Бастард Императора. Том 32 (СИ) - Каспаров Сергей - Страница 2

Эйна резко напряглась, однако всё ещё не решилась поднять взгляд.

— Какова тому причина? Имели ли мои действия оправдание?

Сергей отпустил запястье Эйкхирии, но она ещё несколько мгновений продолжала удерживать клинок возле его груди.

— Даже если я расскажу тебе всё, какой путь выберешь ты сама? Поверишь человеку, которого теперь считаешь врагом? Или продолжишь держаться за ту правду, которую уже приняла?

Он посмотрел девушке прямо в глаза.

— Ведь сейчас ты даже позволила мне направить твой клинок на самого себя. Значит, считаешь меня врагом.

Я смотрел на Эйкхирию и прекрасно понимал, почему она колебалась.

Здесь находился её дом. Дом, который прямо сейчас горел. И она является частью этого мира. Частью народа планеты, который оказался на грани полного уничтожения.

И сейчас она чувствует слабость, потому что не может сделать ничего.

В то же время Эйкхирия наверняка помнит и другой дом. Род на Земле. Людей, с которыми прожила несколько лет. Максима, Аню, Гришу, Тину, Славку и всех остальных, кого уже успела назвать семьёй.

Если бы она ничего к ним не испытывала, то давно напала бы на меня с желанием убить. Не ждала бы, пока я дойду до Древа, и не пыталась бы достучаться словами.

Ударила бы сразу.

А раз всё ещё этого не сделала, значит, просто не может поставить себя ни в одну из ситуаций, где требуется выбрать лишь одну сторону.

Окажись я на её месте, тоже попытался бы остановить того, кто собирается уничтожить целую планету.

Цена действительно выглядит несоизмеримой.

Две жизни и сотни миллионов. Но что значат сотни миллионов на фоне двух жизней, которые для тебя важнее всего?

На самом деле очень многое…

По крайней мере для меня.

Оттого мне сейчас и тяжело.

Да, мир Альвов уже умирает. Их города рушатся, флот почти уничтожили, а Древо сохранило последний лист. Возможно, через несколько лет эта планета всё равно прекратит существование.

Однако… Если Аня однажды узнает, что ради неё я уничтожил миллионы, она никогда меня не простит. И дело даже не в том, что она отвернётся от меня. Она не простит саму себя. Начнёт считать собственную жизнь причиной гибели целого народа.

Каждый, кто сейчас следует за мной, стремился к тому же, к чему стремлюсь и я.

К миру. К единству. К будущему, в котором детям не придётся расплачиваться за решения родителей…

Но мир, построенный на такой жертве, не может называться миром… Это всего лишь новая империя, фундамент которой залили кровью тех, кому не оставили выбора…

К этому ли я стремлюсь? Такое ли будущее хочу создать?

Нет. Совсем не такое.

Вот только как сделать выбор, когда на одной чаше весов лежат судьбы миллионов, а на другой — твоя семья…?

Как пересилить себя, зная, что уже завтра можешь не увидеть улыбку дорогого человека и не услышать его смех…?

Как посмотреть в глаза Вике и сказать, что её мать умерла, потому что отец решил поступить правильно и построить «империю»?

Какой выбор должно сделать человеческое сердце?

Я не знаю… Зато знаю совершенно другое.

— Эйкхирия, решай, на чьей ты стороне.

Я медленно отпустил её руку вместе с клинком, развернулся и направился к Древу.

— Так нельзя! — крикнула она мне вслед.

Я продолжал идти. До ствола оставалось меньше десяти шагов.

Я бы мог попытаться объяснить ей суть своего плана, но она не поверит. Не потому, что не способна понять, а потому, что находится на грани и сейчас не услышит меня. А времени нет.

— Ты меня не слышишь⁈ Так нельзя!

Не оборачиваясь, я прошёл ещё несколько метров.

— Никто за тобой не пойдёт, если ты окажешься не лучше Сарнойла! — голос Эйкхирии сорвался. — Ты сам разрушишь всё, что пытаешься построить!

Её слова ударили не слабее оружия. Однако я не остановился.

— Сергей!

Сзади появилось чувство опасности.

Я мгновенно развернулся, одновременно создавая в руке клинок из тёмной энергии. Чёрное лезвие поднялось, принимая почти моментальный и невероятно точный удар.

