Война песка (СИ) - Казаков Дмитрий Львович - Страница 38

С запада, с той стороны, откуда мы пришли, раздался выстрел, за ним еще один — дрищи нагнали арьергард. Чем Цзяню понравилась эта пещера? Или он решил, что тут мы сможем обороняться с большим успехом?

— Внутрь и вниз, не останавливаться! — заорал он.

Пещера быстро сузилась, но не закончилась, а превратилась в узкий проход, через который можно было проходить только по одному. Мы активировали ПНВ и стало ясно, что проход тянется дальше, во тьму, в толщу скал, идет с легким загибом влево, будто тоннель крохотного метро.

— Ричардсон, вы тут прикрываете, — велел Цзянь.

Да, тут можно удержать толпу хоть из сотни дрищей, имея всего пару автоматов.

— О нет, только не это, — забормотала Гита, неловко поеживаясь и озираясь, лицо ее исказилось от страха. — Неужели нет другого пути? Неужели нужно лезть в эти подземелья?

Ничего себе, у неуязвимой и совершенной ведьмы обнаружилось слабое место.

В тоннеле было сухо и прохладно, воздух пах камнем, и камень был со всех сторон. Двигались мы без спешки, а я думал, что Цзянь знал про эту пещеру, что тут можно укрыться на какое-то время.

Неужели о ней, как и о дрищах ему сообщили с базы?

Ну ладно, крупный отряд врага можно разглядеть с дрона-разведчика, но с пещерой этот метод не сработает!

— Помоги нам Святилище Разума, — пробормотала Лана, когда позади раздался выстрел, а за ним целая очередь.

Дрищи предсказуемо направились за нами, и наткнулись на засаду.

Когда мы остановились, я похолодел от мысли, что впереди может оказаться тупик. Если так, то врагу достаточно лишь выждать, пока мы сами не полезем наружу с поднятыми руками.

Но нет, это оказалась развилка, и мы пошли дальше, оставив на ней бойца.

Вскоре стало ясно, что скалы изъедены норами словно головка сыра дырками — тоннели, узкие и пошире уходили в обе стороны, из некоторых тянуло свежим воздухом, из других влагой. А через сотню метров мы вышли в настоящий зал, и нашим глазам предстало подземное озеро с водой такой прозрачной, что ее было почти не видно.

— Бутылки наполняем, — велел Цзянь. — Сидим пока тут. Карло, ты за старшего. Усек?

Сам взводный рванул обратно туда, откуда мы пришли, и где после первых выстрелов царила тишина. Мы же зажгли несколько фонарей, расставили их по полу, и мрак отступил, по поверхности озера побежали блики.

От воды заломило зубы, и я сделал всего несколько глотков, а потом наполнил три пластиковые бутылки — для себя и для ведьм. Когда пошел обратно, то миновал пятерку со связанными руками, Вася подмигнул мне, но в следующий момент лицо его помертвело, отразило полное отсутствие эмоций.

— Освободи меня, братан, — голос Макунги прозвучал механически, неестественно. — Развяжи мне руки.

— Мы же не опасны, — поддержал его Питер.

Он больше не показывал страха, и даже улыбался, но улыбка эта выглядела чужой, приклеенной.

— Развяжи, братан, — Вася начал подниматься, и я отступил на шаг.

Я вспомнил Бадави, Ганса и остальных парней, которые много дней выглядели нормально, а затем вдруг напали на нас с тыла — они разговаривали примерно вот так же, и у них были такие же пустые и мертвые, словно металлические глаза.

— А ну сели на место! — рядом со мной оказался Джи, автомат его смотрел в грудь Макунге.

Но тот не обратил внимания на угрозу, он уже стоял, и мышцы у него на плечах и руках вздулись, лицо исказилось. На ногах утвердился второй зомби, третий, Питер, бессмысленно улыбаясь, шагнул в сторону, обходя нас с фланга.

— Сели!! — голос Джи сорвался, он отступил на шаг.

Командир второго отделения явно не знал, как вести себя в этой ситуации, как стрелять в своих.

— В сторону! Прочь от них! — Карло отреагировал на ситуацию с опозданием.

С треском хлопнул ремень, которым стянули запястья Васи, и Макунга прыгнул на меня, молотя кулачищами. Я нырнул, уходя в сторону, и мне досталось вскользь по уху, то вспыхнуло огнем — больно, но пережить можно.

