Хорошая, плохая, грешная 3 (СИ) - Кароль Елена - Страница 24

— Здорово, — обрадовалась и снова поцеловала своего предприимчивого инквизитора. — А ты в церковь на полуденную службу пойдешь?

— Конечно.

— В чём?

— В сутане. Сегодня я при исполнении. А что?

— Нет-нет, — качнула головой. — Совершенно ничего. Просто интересуюсь.

— Ясно. Что ж… Думаю, мне стоит отправиться туда немного заранее. Позавтракаешь со мной?

Пф! Мог бы и не спрашивать!

В итоге мы быстренько умылись-оделись, спустились вниз и позавтракали, Ириан ушел, а вот я собрала в гостиной всех своих домочадцев и первым делом сообщила, что сегодня в полдень в церкви состоится служба по тем, кто погиб в горах во время землетрясения, а потом объявила:

— Если хотите пойти, я против не буду. Если не хотите — осуждать не стану, это личное дело каждого. Но я иду, уже пообещала.

— Пральна, ять, — чинно кивнула Барб. — Мы в общине своих помянем и вина Шияне отольем, чтобы души обрели покой, но и Небесного отца многие шахтеры уважали, так что тут всё справедливо, нах. Я пойду, поддержу мужиков.

— Я, кхм… — кашлянул гоблин, — пожалуй, воздержусь. Я верую в иных богов. Искренне соболезную семьям погибших, но от меня там толку не будет. Я лучше артефакты поделаю, чтобы выживших в следующий раз было больше.

— Можно я тоже не пойду? — уточнила Юли, неловко дернув плечом. — Мои боги — Великое Древо и Изначальный Лист. Не вижу смысла.

— Это ваше право, — заверила я их. — Никто никого не заставляет.

— А я бы хотела сходить, — немного робея произнесла Кеяра. — В церкви очень хорошо и приятно находиться. Пусть у тех, кто погиб, в новой жизни всё сложится. Я буду за них молиться.

В итоге и Лукас, и Мия, и даже Мунк тоже выразили желание сходить на службу, так что я напомнила всем присутствующим о подходящих одеждах, а когда увидела на лицах молодежи досаду, догадываясь, что с одеждой у них очень не очень, то обратилась прежде всего к Барб:

— Я тебе сейчас дам денег, помоги ребятам хорошо одеться. Справишься?

— Ха! Да как нехер делать, ска! Цыплятки, за мной!

В общем, волноваться было не о чем и я, выделив орчанке десяток песо на троих (она заверила, что хватит), сама уделила немного внимания своим артефакторам, которые, кажется, спелись, даже не подозревая о том, кто его новый напарник, а потом отправилась собираться.

Не планируя наряжаться, но понимая, что ко мне будет приковано повышенное внимание, а значит необходимо выглядеть как минимум достойно, дольше всего я думала о прическе, в итоге сделав строгий пучок, чтобы было удобно надеть шляпку. Никаких локонов, никакой косметики. Единственное украшение — колечко на безымянном пальце.

Отвлекшись на него, я с восхищением разглядывала поразительную детализацию крохотных листочков и изумительную зелень центрального камня. Это точно был не изумруд, что-то другое, более золотистое. И очень насыщенного, густого цвета. Но что? Сама я в камнях разбиралась поскольку-постольку, но на ум в принципе ничего не шло.

Да и ладно. Позже спрошу!

Заодно вспомнила, что так и не узнала про переговорник (да и когда?), вместо этого сама прибралась у себя в комнате, убрав кварцевые розочки пока просто в верхний ящик комода, где выделила для них место, а пять штучек оставила на самом комоде. Пусть светят.

Розовые лепестки и вовсе собрала в одну кучку воздушным завихрением, чтобы выбросить. Красиво — спору нет, но они свою миссию уже выполнили, так что можно и убрать.

В половину двенадцатого, прихватив сумочку, куда положила всё необходимое, включая личные документы и патент на светильники, я спустилась вниз, где дождалась остальных, и мы дружной и отчасти мрачной толпой (все оделись в черное) отправились в сторону церкви.

