Со второй попытки (СИ) - Мах Макс - Страница 21

3.3 288 год от З.Э.

За каждодневными трудами и заботами время летит быстро. Не зря говорят, что рутина затягивает. Так оно и есть. И самое обидное, что устоявшийся распорядок дня оставляет слишком мало места для маневра. Исполняя, - и похоже, совсем неплохо, - обязанности лорда Винтерфелла, Сириус с трудом находил время для работы в своей лаборатории, построенной им в отремонтированной Разрушенной башне. Там у него была теперь пусть небольшая, но неплохо оснащенная, - для этого времени и для этого Мира, - зельеварня, а также мастерская для экспериментов в области механики, производства стекла и бумаги и прочего всего, что он мог измыслить, но не знал или не помнил, как это «ноу-хау» воплотить в жизнь. В башне он, впрочем, работал не один. Ему помогали молодые ребята, в основном, дети потомственных слуг, уже много поколений, служивших лордам Винтерфелла. На протяжение нескольких лет, - едва ли не с момента возвращения с войны, - он обучал этих парней тем или иным «высоким искусствам», постепенно воспитывая из них не просто мальчиков на побегушках, типа «принеси, подай», а настоящих помощников. Однако помощь помощью, а основным работником в «Лабораторной башне», как стали теперь называть это сооружение, оставался сам Сириус. Это ведь он спроектировал и построил, - при посильной помощи кузнеца, плотника и своих «юных падаванов», - несколько крайне интересных подъемных кранов для строительных и ремонтных работ, лифт в Великом замке и механический насос для подъема воды из древнего колодца. Сейчас же Сириус работал над усовершенствованием подъемного механизма герсы в главных въездных воротах и над техническим оснащением других надвратных башен. Все это было важно и ценно, как, например, кухонный лифт или устройство подачи горячей воды в мыльню, построенную близ семейных покоев леди и лорда Старк, но отнимало массу времени у и без того сильно загруженного лорда-протектора Севера. Поэтому на многие другие не менее важные и интересные дела времени у него просто не хватало, а жаль. Он бы сам с удовольствием покопался в архивах в поисках информации о тайных помещениях и тоннелях, которых в таком древнем замке, как Винтерфелл, просто не могло не быть. Однако известны были только немногие, что могло, разумеется, не значить ничего, но могло являться результатом обрыва в линии преемственности, а такое в истории семьи Старков случалось не раз и не два. И сам Эддард был отличным примером именно такого хода дел, когда власть нежданно-негаданно, да еще и так резко, переходит не к тому, кого к этому готовили с детства, а к запасным наследникам.

В такой ситуации легко потерять пару-другую родовых секретов, но розыском всех этих тайн приходилось теперь заниматься при катастрофической нехватке времени. Хочешь-не хочешь, пришлось делегировать часть актуальных, но неспешных и менее значимых задач своему младшему брату Бенджену, который все еще жил в Винтерфелле, и сейчас вместе с мейстером Лювиным и новым архивариусом шерстил архивы, заодно составляя перечень сохранившихся документов. А вот у Сириуса наконец дошли руки до Великого хранилища. Доступ туда имел ограниченный круг лиц, а ключи от замков, запиравших толстые двери из железноствола, окованные к тому же холодным железом, имелись только у самого лорда, который иногда выдавал их младшему брату, мейстеру Лювину и кастеляну замка Харриону Касселю. Но и эти трое имели доступ только в первую пещеру, а хранилище располагалось глубоко под фундаментом Первой Твердыни, куда из Великого Замка вел тайный подземный ход.

Под Первой твердыней не было горячих источников, и подземелья здесь были холодными и сухими, что говорило о том, что в древности умели строить хорошие дренажные системы и понимали толк в принудительной вентиляции. Так вот, в первой пещере хранилась казна лордов Винтерфелла и казна протекторов Севера. Сейчас там стояли сундуки и бочки с золотой, серебряной и медной монетой. Частью этого богатства являлись деньги, принадлежавшие ранее казне Таргариенов, сюда же поступали доходы от хозяйственной деятельности Домена Старков и та часть налогов, которые не отсылались в Королевскую гавань. В отличие от прежних времен и несмотря на многочисленные проекты, которыми был занят Сириус, на данный момент денег у Старков было больше, чем когда-либо у его отца и деда. А ведь за следующей дверью из железноствольного бруса находилось «Хранилище Черного Дня». Сюда еще со времен Кригана Старка откладывались деньги для чрезвычайной ситуации. Нед Старк, отправляясь на войну, вымел почти начисто казну лордов Винтерфелла, но в деньги, оставленные на случай настоящей катастрофы, руку не запустил. Там сейчас хранилось около ста тысяч золотом, и Сириус предполагал, что как только закончит с первоочередными дорогостоящими проектами, сразу же и сам начнет откладывать золото «на черный день».

