Истинная для завоевателя дракона (СИ) - Князева Алиса - Страница 15

— Согласен, — он скатывается с меня и ложится на подушку рядом.

Этот жест выходит каким-то… слишком домашним что ли? Я растерянно поворачиваюсь к нему, но дракон лежит, прикрыв глаза с длинными тёмными ресницами.

На кой чёрт ему достались такие ресницы⁈

Или это я уже додумываю причины его ненавидеть?

— Ты обвиняешь меня в эгоизме, Лисёнок, но что насчёт тебя? Твой отец наложил на нас проклятие, лишающее возможности завести полноценную семью, обрести любимую. И что дальше? Не заводить детей? Оставить всё как есть и позволить своему роду исчезнуть? Это, по-твоему, будет справедливо?

Я осекаюсь. Вот здорово он всё выкрутил! Ещё и сказал так, будто это я виновата в том, что они прокляты!

Даже если виной тому мой отец, я к происходящему никаким боком не отношусь.

Чёрт, и всё же он меня подловил. Это ведь смысл любого существа — выживание. В том числе как вида…

Я не собираюсь оправдывать Анортана, он тот ещё гад, но, всё же, в какой-то степени я могу его понять.

И что теперь? Посочувствовать ему, что он никогда не обретёт любовь? Шёл бы он…

Не знаю. Этот мужчина вызывает во мне столько противоречивых чувств, что впору обретать психические проблемы.

— Может подскажешь, как это проклятие снять, м? — косится на меня дракон.

Отвожу взгляд. Несколько секунд мы молчим, а потом я напоминаю:

— Я почти ничего не помню. О своём прошлом. Тебе же рассказали?

— Угу. Хочешь, я расскажу тебе о проклятии? И, если что-то вспомнишь, можем сравнить с вашей версией событий.

Разговор становится совсем странным. Лежу в одной постели с дьявольски красивым врагом и просто… разговариваю? О жизни, смерти и проклятии.

— Я слушаю.

— Много лет назад. Достаточно давно, чтобы перестать считать, мой отец полюбил девушку, принцессу соседнего королевства, — начинает он приятным бархатистым голосом с нотками рычания. — Она тоже ответила ему взаимностью, и всё могло бы закончиться прекрасно, свадьбой и детьми. Но будь так, я не рассказывал бы этой истории, не так ли?

Я не поддерживаю его заигрываний со слушателями, и мужчина продолжает.

— Девушка нравилась ещё одному человеку. Он был сильным магом, но в противостоянии дракону у него не было шансов. И маг пошёл на хитрость. Обратился к отцу девушки, убедил, что связь с моим отцом не принесёт ей ничего хорошего.

— И он послушал?

— Увы, да. Пару разлучили. Дракон лишился своей истинной. Её отец отдал её магу. Как ты можешь догадаться, счастья она не ощущала, но спорить с отцом не решилась. Так сложилось, что она уже носила под сердцем ребёнка. Маг, разумеется, не мог допустить его рождения.

— Он… Избавился от него⁈

— Сложно ответить. Фактически, да. Гриир подозревает, что тот нарождённый дракон стал ключом к разгадке нашего проклятия. Если дать именно ему прийти в мир, чары развеются и тогда има перестанут умирать, — Анортан вздыхает. — Но это лишь теория.

— Что стало с той девушкой?

Известно, что она родила магу трёх дочерей, а после ушла из жизни.

— Сама?

— Этого мы тоже не знаем. Возможно, в ходе очередного эксперимента, может от болезни, невнимательности. Она была истинной моего отца, а значит на ней была и метка тоже. Рядом с нами она продлевает жизнь, когда двое в разлуке может сократить. Вот почему сейчас, — он поворачивается ко мне и во взгляде горит подобие сожаления, — никто уже не ставит метку истинности.

— Погоди, отец? Сколько ему лет⁈ А тебе⁈

— Драконы живут достаточно долго, Лисёнок, — усмехается Анортан. — Но нет, я ненамного тебя старше. Вспомнила что-то? Может поправишь или внесёшь коррективы в известную мне версию?

Если раньше в моей голове возникало ощущение, что я одновременно знаю и не знаю, о чём речь, то сейчас в мыслях полный туман. И незваное волнение.

— А что значит истинная?

— Показать? — Анортан поворачивает ко мне голову.

— Ну… попробуй, неуверенно отвечаю я.