Я прекрасно видела, что мы далеко не единственные, кто идет в ту же сторону в этот час, но всё равно невероятно удивилась, увидев, что небольшая парковая площадь вокруг церкви уже полна народа и это ещё далеко не конец. Сразу стало ясно, что внутрь попадут далеко не все, и я задумалась, как быть нам, но тут увидела непосредственно на ступенях Ириана и Фейда, и эльф, словно почувствовав мой взгляд, моментально повернул голову ко мне, кивнул стоящему рядом с ним незнакомому мне мужчине, что-то произнёс, и двинулся в нашу сторону.

Народ, стоящий довольно плотно, расступался перед ним заранее, так что ко мне Ириан подошел спокойно и чуть ли не как звезда по красной дорожке. Учтиво улыбнулся, кивнул остальным, словно не видел их всего лишь утром, но протянул руку только мне и обратился именно ко мне:

— Эвирейл, тебе стоит пройти поближе. О твоём участии в спасательной операции известно уже всему городу, пусть люди увидят своих героев. Лукас, тебя тоже касается.

И вроде бы приятно, но… Улыбнувшись откровенно натянуто, потому что сама предпочла бы постоять в компании Барб, я даже оглянулась на неё с сомнением, но орчанка внезапно оказалась не на моей стороне.

— Иди-иди, мисс, — кивнула она мне, — город должен знать своих героев, с-с…

Сдержавшись, чтобы не ругнуться, она снова кивнула. Что ж, ради такого действительно стоит пойти!

В итоге к церковной лестнице мы подошли по тому же коридору и пока двигались, я слышала шепотки то тут, то там. Люди на все лады склоняли моё имя, спасательная операция обрастала совсем уж немыслимыми подробностями, так что в итоге я предпочла вовсе не прислушиваться, а внимательно изучить тех, кто стоял на ступенях лестницы. Народу хватало.

Из тех, кого знала, это были разве что отец Фейд и отец Хорхе, Рвых и Дункан, а ещё Арейхос. Остальных два десятка мужчин я не знала совершенно, причем половина из них была одета, как церковники. Ну, может быть только господина мэра ещё опознала, потому что видела его изображение в газетах.

Искренне радуясь, что меня до сих пор держит под руку Ириан, потому что оказалась в этой суровой и могучей толпе единственной женщиной, я встала поближе к отцу Фейду, чтобы его мощная фигура загородила меня от остальных, а со второго фланга меня прикрыл Ириан. И стало совсем хорошо.

Прошло ещё немного времени, я как раз успела оценить масштабы мероприятия и мысленно прикинуть, что на площади собралось по меньшей мере тысячи две жителей, когда на высокой колокольне сначала тихо, а затем всё громче зазвенели колокола.

Не знаю, что это была за мелодия, но невероятно пронзительная, отчего защемило сердце, и мне пришлось приложить серьезные усилия, чтобы сдержать слёзы. Хотя вроде не плакса… Но нет, эти пронзительные звуки трогали в душе что-то особенное, отчего хотелось расправить плечи, замереть и прислушаться.

Когда колокольный перезвон стих, в центр лестницы вышел отец Хорхе, облаченный в белую сутану, украшенную зеленой тесьмой с золотым шитьём, и произнёс красивую речь о том, что жизнь — прекрасная вещь и дана нам богами, но как распорядиться ею, решать только нам. Прочел молитву за упокой всех, кто погиб в горах. К моему удивлению упомянул имена тех, кто помогал вызволять из-под завалов выживших, включая меня. Поблагодарил всех неравнодушных граждан, кто присоединялся к спасательным операциям даже ночью. А потом запел детский хор…

В общем… Это была красивая служба.

Под конец по моим щекам градом катились слезы и я то и дело прикладывала платок к лицу, искренне радуясь, что надела шляпку с густой вуалью, потому что в этот момент наверняка выглядела, как опухший поросенок, но стоило взглянуть на людей, как сразу становилось ясно, что я такая далеко не одна. Плакали даже мужчины!

К счастью, служба была не бесконечной, и я даже сумела успокоиться раньше, чем она завершилась, после чего люди начали потихоньку расходиться, а меня тронул за локоть Ириан, жестом дав понять, что мне стоит войти в церковь.

Вот только сначала нам заступил дорогу мэр, рядом с которым стояли двое мужчин. И если один походил на мелкого клерка, то второй выглядел солидно. Скорее всего был уважаемым жителем города, но лично я видела его впервые.