Истинная для завоевателя дракона (СИ) - Князева Алиса - Страница 4

Ладно, не суть. Надо попробовать как-то это… попытаться хотя бы.

— Вы же знаете, что он меня похитил, — осторожно начинаю я. — Принёс сюда против воли и запер. Мои… люди погибли от его руки… Целый город.

— И что? — вскидывает бровь девушка. — Вы сами виноваты. Если бы сделали то, что требовалось, всего этого можно было бы избежать. Драконы рода Райгон всегда получают, что хотят.

— Я ничего об этом не знаю.

— Ты что, в пещере родилась? — усмехается она, прохаживаясь взад-вперёд и брезгливо осматриваясь, будто мы находились не в красивой, богато обставленной комнате, а в каком-нибудь коровнике, от которых знатные дамы держатся подальше. — Или что? Тебе внушали, будто тебя никогда не коснётся роль жертвы?

Вот бы вспомнить, о чём она. Пока все эти слова для меня пустой звук.

— Вам же не нравится, что он принёс меня сюда?

— Надо же, в твоей башке щепотка ума присутствует?

Я проглатываю рвущуюся из груди злость.

— Отпустите меня и он снова будет занят только вами, предлагаю я.

Девушка неожиданно запрокидывает голову и хохочет. Её смех странным образом похож на звон колокольчика и крик тюленя. Я хмурюсь, а после понимаю, что её так развеселило, но потом незнакомка резко успокаивается, как будто ничего и не случалось.

— Серлейт, тебя Анортан ни об какой камень башкой не приложил? Отпустить тебя? Пф. Ты останешься здесь и будешь раздвигать ноги столько раз, сколько потребуется, для исполнения твоего предназначения, поняла? Бежать некуда, так что избавь нас всех от хлопот. А то ноги-то тебе и отрезать можно, они для предназначения не нужны.

Сердце пропускает удар. Вот теперь мне становится по-настоящему плохо.

— Какого предназначения? — сглатываю я.

— Нет, ну точно головой ударилась, Серлейт. Или просто дура, — противно хихикает девушка, направляясь к двери. — Ты здесь, чтобы родить Анортану наследника.

— И позволишь? — мой голос начинает дорожать. Я даже не замечаю, как перехожу с ней на «ты». — Почему сама этого не сделаешь?

— Глупый вопрос, — незваная гостья оборачивается в дверях. — Потому что не хочу, чтобы меня постигло проклятие Райгон. Умереть в родах — удел наложниц вроде тебя.

Волосы на затылке встают дыбом. Какие ещё проклятия? Это же бред! Сказка для детей, но…

Очень некстати моя память подкидывает убеждённость, что слова незнакомки — правда. Это пугает ещё сильнее.

— Я пришлю тебе служанок, — хмыкает девица. — От тебя несёт как от скотины.

В ушах нарастающе звенит. Я сглатываю и тихо отвечаю:

— Я не Серлейт.

— Не смеши меня, — хмыкает та. — Ты Лисбет Серлейт, а это самая жалкая из попыток.

— Я не… не она, — касаюсь лба пальцами. — Я… ничего не помню, понимаешь? Очнулась в тронном зале, на ступеньках, а потом… он пришёл и всех убил! Я понятия не имею что здесь происходит, драконы, проклятия и всё это! Я даже имени своего не знаю! Но знаю точно, что я никакая не Лисбет!

Вот это не совсем правда. В отличие от всех предыдущих мыслей эта обладает двойственностью. Если бы кто-то попросит меня объяснить, что я имею в виду, я ответила бы, что я одновременно Лисбет и кто-то другой.

Вот чёрт, да что со мной случилось⁈

Повисает пауза, за время которой незнакомка окидывает меня придирчивым взглядом, будто решая, что ей теперь делать с этой информацией. В конце концов, она хмыкает и направляется к дверям.

— Это не важно. Твоя роль здесь в том, чтобы раздвигать ноги и выносить нового дракона.

Один из стражей открывает ей дверь, но незнакомка не спешит уходить и задерживается в проходе.

— Уж постарайся как следует. Я хочу стать матерью здорового ребёнка.

— Что⁈

— Раз уж ты всё забыла, я, так и быть, объясню тебе, — усмехается она, будто ждала подобной реакции. — Когда ты умрёшь, а я заберу твоего ребёнка и буду воспитывать как своего сына.