Из этой второй пещеры через еще одну толстую дверь в боковой стене можно было попасть в довольно длинный тоннель, уводивши в глубину и в сторону. В конце этого длинного сводчатого коридора располагалась следующая дверь, а за ней находилась сокровищница, состоявшая из нескольких маленьких пещер. В первой сейчас была свалена та часть военной добычи, которая причиталась лорду-командующему армии севера: изделия из золота и серебра, художественное литье из бронзы, предметы из поделочного камня, - из бирюзы, турмалина и сердолика, малахита и розового кварца, яшмы и агата, - произведения искусства, не пошедшие на украшение замка, оставшиеся невостребованными гобелены и ковры, и различные исторические реликвии. Практически все трофейное оружие и рыцарское снаряжение, даже дорогое и изукрашенное инкрустациями и золочением, ушло в арсенал или на украшение интерьеров замка, но кое-что все-таки осталось в сокровищнице. Эти вещи имели высокую ценность не столько сами по себе, сколько тем, кому они принадлежали прежде.

В следующей пещере хранилось практически то же самое, но добытое и купленное прежними лордами Винтерфелла. Здесь же в нескольких нишах стояли ларцы с фамильными драгоценностями Старков и породнившихся с ними через брак семей. Однако сейчас Сириус решил заняться тем, что в мыслях называл Терра Инкогнита[9]. В той последней в ряду пещере хранились различные редкости и диковинки, но ни списка, ни тем более, каталога этого собрания Сириус, как ни искал, так и не нашел. И вот теперь он стоял в этой пещере и рассматривал при свете факелов те странные богатства, которые сочли необходимым оставить ему предки.

Здесь были сложены вперемешку слоновьи и мамонтовые бивни, ветвистые оленьи рока, по-видимому, не нашедшие себе места в охотничьем зале и примыкающем к нему коридоре, несколько неглубоких каменных чаш, до краев заполненных огромными волчьими, - лютоволки? – медвежьими и чьими-то еще клыками и когтями, бивни моржей-гигантов и много чего еще. Отдельно на деревянных полках лежали редкие минералы и стояли древние фигуры, вырезанные в незапамятные времена из железноствола, чардрева и каких-то других, неизвестных Сириусу пород дерева. Самое интересное, пожалуй, заключалось в том, что кое-какие минералы и древние статуэтки несли в себе довольно много магии, что было крайне интересно. Еще интереснее оказались буквально фонящие магией драконьи кости и огромный череп лютоволка.

«Вот ведь блядство! – молча выругался Сириус. – Пока я искал магические травы и предметы, все это богатство лежало буквально у меня под ногами!»

Но рвать волосы на голове было не к чему. Так уж сложилось, что руки, - или, вернее, ноги, - дошли до этой части хранилища только сейчас. И раз уж наконец сподобился добраться до этих небесполезных сокровищ, имело смысл хотя бы вчерне разобраться с тем, что у него есть, чтобы после подумать о том, что с этим всем можно сделать. А интересных вещей здесь, к слову, было довольно много и помимо бивней, статуэток и минералов. Потемневший от времени бронзовый жертвенник, испещренный рунами первых людей, обломок бронзового щита, покрытый выгравированным на нем рисунком, - чардрево, кажется, и какие-то незнакомые Сириусу звери, - костяные таблички с глифами Древнего Гиса, чаши со всякой фигней, типа необработанных самоцветов неизвестного качества и позеленевших бронзовых обломков, вся ценность которых сводилась, по-видимому, к полустертым и едва видимым под слоем патины валирийским иероглифам и древним рунам первых людей. И наконец, в самой задней части пещеры стояло несколько небольших сундуков. В первых трех, к огромному удивлению, Сириуса, лежали книги и пергаментные свитки. Ответ на вопрос, отчего они хранятся именно здесь, а не в библиотеке, нашелся сразу, как только он пролистнул первые несколько книг и развернул случайно попавшийся под руку свиток. Похоже, на Севере, а возможно, и вообще во всех Семи Королевствах, никто не знал теперь, на каких именно языках были написаны эти книги и свитки. Вряд ли это были вестероские языки. Но вот на Восточном континенте, в Эссосе, как помнил Сириус, даже сейчас существовало огромное количество стран и народов, а что делалось там триста, пятьсот или тысячу лет назад, вообще, неизвестно. Валирия погибла, и вместе с ней исчезли ее архивы и книжные собрания. Однако, учитывая, что Рок Валирии случился всего каких-то четыреста лет назад, вполне можно было предположить, что что-то где-то все-таки уцелело и каким-то неведомым образом попало к королям Зимы, а ими в то время являлись именно Старки. Впрочем, так или иначе, но прочесть эти древние книги он не мог, и значит, нечего было страдать фигней.