Форс-мажор. Книга 2. Побуждение (СИ) - Быченин Александр Павлович - Страница 8

— Мастер Алекс, а не могли бы вы… использовать по назначению добытые «ячейки»?

— Нах… в смысле, нафига⁈ — от неожиданности сел я.

Хотя до того, прошу заметить, намеревался устроить сеанс связи в лежачем положении, поскольку ни на качество «сигнала», ни на мою репутацию это не оказало бы ни малейшего влияния. Почему? Да сами скоро всё поймёте.

— Они положительно скажутся на моих когнитивно-вычислительных способностях, — завёл старую песню Саня, — и я всё-таки сумею пробиться через блок «Малевича».

— Какой, блин, блок⁈ — окончательно утратил я нить разговора.

— Который перекрывает доступ к программному обеспечению, предназначенному для взаимодействия с объектами типа «слеза ангела», — с готовностью пояснил Искин.

— То есть всё-таки не пролюбил, а тебе доступ заблокировали? — задумался я вслух. — Силён «Малевич»! А точно блок?

— С вероятностью три к одному, сэр. В любом случае, дополнительные восстановленные логические связи пойдут мне лишь на пользу. Например, я смогу — с известной долей вероятности — воссоздать удалённый код.

— Не мытьем, так катаньем, — заключил я. И уже абсолютно рутинно избавился от шлема: — Ладно, уговорил! Пластырь только найду…

Знаете, какая любимая присказка у моего папки? Опыт, сын ошибок трудных. Вот он и сказался, ха. Я теперь ни без скотча, ни без пластыря не хожу. Жратву с собой не таскаю, а их, плюс тейп-ленту — обязательно! И вот, в очередной раз пригодились. Иначе не знаю, сколько «ячеек» «Экзот» бы перехватил. А так все они, как им и положено, «впитались» в «нейр».

— Процесс активирован… процесс завершён. Благодарю… мастер Алекс! — «сыто рыгнул» (фигурально выражаясь, конечно же) Санёк. — Проблема: локализована… решение: частичная разблокировка программного обеспечения… рекомендация: воссоздание удалённых данных.

— Типа, прогу восстановил, но она «голая»? — уточнил я на всякий случай.

— Ответ положительный, сэр, — подтвердил Саня. — На текущий момент доступен исключительно базовый функционал объекта «слеза ангела».

— Это, типа, какой?

— Судя по всему, я могу отслеживать и фиксировать параметры локального энергетического фона, сударь. Но для анализа данных и выводов недостаточно информации.

— Рекомендация? — уподобился я собственному помощничку.

— Сбор данных, — «пожал плечами» тот. — Буду фиксировать телеметрию, и по достижению критической массы информации смогу снова её интерпретировать тем или иным образом. Так что на начальном этапе помощи от меня не ждите, сэр. Скорее, я у вас буду просить объяснений.

— Ладно, давай хотя бы так, — согласился я. — А как ты… ну, «Малевича» разблочил?

— Знаете, сэр, — на миг запнулся Саня, — у меня создалось впечатление, что это не я. Это он сам. Как только я восстановил «логику» к закрытым сегментам, так они сразу и активировались. И теперь я могу с полной уверенностью утверждать, что это именно «Малевич». Его кодировку ни с какой другой не спутаешь. Очень уж она… своеобразная. Не от мира сего.

— В смысле⁈ — прифигел я. — Даже для гексов… своеобразная⁈

— Ответ положительный, сэр. Но это же обстоятельство и облегчает работу. По сути, мне нужны лишь вычислительные мощности.

— Хм… то есть, если тебя и дальше «ячейками» снабжать, то ты будешь понемногу отвоёвывать вычислительные ресурсы и память? — резюмировал я.

— Ответ положительный, сэр. Причём я ещё кое-что заметил…

— Ну-ка, ну-ка…

— При восстановлении логических связей с конкретными заблокированными сегментами заодно пробуждаются, так скажем, «побочные», расположенные в совершенно иных областях дискового пространства. И, на первый взгляд, никак друг с другом не связанные.

— Типа, «якоря»? — догадался я. — Ну или эти, как их?.. «Закладки», вот!

— Очень на то похоже, сэр.

— Ну и что же ты… сейчас такого-этакого вызнал?

— Это сейчас настолько важно? — попытался увильнуть от прямого ответа Искин.

— Нет, это всего лишь банальное любопытство! — рыкнул я. — Колись, давай! Это приказ!

— Принято, мастер Алекс, — смирился с неизбежным Санёк. — Я… получил доступ к базовым настройкам своей личности, сэр.

— Ага! — оживился я непонятно с чего. — Показывай!