Я смотрю на неё широко распахнутыми глазами. Девица улыбается и разводит руками.

— Как по мне, здорово. Красота, здоровье и главное жизнь останутся при мне, а у Анортана будут наследники. Все в плюсе. Ну, кроме тебя, но такова судьба. Раз уж твой король не может защитить свою семью, значит ты недостойна жизни. Сильные охотятся на слабых. Такие законы у природы. Это справедливо.

— Как ты… можешь! — вскрикиваю я. — Не посмеешь! Вы не посмеете!

Девушка снова смеётся надо мной и выходит. Её телохранители выскальзывают следом. Я пытаюсь слезть с кровати и нагнать их, но ничего не выходит. Когда щелчки замка прекращаются, я только-только поднимаюсь на вытянутых руках после того, как сваливаюсь в кровати на пол.

Чёрт! Вот чёрт! Что же делать?

Сердце колотится как бешеное. Теперь моё бедственное положение начинает играть новыми красками. Вот почему тот парень давал мне год. Девять месяцев на вынашивание ребёнка и ещё немного времени на попытки.

Может, проклятия не существует? Это же сказки!

Так, ладно, не паниковать. У меня вроде как должен быть король, а я, вероятно, его родственница? Хоть бы принцесса, тогда есть шанс на спасение!

Принцесса, которую украл дракон, ага. Я помню, что это должно было быть забавно, но не могу понять чем. Мне совершенно несмешно.

Нахожу в себе силы, чтобы подняться и сесть обратно на кровать. Мне обещали ванну, надо отказаться принимать её. Может быть, если я буду выглядеть отвратительно, Анортан на меня не позарится.

Интересно, я одна тут такая «счастливица»? Или они ещё кого-то поймали?

Парень, оставшийся в моём городе тоже, схватит какую-то девчонку и заставит рожать себе?

Мне хватает времени, чтобы немного успокоиться, прежде чем замок снова не щёлкает.

Да что ж это такое-то! Не клетка, а проходной двор!

Сперва входят те же стражи. Не знаю, может они за дверью дежурят или их та стерва подослала. За ними пара служанок, приволочивших большой таз и вёдра с водой. Я в ужасе наблюдаю за тем, как они оттаскивают всё это за ширму у шкафа, начинают готовиться. Затем возвращаются за мной и пытаются поднять под руки.

— Пожалуйста, не надо! — всхлипываю я.

Но где уж там. Сопротивляться толком не выходит, но и те жалкие попытки я обрываю, когда один из стражей делает шаг ко мне.

Вот чёрт.

Перспектива проводить купание в компании мужчины меня совсем не радует, и я смиряюсь со своей судьбой. Позволяю выкупать себя, экономя силы. Тело постепенно отходит от окоченения, двигаться уже не так больно. Затем меня заматывают в полотенце и пересаживают за туалетный столик, где распутывают и расчёсывают гриву. Я впервые вижу себя — миловидное лицо, яркие зелёные глаза и длинные рыжие волосы, которые после мытья и напитанные маслом красиво переливаются. Снова двойственность восприятия, как с именем. Я одновременно узнаю и не узнаю саму себя.

Пока служанки заняты моими волосами, я заглядываю им в глаза, но на лицах не мелькает ни одной эмоции. Ни жалости, ни презрения. Скупое безразличие. Чутьё подсказывает, что помогать мне они не станут, даже если истерику устроят.

Что вообще делать пленнице, зачисленной в ряды наложниц? Раздробленная память ответов не подсказывает. Зато, когда мои волосы закрепляют на затылке деревянной спицей, в душе вспыхивает огонёк надежды.

Я же… Я же могу попробовать защититься ей? Если выбрать момент и воспользоваться эффектом неожиданности. А вдруг получится?

Наконец, приходит черёд менять одежду, и тут я вскидываюсь, увидев, что за наряд служанка вытаскивает из шкафа.

— Нет!

Вторая уже тянет меня за ширму.

— Леди, таковы обычаи. Первая ночь сакральна. Вам нужно надеть церемониальное платье, чтобы всё прошло как надо.

— Это не платье! — всхлипываю я. — Пожалуйста, не надо! Меня здесь против воли держат!

— Все здесь такие. Но подумай о другом. Это же такая честь, настоящее предназначение! Твоему ребёнку будет принадлежать небо, будущее. Это ли не счастье? Руку сюда.

Обалдеть у них счастье!