Мир наизнанку 1 (СИ) - "Извращённый отшельник" - Страница 6

Отец сразу покраснел и зачем-то принялся поправлять на ней пальто.

— Приходите ещё…

Рэйка слегка поклонилась.

— Было очень вкусно, Сато-сан. И с тобой приятно познакомиться, Иши-кун. Надеюсь, ещё увидимся.

Когда за ними закрылась дверь, папаша тут же повернулся ко мне:

— Ну как тебе? Правда, хорошие? А Рэйка-сан какая воспитанная!

— Нормальные, пап. Мне понравились.

— Как же я рад! Боялся, вдруг не поладите. Кадзуко-сан, кстати, сказала, что Рэйка редко с кем так легко общается. Она обычно очень сдержанная.

Это та, что весь вечер шутила и смеялась?

— Ну, может, ей у нас понравилось? Я пойду спать, пап.

— Конечно, солнышко. Отдыхай.

Наверху переоделся в пижаму. Нашлась синяя, без рисунков, и на том спасибо. Визитку переложил на тумбочку и забрался под одеяло.

Лежать бы и спать, но теперь из головы не шла Рэйка.

Двадцать два года. Красивая, умная, поговорить есть о чём. А если папаша с её матерью съедется, она тоже здесь поселится? Будет каждый день по дому ходить. Завтракать с нами. В халатике каком-нибудь…

Блять, Петруха. Ты с ней только познакомился.

Я перевернулся на бок, подтянул подушку. Всё равно вспоминал, как она подмигнула с этим подносом. Как смеялась над своим дурацким стихотворением. И платье у неё хорошее. Очень хорошо сидело.

— Да чтоб тебя…

Уткнулся лицом в подушку. В прошлой жизни с Катюхой до свиданки дожить не успел, а тут такая девушка, ещё и, возможно, под одной крышей. Само собой в голову всякое полезет.

Только она дочь женщины, с которой папаша встречается. То есть мне её уже почти как сестру предлагают. Сводную, но всё же. Да и что ей с меня? Она людям мозги оперирует, вся такая крутая, красивая, утонченная… а я по местным меркам школьник, которому на завтра рубашку папа выбирает.

Посмотрел на визитку.

«Звони в любое время».

Она тебе как врач номер оставила, дурень. Не надо выдумывать.

По стеклу что-то заскребло. Я сразу приподнялся, прислушался. Ветка. Ветер качнул, вот и задела окно.

Лёг обратно, поправил одеяло. Всё ещё не привык, что здесь можно ночью просто спать. Не ждать, что к тебе полезут через окно, и не гадать, кто там по двору шарится. Нет тут моих рейдеров и мутантов. Пока самое страшное, что встретил — розовые тапочки.

Завтра, правда, ещё Такеши придёт.

Макаруны жрать поведёт, дорамы блядские обсуждать. Я ни одной не смотрел, что ему отвечать-то буду? Про первые издания тоже спросит, ох бляха-муха, пережить бы это всё.

Хотя чего я жалуюсь? В прошлой жизни лежал бы сейчас в какой-нибудь холодной халупе и к каждому шороху прислушивался. Здесь тепло, наелся от пуза. Папаша готовит так, что из-за стола уходить не хочется.

А ещё Рэйка.

Может, и не совсем в ад попал. Привыкнуть бы только.

Заснул сам не заметил когда. Приснилась Рэйка в белом халате, почему-то с автоматом. Она из него стреляла, а вместо пуль вылетали зайцы. Кавай, сцуко!

Проснулся мокрый, сел в кровати.

— Ну и хуйня же снится…

За окном светало. На часах половина седьмого. Я раньше примерно так и вставал, а здешний будильник был заведён на девять. Иши любил поспать, похоже.

Потянулся, повертел плечами. Тело затекло — слишком мягкая для меня кровать. Спать на такой ещё научиться надо.

Внизу уже гремели посудой. Я спустился на кухню, папаша обернулся от плиты.

— Ишуня? Ты чего так рано? Тебе отдыхать надо.

— Не спится. Кофе можно?

— Конечно. Садись, я тебе ещё блинчики разогрею.

В кофе плавали зефирные сердечки. Я ложкой отодвинул их к краю чашки, отпил.

— Пап, вы с госпожой Нагасэ жить вместе собираетесь?

Он даже тарелку не сразу поставил.

— Ты уже догадался? А я сегодня хотел рассказать… Да, завтра их вещи привезут. Кадзуко-сан займёт гостевую спальню, а Рэйка-сан будет напротив тебя.

Напротив. Я как раз кофе набрал в рот, чуть не сплюнул! Пришлось осторожно проглотить.

