Тег #Опережение (СИ) - Громов Ян - Страница 14

Я подписал. Он убрал заполненный бланк в папку.

Только после этого он снова посмотрел на меня.

— Будем на связи.

— Хорошо.

На улице я сел в машину и какое-то время сидел не заводя. Да, наконец-то через тернии дело попало к человеку, которому не всё равно. Столько нервов было потрачено с этим Зыковым. Там я был чуть ли не сам инициатором встреч и бесед. С Гуськовым же всё иначе — «приди это расскажи, приди то подпиши». И звонки в придачу. Теперь главное — не мешать.

Я завёл машину.

К Лене я заехал на полчаса. Она сидела, опираясь спиной на подушку, с доской-планшетом на коленях, а рядом стояли ходунки — так, будто это ещё один незримый посетитель, который пришёл раньше меня и уходить не собирается.

— Что это?

— Задание. Узел лестницы. Погоди

Я сел на стул и стал сёрфить в интернете, в телефоне. В новом телефоне. В смартфоне.

С триумфального выигрыша на ставке решил сделать на Новый год небольшие скромные технологические подарки себе и Лене. Себе купил Nokia N93 (в пользу камеры в телефоне, чтобы можно было делать видео для последующей вставки в мой канал где-то ситуативно, вне домашней «студии») и Лене — Nokia N73.

Минут через пять она сама развернула ко мне доску и показала, где у неё не сходится. Я сказал, что не архитектор. Она сказала, что знает, поэтому и показывает, а не спрашивает. Просто захотелось поделиться кому-то, даже если этот человек некомпетентен в чертежах.

Пусть так.

После больницы поехал домой, включил системник, поставил чайник, заварил чай. Решил сделать промежуточный срез моих существенных затрат, посчитать, покумекать. Открыл онлайн-банкинг, чтобы мои запасы были перд глазами.

Лена. Реабилитация, сиделка или медсестра на первое продолжительное время дома, такси на процедуры. Я не знал точно, сколько, поэтому написал с запасом. Аркадий скажет, что не надо, но я не соглашусь, потому что надо.

Отдел Виталия Бондаренко по «Умному Городу». Несколько зарплат и сопутствующие расходы до первых городских денег. Первые городские деньги — не раньше начала февраля, авансовый платёж. А там… март? Значит, с учетом возможных бюрократических задержек, лучше заложить месяца четыре. Записал четыре.

Налог с выигрыша, тринадцать процентов, под девятьсот тысяч. Декларацию нужно подать до тридцатого апреля, налог заплатить до пятнадцатого июля. Лучше поскорее закрыть этот вопрос и спать спокойно. Не хватало мне ещё лишних визитов от налоговиков. Ну бывает так. У всех разные предпочтения. Кто-то не любит гавайскую пиццу с ананасами, кто-то не любит проводить отпуск на круизном лайнере по соседству с китайскими тётушками, которые нокаутируют тебя хлеще, чем Илья Топурия, за попытку взять пироженку и стакан сока в шведском столе, а я не люблю встречи с налоговыми инспекторами. С одной стороны — я всегда всё делаю прозрачно, никакие серые схемы не проворачиваю — и в прошлой жизни, и в этой… но встречи с налоговиками не люблю. Всё кажется, они только и ищут способ придраться, что не поставил где-то запятую и потом — бац, штраф в кучу денег.

И резерв на компанию. Чтобы не было «непредсказуемых ситуаций».

Подытожил. Написал сколько примерно нужно зарезервировать и какой получается остаток на сегодняшний день.

Вздохнул. Не сильно, а так, легонько.

Потом я открыл свой старый файл. «Apple — держать». «NVIDIA — смотреть после 2007». «Кризис 2008 — ждать дна. Начало 2009 ». Всё по полочкам. Всё по расписанию.

Эта последняя строчка раньше меня успокаивала. Как расписание электричек: пришёл на платформу — знаешь, когда будет поезд.

Но… по чьему, собственно, расписанию?

