Цветок для ледяного дракона (СИ) - Люськина Сова - Страница 11

— Конечно, я согласна, — кивнула я, и только потом задумалась. А как к этому отнесутся остальные работники мэрии. Не возникнет ли лишних пересуд? И тут же сама себя одернула. Я сделаю так, что не возникнут. Расскажу, что виновата в травме, вот и оплачиваю долг.

— Вот и славно, — дракон улыбнулся и потянулся к моей шубе, видно желая помочь одеться, но тут же застыл, побледнел и прикрыл глаза.

— С ума сошли! Я сама.

И быстренько натянула на себя всю зимнюю экипировку. Даже варежку, упавшую и засунутую ногами под лавку не забыла подобрать. К выходу мы шли под руку, и каждый был уверен, что это именно он ведет второго.

В мэрию мы вошли так же. Неприятная женщина за конторкой сперва улыбнулась Дармиру, а после вдруг побледнела, округлив рот. И вряд ли дело было во мне, скорее причиной стало все то же алое пятно на одеждах.

— Вам нужно было хотя бы переодеться, — шепнула я, когда мы уже поднимались в его кабинет.

— У меня здесь есть вещи, — точно так же прошелестел Дармир. Дверь в приемную была открыта, а за столом сидел немолодой темноволосый мужчина. Дармир кивнул ему и бросил: — Нестер, ты свободен. Отгул три дня.

Я только рот раскрыла, внимая его словам, а вот Нестер не стал ерепениться. Поднялся, поклонился и в считаные мгновения исчез за дверью.

— Секретарь в отпуске, да? — уточнила я обиженно.

— Да, с этого момента, — ничуть не смутился Дармир и указал мне на свой кабинет. — Дайте мне десять минут привести себя в порядок, а потом разрешите угостить вас чаем и рассказать о делах, пока есть время. А то ведь скоро опять придут.

И пока я искала ответ, исчез в своем кабинете.

«Вот же хитрый дракон», — невольно покачала я головой и улыбнулась. Ладно, я ему правда задолжала, секретарь так секретарь.

Я осталась одна в приемной. Слышала, как за дверью кабинета началась возня, скрипела мебель. Сначала я сидела, стараясь не прислушиваться, но время тянулось мучительно медленно. Десять минут прошло, потом еще пять. Тревога, не отпускавшая с тех пор, как на Дармира упало стекло, лишь усилилась. Что, если ему стало плохо? Что, если рана открылась?

Наконец я не выдержала, подошла к двери и осторожно постучала.

— Сэр Дармир? Вы в порядке?

Из-за двери донесся сдавленный и усталый голос:

— Да, да, все в порядке. Просто… эти пуговицы никак не поддаются одной руке. Скоро справлюсь.

Ну, конечно же, у него действительно пострадала рука, и он не может ей пользоваться.

— Позвольте помочь, — сказала я, едва не прижавшись лбом к прохладному дереву двери.

Наступила короткая пауза.

— Нет-нет, леди Белинда, не стоит. Я как-нибудь сам. Не хочу вас смущать.

Это слово заставило меня на мгновение отступить, но беспокойство оказалось сильнее.

— Все в порядке. В конце концов, я ваш временный секретарь.

Еще одна пауза, более долгая. Потом он сдался, и в голосе послышалось облегчение:

— Хорошо. Входите.

Я глубоко вдохнула, повернула ручку и вошла. Дармир стоял спиной к окну, и первое, что я увидела, была белая, почти сияющая рубашка, болтающаяся на нем. Он повернулся, и дыхание перехватило.

Рубашка свисала, открывая торс. Мраморная кожа, гладкая и безупречная, без единой родинки, обтягивала рельефные, тугие мускулы. Это была ожившая скульптура. Но самое поразительное — не мышцы. На груди и животе, как узор, проступали чешуйки. Они были чуть темнее кожи, с легким перламутровым оттенком.

Я почувствовала, как жар поднимается к щекам, но заставила себя сделать шаг вперед, не опуская глаз. Я не должна дать понять, что вид смутил меня. Он и так намучился.

— Видите? — он с усмешкой кивнул на манжеты и пуговицы на рубашке. — Совершенно непокорные.

Я кивнула, не доверяя своему голосу, и подошла ближе. Чувствовала исходящее от него тепло. Взяла край рубашки и начала застегивать пуговицы снизу вверх. Пальцы дрожали, и я сосредоточилась на каждом движении, старалась не смотреть прямо на чешую, но боковым зрением видела, как она поблескивает при каждом вдохе. Когда добралась до уровня груди, наши взгляды на мгновение встретились.

