Провинциальный остеопат (СИ) - Маревский Игорь - Страница 19

Так что, пока мой старенький ноутбук загружался, между прочим, уже вторую минуту, жалобно жужжа вентилятором, я натужно размышлял, лениво смотря, кто и что делает. Дима внизу что-то паял, Паша с Ринатом опять спорили из-за карт, а я, наконец дождавшись прогрузки операционной системы и проведя пальцем по сенсорной панели, открыл браузер, погружаясь в пучины интернета и вбивая запрос: «ускоренная регенерация тканей руками».

Ответ, естественно, оказался удручающим. Бесконечные форумы экстрасенсов, целые орды потомственных целителей и прочие шарлатаны двадцать первого века. Наткнулся даже на ярых зелотов Чумака и Кашпировского, всё ещё практикующих подзарядку через воду. Правда, с развитием технологий и дорогим экранным временем телевидения они переползли в интернет, в основном, фокусируясь на онлайн-стримах через появившийся сервис видеотрансляций Твич, стремительно набирающий популярность.

— И куда они страну ведут? — пробормотал себе под нос, недовольно прикусив нижнюю губу.

— Чего ты там бурчишь? — раздался голос Димы с полки ниже. — Говори громче, я тебя не слышу.

— Да это я так, сам с собой, — уклончиво бросил в ответ и продолжил искать.

Биоэнергетика.

И тут интернет решил меня дальше просвещать. Фотографии людей с аурой, любителей засовывать в себя огурцы для напитки силой земли, зарядка энергией вселенной через очищенную картошку и даже рассказы сограждан из Якутии, яростно косивших под китайцев, об очищении чакр путём прикосновения.

Нет, так дело не пойдёт. Я, в конце концов, выпускник из ГЦОЛИФКа, а не телевизионный шаман, и значит, будем искать дальше. Третий запрос выглядел уже более прилично. Эффект плацебо в мануальной терапии. Здесь было больше именно научных статей и исследований, но они объясняли исключительно феномен уменьшения боли, а не сам процесс восстановления тканей. Плацебо могло помочь человеку почувствовать себя лучше, но никак не закрыть дефект межпозвоночного диска. Я задумчиво почесал затылок и попробовал ещё один вариант.

«Интуитивная диагностика в остеопатии», что с первой же ссылки выглядело куда более обнадёживающе.

Несколько статей упоминали, что опытные специалисты способны развивать настолько высокую чувствительность пальцев, что буквально могли «слушать ткани». И тут я даже в чём-то был согласен, ибо преподаватель меня так и учил, и я действительно обладал повышенной чувствительностью, но никакой магии тут не было, скорее, просто отслеживание микродвижений мышц с правильной интерпретацией опыта. Затем статья постепенно наполнялась привычным бредом эзотерики, в силу верований автора, но из всего это мусора я смог вытянуть некоторые факты, подпитанные реальным опытом.

Вот только этого всё равно будет мало. Ощущение, быстрая диагностика, облегчение боли через плацебо — это хорошо, но всё равно мало. Поэтому я закрыл ноутбук, спрыгнул с кровати и полез в сумку. Через минуту на столе уже лежала потрёпанная книга «Биомеханика человека» за авторством Зациорского.

Я долго листал книгу, не совсем понимая, что пытаюсь найти, пока не наткнулся глазами на знакомые слова: соединительная ткань, механическое свойства, гистерезис и ремоделирование коллагена. И, прочитав несколько страниц, наконец, внутри постепенно начинал складывать картинку.

В реальности, при определенных нагрузках на организм, он действительно активирует фибробласты, и ткани способны адаптироваться. То есть, речь всё ещё шла о процессе, при котором механическое воздействие запускало биохимические реакции, и да, в целом, это можно было притянуть за уши, не называя чудом. Полноценная наука, безо всякого шаманства или шарлатанства. Если, конечно, убрать за скобки аномальную скорость восстановления и аналог МРТ перед глазами.

— Может сработать, — пробурчал я себе под нос и закрыл книгу.