— Понятно. А это надолго?

— Сначала попробуем пожить вместе. Посмотрим, как всё сложится. А потом, если всё будет хорошо… — Он улыбнулся, разглядывая тарелку. — Может, и поженимся.

— Реально?

— А что такого? Мне сорок пять, я ещё не старый. И Кадзуко-сан замечательная женщина.

Папаша, ты же Кабан. У тебя в прежней жизни баб столько было, что я со счёта сбился. Гарем целый держал, а тут сидишь, краснеешь…

А, ладно. Не тот это мужик. Пора запомнить. Но, по-своему, хороший, чего уж выёбываться. Это я тут ненормальный для всего мира.

— Да я не против, пап. Женись. Просто неожиданно.

— Понимаю, солнышко. Но ты же сам видел, они хорошие. И Рэйка тебя полюбит, как младшего брата.

Ага. Как брата. Именно об этом я полночи и мечтал.

Доел блины — всё-таки чертовски вкусные, зараза, и поднялся к себе. Принял душ, оделся. Джинсы, серая толстовка, никаких единорогов.

В десять позвонили в дверь.

Открыл и немного завис.

Такеши стоял на крыльце в пастельно-голубой толстовке с ушками на капюшоне. Белые джинсы в обтяжку, на кедах красные облачка. Через плечо перекинута небольшая сумка. Я пока на него смотрел, всё пытался понять, неужели ему самому эти уши нравятся.

А у него уже глаза мокрые.

— Иши…

— Привет.

— Ты живой…

И разревелся. Прямо у двери.

— Эй, Такеши. Ты чего? Всё нормально.

— Я думал, ты умрёшь! — Он вытер щёку, но толку от этого было немного. — Когда мне про аварию сказали, я два часа плакал. Папа даже успокоительное дал.

— Да вот же я. Дома, на ногах. Успокойся.

Он кивнул, пошарил в сумке и достал платок.

— Прости. Я понимаю, просто… Ты же мой лучший друг.

Высморкался, ещё раз посмотрел на меня и наконец улыбнулся.

— Пойдём гулять? Я тебе столько всего рассказать хочу.

На улице Такеши быстро разговорился. Я слушал вполуха, больше по сторонам глазел.

У соседнего дома две тётки в рабочих комбинезонах вытаскивали из фургона шкаф. Рядом суетился мужичок, всё просил не поцарапать. Одна велела ему отойти и держать калитку. Чуть дальше у перекрёстка остановился мотоцикл. За рулём девчонка в кожаной куртке, сзади парень вцепился в неё обеими руками. Снял шлем и первым делом полез поправлять волосы в зеркале.

— Иши-кунчик, давай сфоткаемся!

Я повернулся к Такеши. Он уже телефон достал.

— Потом, может?

— Ну Иши, все же волнуются. Покажем, что ты уже гуляешь. Иди сюда.

Прижался ко мне плечом и вытянул руку с телефоном.

— Улыбнись хоть немного.

Пришлось улыбаться. С одного кадра он, конечно, не управился. То у него глаза закрыты, то я не туда посмотрел. Наконец выбрал фотографию и принялся что-то печатать.

— «Мой лучший друг здоров!» Так нормально?

— Нормально.

Я думал, на этом всё, но через пару минут он снова полез в телефон.

— А ты почему к себе не выложил? Я тебя отметил.

— Что не выложил?

— Наше фото. Вот же.

Протянул мне экран. Под снимком уже было пятьсот лайков. Комментарии с сердечками, кто-то желал выздоровления, кто-то радовался, что Иши снова улыбается. По словам Такеши, почти все девчонки из школы.

— Эм-м, а это нормально вообще? Мы две минуты назад снялись, тут уже пятьсот человек.

— Иши, у тебя триста тысяч подписчиков. Чему ты удивляешься?

Сколько, блядь⁈

— Сколько-сколько?

Такеши моргнул.

— Триста тысяч. Ты забыл? Ты же в прошлом году на конкурсе красоты участвовал. После него и начали подписываться. На улице тебя редко узнают, зато в интернете ты звезда.

Я достал свой телефон, полез в Инстаграм.

Триста двенадцать тысяч.

Посмотрел ещё раз, не перепутал ли что. Нет, всё правильно. И фоток полно: портреты, снимки с каких-то конкурсов. Вот тебе и скромный мальчик с единорогами.

— Иши… — тихонько позвал Такеши.

Я поднял голову. Навстречу шли три девчонки, по виду студентки. Болтали между собой, у одной пакеты с покупками в руках. Я ещё толком разглядеть их не успел, а самая высокая уже остановилась возле меня. Брюнетка, лет двадцати, хорошенькая.