— Все сделано, — прошептала я, закончив с последней пуговицей у горла.

— Спасибо, — тихо сказал Дармир. — А галстук? Боюсь, это задача для меня сейчас сложнее пуговиц.

Я улыбнулась, чувствуя, как напряжение немного спало.

— Полагаю, ваш временный секретарь должен быть мастером на все руки. Присядьте, пожалуйста.

Он сел на край массивного стола, и я встала перед ним. Взяла темно-синий шелковый галстук, перекинула его вокруг его шеи под воротник. Пришлось встать так близко, что я чувствовала его запах. Я сосредоточенно завязала узел, стараясь делать все правильно, хоть сердце бешено колотилось. Когда закончила, поправила узел, и пальцы на мгновение коснулись его шеи.

— Готово, — сказала, отступая на шаг, чтобы оценить работу.

— Идеально, — улыбнулся Дармир лукавой, согревающей улыбкой, от которой у меня перехватило дыхание.

Затем он потянулся к темному сюртуку, висевшему на спинке кресла, но, едва попытался накинуть, скривился от резкой, сдержанной боли. Плечо напряглось, и он замер, закусив губу.

— Сэр, — вырвалось у меня, и вся тревога вернулась с удвоенной силой. — Вам не нужно его надевать. И вам вообще не нужно сейчас работать. Вам нужно отдохнуть, дать ране зажить. Хотя бы пару дней.

Он сбросил сюртук обратно на кресло и вздохнул, глядя куда-то мимо меня.

— Отдыхать? — в его голосе прозвучала непривычная, горькая нота. — Здесь намного веселее. Шум, движение.

— Тогда давайте работать, — тихо сказала я, все еще глядя на его раненое плечо. — Но только если вы обещаете быть благоразумным. Скажите, что мне нужно сделать.

Дармир кивнул, опускаясь в кресло за столом. Он выглядел не здорово, но в глазах вспыхнул деловой огонек.

— Прекрасно. Помощь с парой-тройкой бумаг будет как нельзя кстати. А пока… — он потянулся левой рукой к шнуру звонка на стене, но я опередила его.

— Позвольте мне. Вы сказали, что нужно распорядиться насчет чая?

Я уже направлялась к двери.

— Да, будьте так добры. Скажите, чтобы принесли несколько приборов. И что-нибудь сладкое, если найдется. После такого утра стоит немного подсластить пилюлю, — он откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза, но когда я вернулась, он снова смотрел с любопытством. — Вы ловко управляетесь с необходимыми секретарю умениями. Где вы научились такой деловой сноровке, леди Белинда? Если, конечно, не секрет.

Я села на стул напротив, стараясь принять официальный вид, хотя сердце все еще неровно билось от недавней близости.

— Никакого секрета. До переезда сюда я работала в ботанической фирме на юге. Мы занимались поставками редких растений, селекцией, оформлением садов. Там приходилось иметь дело с документами. И с клиентами, конечно. Иногда капризными, как орхидеи, — я невольно улыбнулась воспоминанию.

— Фирма? — брови Дармира удивленно поползли вверх. — Это серьезно. А что привело вас с теплого юга в наши северные края? Если не личные причины, конечно, — добавил он тут же, давая мне понять, что не намерен быть навязчивым.

Мой взгляд тут же скользнул к окну.

— Личные причины, — подтвердила тихо. — Мне… потребовалась перемена. Расстояние. Новое начало. Ваш город показался подходящим местом. Спокойным. И далеким.

Он понимающе кивнул:

— Наши северные края, поверьте, знают толк в спокойствии. И в силе характера, который он воспитывает.

В дверь постучали. Вошла женщина с подносом, уставленным фарфоровым чайником, двумя чашками и тарелкой с печеньем в форме снежинок. Она поставила поднос на край стола и выскользнула обратно.

Я встала, взяла на себя роль хозяйки. Разлила ароматный чай, пододвинула одну чашку Дармиру, следя, чтобы он не потянулся к ней больной рукой.

— Спасибо, — поблагодарил он.

— Что касается бумаг, — вернулась я к делу, делая глоток, — я могу заполнять формы и вести учет, а также могу планировать расписание дня. Составление графика встреч, приоритизация задач. Если вам это нужно, я могу взять на себя и это. Пока ваш секретарь… в «отпуске», — я не смогла удержаться от укора.