5 Братьев (ЛП) - Дуглас Пенелопа - Страница 28

Мое сердце колотится. Хаос кружится вокруг нас. Мы с Айроном движемся по кругу по часовой стрелке. Он может наброситься в любую секунду.

Я кричу:

— Беги!

Он ухмыляется.

— Я не гоняюсь.

— Тогда боюсь, ты никогда меня не поймаешь.

Развернувшись, я мчусь на другую сторону, но внезапно передо мной вырастает Арми. Я резко торможу, откидываясь назад, но он хватает меня за шею, и его губы кривятся в зловещей улыбке.

Краска с его руки обжигает шею ледяным холодом.

Он стягивает сюртук с моих плеч, и я позволяю ему соскользнуть по рукам, ловя его кистью.

— Ты слишком старый, чтобы видеть меня голой, — дразню я его.

Он выгибает бровь.

— При условии, что я уже видел...

Что?

Он убегает, а я на секунду застываю, пока вокруг меня носятся голые люди.

Что он сказал?

Я трясу головой и бегу в безопасное место.

Он ничего такого не имел в виду. Это не значит, что он говорит о той ночи. Это просто означает, что он однажды видел меня голой. Может, он видел меня на диване на следующее утро. Я лежала на животе, и одеяло в основном закрывало меня.

В основном.

Или был еще тот случай в июне, когда мы с Трейсом были в бассейне одни. Было очень поздно, и мы увлеклись моментом. Может, не все тогда спали.

Я вбегаю в гараж Йегеров, бросаю сюртук и осматриваю жилет на предмет краски. Насквозь ничего не просочилось. Хорошо. Я знаю, что Лив разрешила мне оставить наряд, но она вложила в него много труда. Мне было бы жаль его испортить.

Мимо меня проходит женщина топлес, с бретелькой бюстгальтера, свисающей с плеча, и почти все парни уже без рубашек.

Йегеры и Арасели стоят под дождем, готовые; музыка снова включается, и какой-то парень рядом со мной вскидывает руки.

— Вперед! — кричит он.

Мы все бежим. Трейс пятнает меня. Я теряю шляпу. Черт возьми.

Музыка останавливается и начинается снова; я бегу, со смехом перепрыгивая через кого-то на земле, и почти добираюсь до другой стороны, прежде чем Арасели едва не хватает меня за живот.

Еще три раунда, и я теряю оба ботинка и один носок, пока Даллас, Арми и Трейс преследуют меня, а я изо всех сил стараюсь растянуть это удовольствие как можно дольше, в то время как все вокруг меня уже почти голые.

Большинство выбывает, как только остаются в одном нижнем белье, нас осталось всего около четырех человек.

Айрон всё это время не сводит с меня глаз.

— Вперед! — снова кричат они.

Начинает играть музыка, мы мчимся; теперь Йегеров больше, чем бегунов, и это лишь вопрос времени.

Я бегу по лужам на дороге, дождь струится по моему лицу. Арми замечает меня, останавливается и выглядит так, словно собирается броситься в погоню. Я спотыкаюсь.

Прямо в объятия Трейса.

Он смеется, сжимая мою задницу обеими руками.

Я толкаюсь, вырываясь из его хватки, пока он меня не отпускает.

— Ты больше не имеешь права трогать меня там! — огрызаюсь я.

— Ага, давай продолжим притворяться, что это было твое решение.

Мудак.

Он обходит меня, не отрывая взгляда от моих глаз.

— Я хочу эту юбку, Крисджен.

Я стягиваю свой последний носок и вместо этого швыряю им в него.

Он запрокидывает голову, смеясь в ночное небо, и убегает.

— Трусиха!

Я бросаюсь в безопасную зону; музыка смолкает, и я в одиночестве расхаживаю перед въездом в гараж. Последние три игрока находятся в соседнем гараже, и, полагаю, почти голая парочка позади меня, сосущаяся за верстаком, на сегодня закончила.

Айрон наблюдает за мной, и я ни за что на свете больше не сниму ни одной вещи.

Тогда почему бы мне просто не сдаться?

Музыка грохочет, перекрывая шум дождя; я бегу, и Трейс бросается на меня. Я смеюсь так сильно, что чуть не давлюсь, но ныряю, прокатываюсь под ним и ухожу в сторону.

Я не успеваю заметить, куда он делся, как оказываюсь зажатой между двумя ногами, возвышающимися надо мной.