Вот серьёзно, если разобраться по существу⁈

Артём

Доллар тут по сорок два. У меня в прошлом он таким не был. Президент США — Маккейн, а не Джордж Буш-младший. Дуров вместо соцсети делает платежи. Мелочи? Нууу… в масштабах мировых процессов — относительно мелочи. Только гуляли-то как раз они! А раз гуляют мелочи, с какой стати я решил, что осень две тысячи восьмого наступит строго по календарю? И дно будет ровно там, где я его помню?

А ни с какой. Просто воспринимал это как должное.

Несколько раз большая сумма появлялась у меня одним и тем же способом: вспомнил — поставил. Память вместо работы. Отличная схема, пока память совпадает с миром. А мир этот совпадал с моим не совсем и не во всем.

Файл я закрыл. Просто закрыл.

И открыл папку, в которую не заглядывал месяца два. «Распределённые расчёты». Там лежали документы, которые я собирал ещё летом, когда думал, что это так, для общего развития. Просто для расширения кругозора технаря. Вэй Дай, девяносто восьмой год, b-money. Адам Бэк, девяносто седьмой, Hashcash. Мои заметки с краю.

Подписи. Proof of Work (PoW). Побеждает цепочка с наибольшей совокупной доказанной работой. Как это должно работать, я знал относительно неплохо. Нормально. Принципы — да. А вот код — нет…

Код придётся писать другим людям, и они будут задавать вопросы, на которые у меня не найдётся готовых ответов из будущего.

И вот это мне почему-то вдруг понравилось.

Никакой ставки, никакого «вспомнил и поставил». Вещь, результат которой зависит от того, как будем работать я и люди рядом со мной. Может получиться, может не получиться, но если не получится, то уж точно не потому, что доллар здесь стоит сорок два.

Важно. что всё необходимое уже действительно существовало по отдельности. Идеи распределённых денег — были. Proof of Work — был. Криптографические подписи — тоже. Не хватало не одной волшебной детали, а того, кто соберёт всё это в работающую систему.

В моём прошлом та самая сеть появилась в начале две тысячи девятого, то есть через два года. Здесь она, может, появится, а может, и нет. А может, появится раньше — и не у меня.

Часть денег можно было оставить лежать и ждать зимы восьмого-девятого, как написано в файле. А можно было пустить их на дело до того, как та сеть появится сама.

Я пока ничего не решил. Но папку закрывать не стал.

Чай давно остыл. Системник гудел себе под столом. За окном горел фонарь — ровно, как всегда.

Ранним утром я понял, что решил ещё ночью, а теперь оставалось подтвердить.

Сел за тот же стол с кружкой кофе и переписал вчерашний список заново. Сверху осталось всё обязательное: Лена, отдел Бондаренко на четыре месяца, налог на выигрыш, деньги на жизнь. Этот столбик я подвёл чертой и больше к нему не возвращался. Городские деньги в расчёт не брал вообще. Аванс обещали в феврале, а дальше разберёмся по ситуации. Что уж стесняться? У меня Макеев Аркадий есть на непредвиденный случай, в дополнение к собственной репутации надёжного подрядчика — не кинут, не решатся.

Ниже появилась отдельная строка: несколько миллионов на год. Или подольше.

Я разложил их по направлениям, без попытки высчитать всё до последней копейки. Основная часть — команде: четыре-пять человек с нормальными зарплатами, чтобы не пришлось экономить на людях. Отдельно — разработка и инфраструктура: оборудование, серверы, связь, всё, на чём это должно будет работать. Ещё часть — на безопасность, криптографию, тестирование и юридическую работу. Остальное оставил резервом: на случай, когда всего перечисленного окажется мало. А оно обязательно окажется.

Всё сходилось. Несколько миллионов на год, и ни одной причины притворяться, что этого хватит на всё.

Держать эту сумму на счёте до осени восьмого и получить потом в несколько раз больше, ничего не делая, не рискуя — этот вариант у меня внутри до сих пор сидел и обижался. Ладно. Пусть сидит.

Кит пришёл сам, минут через десять после моего приезда в офис. Закрыл за собой дверь.

Он сел напротив, и я положил перед ним листок с утренней разбивкой. Кит читал цифры быстрее слов.