— А? Чего? — вновь спросил Дима, стягивая наушники, но когда заметил мой погруженный в размышления взгляд и то, как фанатично писал в тетрадь, махнул рукой и продолжил паять.

«Теория восстановления основана на принципах биомеханической коррекции, включающих микроцикличные нагрузки на фасциальные структуры. Согласно работам Зациорского и исследованиям по механотрансдуции, это способно стимулировать синтез коллагена и ускорять процессы регенерации.»

Точка!

Я ещё раз перечитал написанное, и если уж оно для меня звучало довольно скучно, то для других и вовсе сущая абра-кадабра. Идеально! Если кто-нибудь спросит, я всегда смогу показать книгу, сослаться на чужие исследования и попутно часами рассказывать про биомеханику, пока у собеседника не отвалятся уши. Я-то на этом собаку съел, и способен рассказывать о них, даже если меня разбудить посреди ночи. Осталось только дополнить дневник после очередного сеанса терапии Орехова, и можно ложиться спать. Почесал нос, чертыхнулся, поняв, что испачкал его. Машинально лизнул обратную сторону ладони, потом оттёр нос, продолжил писать.

'14.09.2012. Орехов К. Повторный сеанс, применена техника микроциклической стимуляции регенерации. (УРС-2).

Обоснование: Механотрансдукция по Зациорскому. Активация фибробластов через фасциальные манипуляции.

Результат: субъективно — боль 0/10.

Полный объём движений.

Прогноз полного восстановления — 12 дней.'

Ещё раз перечитал, проверяя каждое слово, а затем решил добавить ещё одну строку.

«Примечание: продолжить наблюдение. Не делать поспешных выводов.»

Вот так будет намного лучше, и после полной проверки я закрыл тетрадь и облегченно выдохнул. Прикрытие всё ещё не было идеальным, но, по крайней мере, у меня есть то, чем временно можно отвести от себя подозрения. Я продолжу работу и исследования на этот счёт, но пока… Пока матрас на кровати выглядел привлекательней, чем продолжение работы.

Я улёгся, подложил руки под голову и долго смотрел перед собой, копаясь в вечно горящем перед глазами интерфейсе. Данные о подопечных, вся информация об Орехове и его лечении. Передо мной была целая неизвестная вселенная, заключённая в один виртуальный интерфейс, и кажется, мне наконец удалось с этим смириться.

И как только это произошло, из пустоты в углу зрения соткался новый элемент интерфейса в виде шестерёнки, как в играх. Под моим мысленным взором он раскрылся, и я увидел, что теперь могу регулировать отображение того, что вижу перед глазами, начиная от величины отображения и заканчивая возможностью отключения отображения. Именно то, что и надо!

Мысленно погасил его, не удержав на губах улыбку от радости, что всё получилось. Затем так же, мысленным усилием, вернул обратно и снова погасил.

Кажется, жизнь налаживается. С этими мыслями впервые за долгое время я провалился в длинный и глубокий сон, в котором мне ничто не мешало. Ведь, в конце концов, я его заслужил.

В понедельник меня вызвали к Капустину сразу после первой пары. Причём не через лаборантку и не через записку, а самым простым способом. Одна из преподавательниц нашей кафедры заглянула в зал и коротко бросила, что Пётр Семёнович требует к себе. Без промедлений.

Мне сразу не понравился её тон.

Когда я вошёл в кабинет, завкафедрой сидел за своим массивным столом и листал журнал посещаемости. Рядом с ним привычно лежала заполненная окурками пепельница и стоял стакан с крепким чаем, к которому, он казалось, даже не притронулся. Удивив меня, Капустин медленно снял очки и посмотрел поверх них так, словно я был студентом, вызванным к нему на распил.

— Смирнов, что за хрень? — спросил он без приветствия, чем явно застал меня врасплох.

— В каком смысле, Пётр Семенович?

— В прямом. Мне тут доложили, что один из студентов к тебе зачастил, — Капустин коротко бросил взгляд на журнал. — Некий Орехов. Если ты решил у меня на кафедре шабашкой заняться и предлагаешь личные тренировки, вылетишь быстрее, чем артиллерийский снаряд. Так что докладывай, чем ты там с ним занимаешься?