Даллас смотрит на меня сверху вниз, вытянув кулак. Он сжимает его, и я вижу, как начинает капать красная краска. Я закрываю глаза в самый последний момент, чувствуя, как теплые капли — одна за другой — падают мне на лицо рядом с губами.

Открываю глаза и свирепо смотрю на него сквозь пелену дождя.

— Тебе следовало бы быть повежливее с людьми, которые приносят тебе еду, — рычу я.

Встаю на ноги и собираюсь бежать, но внезапно они все оказываются здесь.

Арасели бьет меня по ногам.

Я кричу.

Арми плещет мне на спину.

Я судорожно вдыхаю.

Трейс щиплет меня за нос.

Я в бешенстве:

— Какого хрена вы все творите?!

Я резко оборачиваюсь.

И оказываюсь в объятиях Айрона, его перепачканные краской руки сжимают мою талию.

Это пять. Это больше, чем вся моя оставшаяся одежда.

Пять попаданий. И это больше, чем вся остальная моя одежда. Даже больше, чем всё, на самом деле, так как на мне осталось только три вещи. Юбка, жилет и нижнее белье.

Играет музыка, и Айрон прикусывает уголок губ. Я смотрю на его губы.

— Хочешь, чтобы все эти люди увидели меня голой? — спрашиваю я его.

— А ты хочешь, чтобы только я тебя увидел?

Возможно.

Если он мне нравится, тогда я захочу большего, верно? Каким он будет, когда выйдет через три года?

А где вообще буду я?

Я не хочу ждать очередного мужчину, надеясь, что всё волшебным образом станет лучше. Я уже проходила это с Майло.

И я не хочу просто веселиться. Это я уже проходила с Трейсом.

Я начинаю отстраняться.

— Тебе стоит найти кого-нибудь другого на сегодня.

— Не-а, мы этот этап уже давно проехали, — рычит он, притягивая меня обратно.

— Я не могу с тобой переспать.

Его глаза смягчаются, и он почти шепчет:

— Тогда просто останься со мной.

Словно нож полоснул по сердцу.

Но я тоже не дура. Если он затащит меня в свою постель, он знает, что произойдет.

— Как думаешь, что ты получишь, если разденешь меня? — спрашиваю я.

— Красивую картинку в голове, которую я заберу с собой.

— У тебя таких полно.

Тишину пронзает звон колокола, и я оборачиваюсь, видя, как Трейс звонит в медный обеденный колокол на патио у «Мариетт». Кто-то вываливает ведро креветок и моллюсков на застеленный газетами стол, и люди толпятся вокруг, выхватывая пиво из наполненного льдом контейнера.

Айрон берет меня за лицо.

— Я хочу сесть с тобой в машину и уехать сегодня ночью к совершенно другому блядскому пейзажу. Хочу гнать так быстро, чтобы солнце никогда не взошло.

В горле так тесно, что трудно дышать.

— Я... Я не могу.

— Улыбнись мне, — просит он.

Я качаю головой и не улыбаюсь.

Если всё, чего он хочет — это получить удовольствие, он с легкостью найдет это с любой. Я не собираюсь его жалеть.

— Почему я? — спрашиваю я его.

— Потому что ты красивая, — отвечает он мне. — И милая. И я хочу, чтобы ты меня трахнула, чтобы я мог накопить все эти воспоминания для того времени, когда состарюсь. Чтобы я мог вспоминать, как я был молод, и в моих объятиях была красивая девушка, прежде чем она увидела бы, как я постарел и опустился, и поняла бы, что достойна большего.

Его челюсть напрягается, но я стою как вкопанная. Дождь стекает по моим ногам, ступни утопают в грязи.

— Я хочу видеть тебя голой на заднем сиденье, — говорит он мне. — Хочу обнимать тебя, слизывать дождь с твоих губ и выжать максимум из следующих нескольких часов.

Он хочет забыться. Не хочет думать. Просто хочет чувствовать.

Он не хочет меня.

— Может быть, в другой раз, — говорю я.

Он щурится, но тут подходит Трейс и хватает его.

— Айрон, давай. Пошли есть. Последняя трапеза для...

Айрон отталкивает его.

Трейс спотыкается, готовясь к удару, пока Айрон бросается на него.

Но я влетаю между ними, отталкивая Айрона от Трейса, прежде чем он успевает до него добраться.

— Прекрати! — кричу я на Айрона. — Почему тебе вечно нужно это делать?