А вот Джи от атаки не увернулся, ему досталось головой в живот, ладно еще, что в бронежилет. Но тамил отлетел на несколько шагов и шлепнулся на спину, правая рука его с плеском ушла под воду.

— Вот они, мои сладкие, — рядом с ним объявилась Лана с поднятыми руками.

— Теперь ты видишь? — Гита обнаружилась за моей спиной.

Несмотря на усталость, барышни из подразделения М сориентировались мгновенно, и действовали с впечатляющей скоростью.

Вася замахнулся, и тут я действительно понял, что с ним не так, не увидел, а ощутил. Воспринял это как занозу, черную сосульку, воткнутую прямо в голову, и пустившую в стороны отростки вроде корешков… и такие же обнаружились в головах у всей пятерки.

Лана с усилием опустила руки, словно вогнала что-то тяжелое в землю.

Макунга пошатнулся, замер на середине движения, остановились и прочие зомби. Питер оступился и упал на бок, на лице его отразилось изумление, высокий боец из второго отделения надрывно застонал — живой, настоящий звук.

— Что… это… было? — спросил Вася, разглядывая собственные руки. — Это я сам?

Обрывки добротного кожаного ремня лежали у него под ногами — и более красноречивый ответ сложно было придумать.

— Вот и я хотел бы знать, — Цзянь вошел в зал, за ним потянулись бойцы нашего отделения: Эрик, Нагахира, другие.

Прикрывать остались Ричардсон, Ингвар и Сыч, три лучших стрелка.

— Может быть, вас проще застрелить на месте? — продолжил взводный. — Или нет? Сможете их избавить от этой штуки?

Последний вопрос предназначался ведьмам.

Черные сосульки исчезли, но вовсе не без следа, каждая оставила след, отпечаток. Только вот даже я сообразил, что этот отпечаток может в любой момент стать активным вновь… и что тогда?

Это сейчас мы отделались легким испугом.

— Не сегодня, — призналась Лана после того, как они с Гитой переглянулись. — Не быстро. Нужно время… и силы.

Цзянь посмотрел на Васю, перевел холодный взгляд дальше, на следующего зомби. Уничтожить пятерых своих же — очевидное решение, но за него с отдавшего такой приказ офицера потом спросят, да еще как, всех по допросам затаскают.

Но нами командует полный безумец, и он способен на все.

— Сколько времени? — спросил взводный.

— Сутки, — ответила Гита. — Сейчас мы немного поспим, а потом займемся этим делом.

— Сутки я вам дам, — Цзянь кивнул. — Свяжите его снова, — речь шла о Макунге. — Приглядывайте хорошо.

Из коридора, откуда мы пришли, донесся выстрел — дрищи вновь решили проверить,как у нас дела.

Васе принялись вязать запястья, на этот раз ремнем от автомата, а я пошел туда, где оставил вещи. Осторожно ощупал пострадавшее ухо, морщась от боли, иначал устраиваться на ночлег.

Гита все так же вжимала голову в плечи, ежилась и вздрагивала при каждом взгляде на скальный «потолок». Мне же наоборот было спокойно и уютно там, где нет бесконечного горизонта, где на тебя не могут напасть с любой стороны, сверху или даже из-под песка.

Уснул я мгновенно.

И обнаружил себя в руинах башни, разрушенного хранилища — круглая площадка, окружающие ее неровные зубцы. Смотревший на меня Цзянь улыбнулся, чиркнул спичкой, и у него под ногами вспыхнуло пламя, языки его затрещали, облизывая дрова и таблетки сухого топлива.

На какой-то момент я осознал, что это прошлое, что я бывал в такой ситуации…

Но тут рядом с узкоглазым лидером стояли не Энрике и Джавал, а Фернандо и Бадр. Вместо связанной Марии и ее подруг на меня с надеждой смотрели Гита и Лана, и на щеках их блестели дорожки слез.

А я не мог двинуться, меня держали не веревки, а дикий, удушающий страх.

— Кто будет себя в жертву приносить, Конфуций? — поинтересовался Цзянь. — Поднимайся, Серов!

В руках его возник шмат окровавленного мяса, и меня затрясло от отвращения.

— Священная плоть! Священная плоть!! — зазвенело в ушах, и я понял, что это часть меня держит в сухоньких лапках наш взводный.