Эйкхирия не целилась в сердце или шею. Её клинок направлялся к моей руке.

Она собиралась несмертельно ранить меня, лишить возможности прикоснуться к Древу и таким образом остановить.

Но даже так её удар оказался невероятно тяжёлым.

Два лезвия столкнулись, и по поляне прошёл гулкий импульс. Трава легла широким кругом, вода вокруг острова поднялась низкой волной.

Мышцы руки мгновенно сжались. Даже укреплённое тело ощутило давление, а меня повело назад — под ногами остались две длинные борозды.

Эйкхирия продолжала давить. Её лицо сохраняло холодное выражение, однако глаза выдавали внутреннюю боль.

— Отойди от Древа! — потребовала она. — Я не хочу с тобой сражаться!

— Тогда не сражайся!

— Ты не оставляешь мне выбора! Я не могу позволить тебе их убить!

— Выбор есть всегда! Просто ни один из вариантов тебе не нравится! Я не буду с тобой нянчиться! Ты либо веришь мне, либо нет!

От клинка Эйкхирии по моему оружию начала переходить тёмная, тяжёлая энергия.

В ней ощущались отголоски тысяч погибших.

Гнев, боль, страх. Желание вырваться из заточения и уничтожить каждого, кто встанет на пути.

Также вокруг резко взметнулось множество лоз.

Они вырвались из травы, переплелись между собой и на огромной скорости устремились к рукам, ногам и шее. Слева одновременно появилась Эйна, направляя живую растительность и готовя новый удар.

Я мгновенно раскрыл вокруг себя щит из тёмной энергии. Лозы врезались в него и почти сразу почернели, рассыпаясь пеплом.

Напрягшись, я резко надавил на клинок Эйкхирии. Её руки дрогнули. Одним движением я отбросил девушку прочь. Она скользнула по траве, но не упала.

С Эйной церемониться не стал.

Ушёл с линии удара, пропуская мимо себя очередную лозу, развернулся и с такой силой ударил женщину ногой в бок, что воздух взорвался.

Эйну вынесло за пределы поляны.

Она пролетела над водой, пробила одну из декоративных каменных арок и пробила своим телом дом.

Эйкхирия уже хотела рвануть ко мне, но перед ней появилась Ольга.

Копьё встретило два клинка. По поляне разошёлся новый импульс, а саму Ольгу мгновенно отбросило прочь. Девушка пролетела мимо Древа, перевернулась в воздухе и с силой вонзила наконечник копья в землю, останавливаясь.

Эйкхирия уже собиралась сорваться следом за мной, однако рядом возник Егор.

Чёрный клинок в его руке ударил сбоку. Она заблокировала атаку, разворачивая одно оружие навстречу ему, а второе направляя на Ольгу.

Славка появился над Эйкхирией, направляя вниз серию печатей. Молнии соединились в сеть, перекрывая девушке возможный рывок.

Теперь они втроём сдерживали одну девушку. И даже так им тяжело.

Я же уже повернулся к Древу.

Развеяв тёмный клинок, подошёл к громадному стволу и остановился вплотную. По серой коре проходили глубокие трещины, а внутри каждой едва сохранялось серебряное свечение.

Я поднял руку, и ладонь легла на холодную кору.

Пожертвовать близкими ради миллионов или уничтожить миллионы ради близких?

Обычный человек всегда выбирает между первым и вторым вариантом. Просто потому, что другого пути перед ним не существует.

Однако я вижу мир иначе и знаю, что, пожертвовав одним, не спасу других…

Нет…

Раз уж решил объединить всех и создать новый мир, то не стану жертвовать чем-то одним… Я возьму себе всё!

Да, я жадный! И моя жадность — это не моя слабость! Император, который собирается править всеми, не может не быть жадным!

— Слышишь меня, деревяшка…? — хмуро спросил я, направляя в неё свою силу. — Хватит спать. Тебе нужна моя помощь, мне — твоя, а значит, нам обоим придётся постараться.

Миг, и дерево ответило. Секунду назад я стоял на поляне, а миг спустя уже в том месте, в котором не хотел бы никогда оказаться…

Вокруг горела планета. Небо пылало рыжим светом, а дым тянулся, казалось, до облаков. Тысячи Альвов бежали, крича от боли и страха, пока вокруг их рвали в куски чёрные твари…