар, он незаметно вернулся. Вот и всё.

— Так просто? — удивился Хол и затем простодушно признался: — А я ничего и не заметил.

— Это потому, что Хэдли всё время отвлекала твоё внимание на себя. В том весь и фокус. Но это действительно только фокус. А вот то, что ты предвидел преступление, это уже какая-то магия, — сказал Мэйсон. — Ты решил, что Марианна в опасности, и вдруг бац! — её похитили. Кто бы мог такое предсказать? Короче, если ты настоящий детектив, ты должен это дело и раскрыть! Что скажешь?

— Не знаю, смогу ли… Америка совсем непохожа на Англию, тут всё по-другому, — проговорил Хол и снова полез за своим блокнотом. — В деле о краже бриллианта вокруг всё было знакомое: люди, природа и так далее. И дядя Нэт мне очень помог…

— А теперь будем помогать мы! — воскликнула Хэдли.

— Во всяком случае, до города Рино, где мы сходим, — сказал Мэйсон. — Так что надо поторопиться.

Хол прокашлялся:

— Ладно. Значит, так. При расследовании всякого преступления сначала надо установить круг подозреваемых. Это во-первых. Затем надо выяснить мотив. Мотив, а также средство и возможность совершить преступление. Итак, наши вопросы: зачем её похитили, как было подготовлено преступление и какие возможности были у преступников, чтобы осуществить задуманный план. Начнём с мотива. Он кажется очевидным. Деньги. — Хол открыл ту страницу, на которую скопировал содержание записки о выкупе. — Читаю.

— Н-да, — согласилась Хэдли. — Мотив очевиден.

— А я не уверен, что дело только в деньгах, — возразил её брат. — Десять миллионов не такие уж большие деньги для Огеста Резы. Я бы запросил пятьдесят или сто.

— Логично, — кивнул Хол. — Он только что объявил конкурс, за первое место в котором готов заплатить целый миллиард.

— А может, они думают, что десять миллионов он заплатит быстрее? — сказала Хэдли.

Хол задумался:

— Один из мотивов подсказала нам сама Марианна. Она намекнула, что кто-то охотится за секретными технологиями компании её отца.

— Ты имеешь в виду промышленный шпионаж? — спросил Мэйсон.

— Возможно, — ответил Хол. — А это дело уже серьёзное. Если в игру вступают крупные корпорации, сами деньги их мало интересуют. Хотя… Нет, тут больше чувствуется рука любителя. К примеру, взять эти буквы, вырезанные из газеты и наклеенные на лист бумаги. Преступники так делают в каждом втором фильме. Но боюсь, выводы делать пока рано. Хотя очевидно, что преступление было тщательно подготовлено.

Хэдли и Мэйсон дружно кивнули, соглашаясь с этим.

— Постой, а банковский счёт? В том банке, как его, «Тачстоун Холдингс». Счёт разве не подсказка? — задумался Мэйсон и выразительно посмотрел на Хола, потом на свою сестру.

— Да что мы знаем об этом? — вздохнула Хэдли. — Опять же только из фильмов. Такие банки обычно находятся на каких-нибудь экзотических островах, а счёт там всегда открывают на подставное лицо.

— Полиция наверняка уже занимается этой темой, — сказал Хол.

— Ну ладно. Мотив у нас вроде есть, — продолжил Мэйсон. — А средство?

— Средство, средство… — повторил Хол. — Так, что мы знаем о способе похищения?

— Мы знаем, что похититель был один, одет в чёрное, лицо закрыто, машина тоже одна, двигатель работал.

— Да, двигатель работал, — подтвердил Хол. — Стартера я не слышал. И ещё: мне кажется, место преступления они выбрали заранее.

— Почему «они», если похититель был один? Ты думаешь, у него были сообщники? — спросил Мэйсон.

— Я почти уверен. Итак, место преступления они выбрали заранее. Но! Многие знали про Омаху, но лишь ограниченное число людей могли знать, что миллиардер возьмёт на пресс-конференцию свою дочь.

— Более того, её ждали, — сказала Хэдли. — Похититель не мог часами сидеть в машине с включённым двигателем, надеясь, что она просто случайно пройдёт мимо. Да ещё и совершенно одна. Момент же был выбран идеально.

— Верно, — согласился Хол. — Телохранитель не отходил от неё ни на шаг, но тут его как раз и не оказалось. Я сам просил дядю присмотреть за Марианной, но он почему-то не смог…

— Постойте, тогда это значит, что сообщник находился прямо в «Серебряном страннике»! — ахнула Хэдли.

— Или её каким-то способом выманили наружу. Но сначала отвлекли телохранителя.

Мэйсон давно уже молча смотрел на Хола.

— Ты чего, Мэйсон?

— Слушай, Хол. Когда мы встретились с Марианной, она просила у тебя прощение. За что, хотелось бы узнать. Что она тебе сделала?

— Ну-у… Она схватила меня за волосы. Так, по-девчачьи. Знаешь, когда девчонки дерутся, они таскают друг друга за волосы. Мне показалось, что она сделала это непроизвольно…

— А за что?

— Я уронил её цветные карандаши. Они рассыпались по полу. Я встал на колени, чтобы их собрать…

— И тут она оттаскала тебя за волосы? — сказала Хэдли.

— Ну, не оттаскала, но было больно. — Он почесал макушку. — И ещё она так кричала! Ну просто сошла с ума.

— Н-да, — почесал свой затылок Мэйсон. — Дела-а.

— Ты рассказал об этом своему дяде? — спросила Хэдли.

— Нет. Не хотел его расстраивать. Он был доволен, что я свёл компанию с дочерью самого Резы. А тут бы пришлось признаться, что мы уже поссорились.

— А про то, как она ходила по вагонам в пальто, бейсболке, шарфе и чёрных очках, ты ему рассказал?