Пустой (ЛП) - Валенти Сюзанна - Страница 11

— Я нашла укрытие! — закричала я, хоть мне и хотелось позволить остальным убежать в темноту, раз уж сами они так беспечно меня бросили.

Впрочем, я их понимала. Когда дело касалось таких вопросов, каждый был сам за себя. Сильные не могли рисковать жизнью ради слабых. Цель каждого была лишь в том, чтобы собрать амулеты и снять проклятие.

Расплываясь в улыбке, я побрела ко входу в таверну. Ручка сначала не поддалась, но потом повернулась, и дверь со скрипом отворилась. Позади меня грохотали шаги приближающихся Чемпионов.

Колтон растолкал остальных, тоже подошел к двери и хитро, заговорщически улыбнулся. Толкнув своим весом, он заставил ее отвориться.

Темнота почти полностью поглотила лес, и стоило нам переступить через порог, как от деревьев послышались завывания и жуткий шепот.

От этих звуков меня окутало страхом, но Хельга с резким хлопком захлопнула дверь, и мы в последнюю секунду успели оказаться в безопасности.

***

Я резко проснулась. Сердце колотилось в груди, пальцы сжали рогатку еще до того, как я поняла, что именно меня разбудило.

Мне на секунду показалось, будто я слышу пение. Но стоило мне сосредоточиться, как я поняла, что это не жуткая колыбельная, пугавшая меня после восхода луны.

Откуда-то из-за двери слышалось хриплое пыхтение, и я нахмурилась, уверенная, что это не они заставили меня проснуться. Но больше я ничего не могла разобрать.

Мы устроились в большой комнате, когда-то бывшей баром. Столы и стулья были сдвинуты к стенам. Большинство из них оказались сломанными, так что мы могли использовать их для растопки. Разложив спальные мешки возле широкого каменного очага, мы прижались поближе друг к другу, чтобы насладиться теплом от огня.

Толстые потолочные балки были уложены крест-накрест у нас над головами. Деревянные панели на стенах были разрисованы образами охотников, прятавшихся за деревьями или целящихся в разную добычу. Таким оставили это место сбежавшие люди. Я представляла, каким это место было раньше, когда на стенах горели фонари, на старом пианино, теперь гнившем в углу, играли веселую мелодию. Люди танцевали среди столов и толкались, пытаясь добраться до бара. В тяжелой тишине будто эхом отдавался шум тех времен, будто тот момент не потерялся среди леса, и до него можно было дотянуться сквозь время.

Нас преследовали призраки людей, чьи дома похитили деревья. И я не могла избавиться от чувства, что пропавшие смотрят на меня, и их ожидания становились грузом, который я не хотела тащить на себе. На всех нас обрушилось проклятие, и не только мои раны требовали исцеления.

Огонь в камине догорел до тлеющих углей. Опустив голову на грудь, Эстер дремала возле сложенных дров. Попытку сидеть в дозоре она с треском провалила.

Наморщив губы, я вновь услышала пыхтение, что растревожило мои мысли. Что-то в этих звуках заставило меня вспомнить прочитанные мной описания тринадцати духов. Я потерла заспанные глаза, и вдруг в моей голове пронеслась мысль, разом прогнавшая остатки сонливости.

Это был Вепрь.

Я оглянулась на спящих Чемпионов. В приглушенном свете было сложно разглядеть что-либо кроме их неясных силуэтов на спальных мешках, но я не заметила, чтобы кто-то смотрел на меня в ответ.

Если это и впрямь был Вепрь, то я могла забрать его амулет себе так, что никто даже не узнает. Пока что они соглашались путешествовать всем вместе, необходимость безопасности перевешивала желание каждого собрать как можно больше амулетов и забрать себе награду леса. Но я понимала, что это ненадолго. Каждый из них хотел забрать приз, ради которого я сюда отправилась, и я не могла позволить кому-то другому его заполучить.

Откинув тонкое одеяло, под которым я тряслась от холода, я медленно поднялась на ноги.

Пыхтение стало громче и явно принадлежало огромной свинье. Я расплылась в широкой, хитрой улыбке. Если дух находился в здании, то может, он тоже искал укрытия в ночном лесу. Возможно, ему будет некуда сбежать, и я правда смогу забрать его амулет так, что никто ни о чем не узнает.

