Пустой (ЛП) - Валенти Сюзанна - Страница 1

Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления!

Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения. Спасибо.

Автор: Кэролайн Пекхэм, Сюзанна Валенти

Название: Пустой

Серия: Корона сердец и хаоса — 1

Перевод: Miss Worplesdon

Редактура: Verhovnaya

Вычитка:HOMI, Kniginya_Vi

Обложка: Ленчик Кулажко

18+

(в книге присутствует нецензурная лексика и сцены сексуального характера)

Любое копирование без ссылки

на переводчика и группу ЗАПРЕЩЕНО!

Пожалуйста, уважайте чужой труд!

Это предупреждение для каждого, кто решит перевернуть эту страницу. После этого вы испытаете сердечную боль, страдания, ярость и любовь в совершенно невыносимых сочетаниях.

Вы встретитесь с морально-серым героем, чей взгляд пригвоздит вас к месту, и чьи действия окажутся совершенно неприемлемыми, если он только не окажется фэйцем. А он, к счастью, окажется. Так что все возможно. Но если вам не нравятся мужчины ростом ближе к семи футам, чем к шести, темноволосые, немного грубоватые, борющиеся со внутренними демонами и излучающие опасную притягательность, то эта книга не для вас.

Но, опять же… немного опасности еще никому не вредило…

Скорее всего, его прогнившая душа и дурные намерения вас оттолкнут. Если только он не окажется невероятно привлекательным, конечно… А он такой и есть. В этом случае мы думаем, что вы обречены так же, как и мы все. Так что переверни страницу, моя милая. Мы все знали, что это в любом случае случилось бы.

Но не говори, что мы тебя не предупреждали.

Глава 1. Фэррис

Мои ночи были исполнены чарующим пением той, с кем я когда-то вместе смеялась и кому шептала на ухо сплетни. Слова касались струн в моем сердце, которые жалили меня, когда я просыпалась и ныли долгими днями, пока я наконец не поддавалась сну, где вновь слышала ее песни.

Мне снились деревья с жесткой корой, такие высокие, что закрывали ветвями солнце, и древняя карта, что вела меня к единственной, кто был мне дорог. Иногда оказывалось, что я бегу между этими проклятыми стволами, зовя мчащуюся впереди меня девочку, а ее песня угасала, всегда звуча из-за ближайшей ветви, ближайшего побега, ближайшего куста.

Конечно, на самом деле я никогда не бывала в проклятом лесу. Дорога туда для всех закрыта. Деревья и пронизывающая их магия создали стену вдоль лесной границы, которую невозможно пересечь, если только сами деревья тебя не пропустят. А двигаются они только ночью. И я достаточно осторожна, чтобы рисковать приблизиться к ним в темноте.

Когда солнце садилось и проклятая сущность леса раскрывалась в полную силу, то слова песен, переплетенные с моим сердцем, превращались в крики. Я думала о том, чтобы рискнуть, думала пойти и сесть у кромки леса на закате, позволив деревьям меня забрать, но нашла оправдание в том, во что действительно верила.

Записанные слова еще никогда меня не обманывали. И если и было что-то общее во всех томах и свитках, что я изучила, так это то, что прийти к деревьям после наступления темноты было смертным приговором, не больше и не меньше. Кровь, что заливала проклятые ветви в те ночи, когда лес находил добычу, отлично это доказывала. А моя смерть никому не нужна.

Песня, которую я лелеяла и ненавидела, окутывала меня во время беспокойного сна, и слова ее были нежными, и вместе с тем таили в себе предостережение.

«Приди в лес, когда его лик поблекнет,

Приникни, услышь секрет чешуи и зла.

Моя ценность ясна, мой путь меня ждет.

Ты найдешь меня лишь, когда откроем врата».

Эту песню нашептывали мне губы ребенка. Ее слова были подобны реке, что меняла направление и сплетала тайны, и хотя никогда не была постоянной, всегда несла меня в одном, неизменном направлении. И я устала противиться ее течению. В этот раз я хотела погрузиться в нее и позволить себя унести.

Совсем другая музыка звучала в городке, ее веселая мелодия странно сочеталась с узлом ужаса у меня в животе, вытаскивая меня обратно в настоящее. Он наконец наступил. День Великой Охоты. Прошло пятьдесят долгих лет с последней, восьмой из них, и я ждала, когда она наконец грянет.

Я сглотнула.

Дрожащий вдох просочился в мое горло, и я поборола желание забыть все, что планировала и попросту принять семью, на которую наша семья была обречена много лет назад.

Этот путь был предначертан мне слишком давно для того чтобы позволить сомнениям заставить меня свернуть.

— Ты готова? — громкий стук кулака матери о деревянную дверь вырвал меня из грез, заставших меня стоящей у окна и вглядывающейся в не такую уж и далекую кромку леса. — Уже звучат барабаны, и Брэйди наверняка хотят знать, где ты, — прошипела матушка, превращая мое внутреннее состояние из напуганного в раздраженное.

Мне было во всех смыслах категорически плевать, что обо мне думают Брэйди.

Панические вопли прошлого утихли, как и лихорадочное прочесывание деревни, отчаяние, ужас и скорбь, похороненные под маской, что носила наша семья, чтобы о нас никогда не говорили и никогда не узнали.

Я посмотрела на небольшую сумку, которую должна была взять с собой, молча придумав ложь и репетируя ее, когда дверь ожидаемо распахнулась.

Мать ворвалась в комнату. Ее каштановые волосы были идеально причесаны, темно-синее платье подогнано и подшито так, что казалось почти новым. Она замерла на пороге, оглядывая меня с ног до головы и при этом стараясь сдержать слова, которые, я знаю, уже распирали ее горло. Ей удалось бороться с ними на протяжении рекордных шести секунд, прежде чем они неизбежно вырвались наружу.

— Ты выбрала зеленое? — спросила она, хотя на самом деле хотела узнать, почему я не надела подготовленный ею розовый атлас.

— Это я надену в другой раз, — ответила я, едва бросив взгляд на новое платье и лишь надеясь, что она не истратила на него слишком много денег. — Дождь идет уже несколько дней, а Охота начнется прямо возле городской ратуши, где грязи целое болото. Зеленое куда практичнее.

Мать поджала губы, и разумность моих слов сражалась в ней с желанием впечатлить Брейди. Я знала, что она ждала от них предложения руки и сердца на пиру этим вечером. Я понимала, что такой жизни она хотела для меня: комфортной и безопасной. И честно говоря, Аксель Брейди был не худшим вариантом в этом убогом углу человеческих земель, но у меня не было желания выходить замуж. Не до тех пор, пока я не исполнила данную Риссе клятву.

Так что да, выбранное мной платье было простоватым в сравнении с тем, какие выбрали бы большинство женщин для похода на праздник. Оно было цвета зеленого мха, как и лес, ожидавший нас за границами городка. Хотя на самом деле, от границ осталось одно название. За последний месяц лес поглотил восемь домов и постоялый двор, и все мы понимали, что пройдет совсем немного времени, прежде чем нам придется насовсем покинуть Аррингфолл. Наше поселение было одним из последних, что еще стояло между этими землями и большими городами на побережье, которые были последней надеждой человечества. За утесами на севере Ратиана не было ничего, кроме моря. Если бы деревья добрались туда, нам пришлось бы сделать выбор между ними и волнами. И в любом из вариантов это означало верную смерть.

Юбка моего платья, сшитая из плотной, но не тяжелой ткани, была длинной, но не объемной. Она всегда мне этим нравилась. Она была практичной, в ней было удобно двигаться, и если нужно — бежать.