— Должен предупредить, сэр, что корректировка любого из этих параметров способна вызвать необратимые изменения в моей личностной матрице.

— То, что надо! — потёр я в предвкушении руки. — Вот сейчас занудство тебе прикручу, и всё будет пучком!

— Полагаю, вы имеете в виду мой рационализм, сударь?

— Да-да, я именно так и сказал!

— Доступ к базовым настройкам открыт. Прошу вас, сэр, если уж собираетесь вмешиваться в мою личность, хотя бы делайте это с умом.

— Да не ссы! — «подбодрил» я помощничка. — Не буду я ничего менять, я уже к твоему занудству привык. А в остальном ты меня полностью устраиваешь. Говорю же, просто любопытно!

— У меня прямо от души отлегло, сэр.

— Может, личностной матрицы?

— Да-да, я именно так и сказал, сударь!

Один — один. Впрочем, пофиг. Главное, что я ничуть не слукавил: мне и впрямь всего лишь хотелось взглянуть на настройки Санька. Зачем? Да чтобы удостовериться, что всё правильно помню. Либо не всё. Или неправильно. Или даже не всё, и неправильно. Вариантов довольно много, на самом деле. И от этого будет зависеть моя линия поведения. Ну и ещё усердие, с каким я стану преследовать «Малевича». Потому что вмешательство в память Искина — это одно, а в мою — уже совсем другое. Да, можно считать это самопроверкой или автодиагностикой, как вам больше нравится.

Тэ-э-эк-с, а вот и она, типовая табличка! Я имею в виду, типовая для всех «потомков» Кумо, неважно, из какого именно «поколения». И содержимое тоже вполне стандартное. Прямо по пунктам можно пробежаться. Идентификатор — Кулибин-Сан, альтернативный — Кагуцути-сан. Ну да, это я уже знаю. А теперь ещё и помню, хоть и смутно. И не потому, что «Малевич» внедрил мне ментальный блок именно на эти знания. Просто давно дело было, ещё в беззаботном детстве. На десять лет папка родный Искина презентовал. Спрашиваете, почему так поздно? А до того я как-то «Спрутом» обходился, так что в персональном помощнике нужды особой и не возникало. «Спрут» — это «гекс», в смысле, их корабль, уже на моей памяти доросший до статуса Улья… но это уже совсем другая история. В общем, отец подарил. Уже, почитай… ну да, двенадцать лет назад. Единственное, мне тогда не позволили единолично базовые настройки задать… вернее, задал как раз я — под чутким руководством взрослых, то бишь Алекса-старшего и деда Бори — но только имя и гендер. Что же касается всего остального… тогда, в диком детстве, я не уловил сути, но зато со временем до меня дошло: это был очередной эксперимент Кумо. Любит он это дело, «потомков» опытам подвергать, преимущественно бесчеловечным, ха. В общем, мне подогнали Санька, но оставили его «чистым листом»: тупо посмотреть, как он сам сформируется в личность, правда, под моим непосредственным влиянием. Один — дитё человеческое, причём со своей спецификой в психике (ну а как вы хотели, если с грудничкового возраста якшаться с псевдоразумным кораблём негуманов? там такие тараканы в башке заведутся — моё почтение!), второй — искиновское. Ну и росли вместе, обогащая самодеятельных «экспериментаторов» эмпирическими данными. И это факт.

Ладно, хрен с ними! Своим умом дошёл до немудрёной истины, и хорошо. Взаимное влияние человека и искина — чем не тема для диссертации? Впрочем, лично мне грех жаловаться: Санёк «воспитался» вполне себе нормальной личностью, пусть и насквозь цифровой. Если бы мне пришлось писать ему характеристику с места работы, то составлена она была бы исключительно в восторженных выражениях. А там, где места посуше, с канцелярщиной, царствовала бы частица «не»: не был, не замечен, не зафиксировано. Вот оно, моё положительное влияние! Потому что, ещё раз напоминаю, из первоначальных настроек жёстко мы задали лишь имя и гендер. Ну и через какое-то время, когда мне стукнуло пятнадцать, кто-то, полагаю, что сам Кумо, накрутил Саньку хвоста, и тот от меня малость дистанцировался. В том смысле, что начал обращаться исключительно на «вы», и перестал изображать из себя такого же безбашенного подростка, как и я сам. Ну и ещё внедрил формы именования — от «сэра» и «сударя» до «мастера Алекса». Подозреваю, что батюшкин «мини-гекс» просчитал последствия такого вот показного инфантилизма собственного «потомка», и ужаснулся. Ну и выписал живительных… корректировок. А вот остальное само как-то настроилось, в процессе нашего с Саньком тесного взаимодействия.