Крадучись, я вышла из комнаты, пытаясь разглядеть хоть что-то в тенях от приглушенного света камина. Но ничего не было видно. Мы загородили крупной мебелью окна в комнате, где устроились на ночлег. Сделать то же самое в остальном здании нам было нечем, так что оставалось надеяться, что нас защитит дверь.

Серебристый свет луны освещал барную стойку впереди, и я подошла к ней поближе. Пыхтение становилось громче, отчаяннее. Мой взгляд зацепился за портрет женщины в пышном голубом платье. Ее фиолетовые глаза, казалось, следили за каждым моим шагом. Я нахмурилась. В приглушенном свете мне не удавалось толком рассмотреть ее лицо, не считая глаз, пугающе похожих на мои.

Хрюканье заставило меня отвлечься от портрета, и я разозлилась на себя за то, что позабыла о цели. В лесу было полно ловушек и я не собиралась попадать ни в одну из них.

Подходя ближе к добыче, я вложила камень в рогатку. Сердце колотилось все быстрее.

Ходили слухи, будто толстую шкуру Вепря было невозможно пробить, что раздвоенные копыта были острыми, как ножи, а клыки поражали не хуже любого сделанного человеком копья. Я должна была выстрелить ему прямо между глаз. Остальные варианты были бесполезны. Мне нужно было встать так, чтобы дух меня не заметил и я смогла бы…

Стоило мне завернуть за угол небольшого бара возле дальней стены таверны, как я тут же замерла, приоткрыв рот и едва не выронив зажатый в пальцах камень.

Пыхтение издавал не Вепрь.

В центре комнаты Гутнер перегнул Хельгу через стол и быстрыми, резкими толчками вбивал в нее член. К счастью, они оба смотрели в сторону бара справа от меня. Рубашка Гутнера валялась на полу, но штаны были лишь расстегнуты и свободно болтались под задницей. По его бледной коже стекал пот, пока он усердно, тяжело дыша двигался.

Шанс заполучить амулет Вепря пропал.

— Блядь, сильнее, — прошипела Хельга, сжимая край стола и дергая задом навстречу Гутнеру.

Я сглотнула ком в горле. Пытаясь оправиться от шока от увиденного, я простояла там дольше, чем должна была.

— Да ты без ума от моего члена, — выдохнул Гутнер, двигаясь резче, дыша тяжелее.

— Буду, когда его почувствую, — зарычала Хельга.

Гутнер выругался, еще с большей силой вбивая в нее член. Стол подался вперед, заскрипев деревянными ножками по полу.

Звук вырвал меня из оцепенения, и отвернувшись, я ускользнула обратно в темный коридор. Не успев заметить, что там был кто-то еще, я врезалась в чью-то твердую грудь.

— Наслаждаешься увиденным, Фэррис? — спросил Колтон тихим, веселым голосом.

Гутнер теперь пыхтел от удовольствия так громко, что думаю, ни он, ни Хельга ничего не расслышали бы сквозь его похрюкивания. Но я все равно поморщилась от мысли, что меня застукали.

— Я подумала, что это Вепрь, — выдавила я, скрывая смущение за бравадой.

Я знала, что в темноте Колтон не заметит, как вспыхнули мои щеки. Тихо рассмеявшись, Колтон приобнял меня за талию и прошептал мне прямо в ухо.

— Будь так, Хельга получила бы больше удовольствия.

Я хихикнула, а пыхтение позади бара превратилось в вопль удовольствия.

Кричал только Гутнер.

— Ты, блядь, издеваешься? — рычала Хельга, пока Гутнер пытался отдышаться.

Колтон потянул меня обратно в сторону комнаты с камином.

— Лучше им не знать, что ты подглядывала. Но Фэррис, если бы я знал, что тебе нравится смотреть, то сам устроил бы шоу для тебя.

— Ничего подобного, — прошипела я, проскальзывая в комнату.

В камине снова горел огонь. Эстер по-прежнему дремала у стены, так что наверное, это Колтон подкинул дров в очаг.

Я поплелась к своему жалкому подобию спального места, планируя выспаться и избавиться от разочарования и смущения. Но Колтон не собирался оставлять меня в покое.

— Чего тебе? — спросила я, стоя в шаге от своего тонкого одеяла. — Ты и в постель за мной полезешь?