В следующую секунду он резко перекатывается обратно и снова нависает надо мной. От неожиданности вздрагиваю и упираюсь ему в грудь ладонями. Анортану это, впрочем, совсем не мешает резко наклониться и прижаться губами в открывшуюся в глубоком декольте местной одежды точку, немного выше солнечного сплетения.

Не успеваю я как следует ему треснуть, кожа вспыхивает, будто к ней приложили сильно нагретый на солнце камень, а уже через мгновение пропали и эти неприятные ощущения.

Я делаю испуганный вдох, Анортан поднимает голову и слизывает кровь с губы. Он что, сам её прикусил?

Опускаю взгляд и вижу витиеватый рисунок, похожий на татуировку.

— Теперь ты моя, Лисёнок, — заявляет дракон. — Только моя.

Лакеи раскрывают перед нами высокие тяжёлые двери, украшенные золотыми узорами. За ними великолепный зал, стены были обиты дорогими тканями глубоких, насыщенных цветов. Огромные окна, обрамленные тяжёлыми бархатными занавесками, пропускают мягкий свет заката, создавая обманчиво тёплую атмосферу. Вот только от взгляда присутствующих можно простудиться, но когда меня это заботило?

Верно. Никогда.

Ухмыляюсь и шагаю вперёд, втягивая следом за собой Лисёнка, которая пытается вывернуть ладошку из сгиба моего локтя. Теперь я чувствую её эмоции и понимаю, что ей очень страшно.

В центре зала длинный стол, покрытый белоснежной скатертью. На ней сверкают хрустальные бокалы, ловя блики свечей и золотые приборы, блюда из жареного мяса, свежих овощей и этажерки с фруктами, а в центре — огромная ваза с цветами.

Все сидят с хмурыми лицами. Явно ждут нас. С одной стороны мне это льстит, с другой — намекает, что разговор нам предстоит не из приятных.

Ярла сидит на своём привычном месте, в платье из тёмно-красного шёлка, которое подчёркивало её стройную фигуру. На её шее массивная золотая цепь с изумрудом. Её волосы были собраны в сложную причёску, украшенную жемчужинами, а в ярко подведённых глазах пылает ревность.

Лисбет, сегодня в платье поярче. Честно говоря, она вообще не хотела идти, пришлось настаивать. Тонкая ткань струится по её телу, подчёркивая каждую линию. На её плечах лёгкая накидка из прозрачного шифона, а волосы свободно спадают, обрамляя лицо. В ушах крупные серьги с самоцветами.

Пока мы идём к столу, Ярла фыркает, поворачиваясь к Мэйнарду, который, похоже, стал для неё своеобразным союзником. Заметила, что я одел наложницу, как подобает фаворитке. Моя первая очень бурно отреагировала на новости, не дав мне толком ничего сказать.

— Анортан, — произносит император с лёгкой усмешкой, но в его голосе звучит напряжение. — Ты сегодня с има, почему? Сам знаешь, им не место за семейным столом.

Улыбаюсь, ловя взгляд отца,

— Лисёнок будет нашей гостьей сегодня.

Ярла не сдерживается:

— Гостьей? Или просто очередной игрушкой для тебя, Анортан?

Лисбет напрягается и затравленно смотрит на меня. Разумеется, я не позволю открывать на неё рот. Особенно в таком тоне.

— Ярла, дорогая. Поверь на слово, тебе очень не понравится то, как именно я играю. А теперь вспомни о том, что ты в приличном обществе и веди себя соответствующе. Я достаточно ясно выразился?

Она опускает голову.

— А теперь извинись перед Лисёнком.

Лисбет вздрагивает. Я как раз отодвигал для неё стул, точно напротив Ярлы, но внезапное требование сбивает её с толку. Первую фаворитку, похоже, тоже, но ослушаться она не решается.

— Извини.

— Я не слышу, — давлю я.

— Извини, Лисбет, — Ярла морщится, будто эти слова режут её язык как стекло. — Мне не стоило так себя вести.

— Всё верно, — обвожу взглядом присутствующих. — Прошу прощения за мою женщину. Позже я напомню ей о правилах этикета.

Отец, наблюдая за перепалкой, хмурится:

— Анортан, общение с фаворитками — твоё дело. Но к чему эти сцены за общим столом?

— Я же уже извинился за Ярлу, — напоминаю, занимая своё кресло. Напротив отца.