Матабар X (СИ) - Клеванский Кирилл Сергеевич "Дрой" - Страница 6

— Это… это самое удивительное, что я видела в жизни, — прошептала Тесс, запрокинув голову. — Арди, ты посмотри только, какой он огромный! Как он вообще держится в воздухе?

— Долго объяснять, дорогая, — Ардан и сам разглядывал гиганта с немалым интересом. — Но если коротко, то внутри оболочки баллоны с легким газом и системы Лей-стабилизации.

Рыжеволосая красавица слегка прищурилась.

— Ты ведь и сам в этом мало что понимаешь, да?

— Абсолютно, — честно признался Арди, и Тесс рассмеялась.

У основания трапа, ведущего наверх, к гондоле, обнаружился еще один служащий в синей форме, на этот раз с золотыми галунами на рукавах, явно выдававшими в нем обладателя старшего чина. Он сверил их билеты со списком в кожаной папке, а потом, скользнув взглядом по посоху в руках Тесс и по плащу Арда, чуть приподнял бровь.

— Господин маг? — уточнил он.

— Маг, — подтвердил Ардан.

— В таком случае позвольте краткое наставление. И! — видя попытку Арда вставить свое слово, служащий поднял ладонь. — Это обязательная процедура! — и тут же затараторил, явно повторяя заученный текст в сотый раз за день. — На крейсерской высоте Поле Паарлакса будет крайне разрежено. До того момента, пока экипаж не запустит Лей-генераторы, вы будете испытывать головокружение, головную боль, а возможно, и кровотечение из носа или кратковременную потерю сознания. Это обычная для мага реакция на разреженное Поле, и пугаться ее не следует. После запуска генераторов ваше самочувствие полностью восстановится. Однако предупреждаю: на протяжении всего полета вам строго запрещается пользоваться магией любого рода. Это вопрос безопасности судна. Вам все понятно?

— Вполне, — уныло кивнул Ардан.

Про себя же Арди добавил, исключительно чтобы напомнить самому себе, что один такой отсек генерации он уже видел, так что данная информация его мало чем обнадеживала. Скорее, возможно, даже наоборот… А что касательно магии, то в разреженном Поле он все равно не смог бы воплотить ничего серьезнее заклинаний Красной звезды, так что запрет на магию его, по большому счету, не слишком стеснял.

А вот Тесс, услышав про кровотечения и потерю сознания, заметно встревожилась и крепче сжала локоть мужа.

— Арди, а это точно не опасно? — тихо спросила она. — Может, не надо было?

— Все будет хорошо, Тесс, — Ардан мягко накрыл ее ладонь своей. — Несколько минут неприятных ощущений, а потом все пройдет. Обещаю.

Тесс с сомнением посмотрела на него, но все же кивнула, и они вместе ступили на трап.

И только стоило им попасть в вестибюль гондолы, как они оба, не сговариваясь, остановились как вкопанные.

Тесс ахнула, а Ардан, давно отвыкший чему-либо удивляться в плане богатства внутреннего убранства, и тот почувствовал, как у него потихоньку опускается челюсть.

Вестибюль больше всего напоминал холл какого-нибудь баснословно дорогого столичного отеля, перенесенный, неведомым образом, внутрь летающего судна. Пол устилал толстый ковер с витиеватым узором, заглушавший шаги; стены покрывали панели из полированного красного дерева, инкрустированные перламутром; а с потолка свисала хрустальная люстра, преломлявшая свет Лей-светильников на тысячи мелких радужных бликов.

Вдоль стен обнаружились мягкие кресла и диванчики, обитые бордовым бархатом. Между ними примостились низкие столики с вазами свежих цветов, а в дальнем углу вестибюля поблескивала отполированная до зеркального блеска стойка, за которой стоял портье в безупречном белом кителе.

Несколько служащих в такой же белоснежной форме сновали между прибывающими пассажирами, принимая у носильщиков багаж, подавая дамам руку при входе и провожая господ к их каютам с такой любезностью, какую Ардан видел разве что в Концертном Зале Бальеро Пижона и, может быть, когда встречали делегации Конгресса.

— Арди, — прошептала Тесс, словно боясь спугнуть это великолепие. — Скажи, у тебя в прошлый раз, когда ты поднимался в небо, все было… так же?

Ардан медленно, все еще пребывая в легком потрясении, покачал головой.

— Нет, — выдавил он наконец. — Совсем не так.

Впрочем, вдаваться в подробности своего прошлого воздушного приключения Арди по-прежнему не собирался. Оставалось надеяться, что на пути действительно не попадется небоскребов…

Зато теперь он, кажется, начинал понимать, почему парный билет второго класса до Лазурного Города, с каютой и питанием, обошелся им в сорок шесть эксов. Поначалу эта сумма казалась Арду откровенным грабежом, но, оглядывая хрустальную люстру и красное дерево вокруг, он постепенно склонялся к мысли, что они, пожалуй, еще и недоплатили.

Скорее всего, ближайшие несколько лет новый воздушный вид транспорта будет приносить Короне серьезные убытки. Хотя, вспоминая убранство подземных трамвайных линий, можно было предположить, что Корона и не рассчитывала отбить вложенные средства за первые пять лет.

— Господа Эгобар? — к ним подошел молодой служащий с приветливым лицом и забрал у Арда часть багажа еще прежде, чем тот успел возразить. — Каюта четырнадцать, прошу за мной.

Он провел их по узкому коридору, утонувшему под все тем же толстым ковром, затем мимо ряда одинаковых лакированных дверей с медными номерами, и остановился перед нужной.

Вручив Арду две пары ключей, он поставил багаж на пол, но уходить не спешил. Арди весьма ловко вставил ключ в скважину и, без всякого щелчка или малейшего сопротивления механизма, провернул тот внутри.

Дверь бесшумно открылась.

Каюта оказалась небольшой, но добротно обставленной. Широкая кровать с балдахином из легкой ткани, два мягких кресла у круглого стола, платяной шкаф из светлого дерева и два иллюминатора, через которые виднелось вечернее небо. В углу даже нашлось место для крохотной душевой. Такой тесной, что Арду придется весьма постараться, чтобы в ней поместиться, но само ее наличие на борту летающего судна казалось юноше чем-то совершенно невероятным.

Прямиком из фантастических романов из книжного шкафа Тесс.

— Если что-то понадобится, дерните за шнур у изголовья, и явится прислуга, — пояснил молодой человек, расставляя их чемоданы. — Ужин подадут в общем салоне через два часа после взлета.

Он бесшумно удалился, прикрыв за собой дверь, и Тесс тут же закружилась по каюте, заглядывая во все углы и восторженно ахая.

— Арди, тут даже душ есть! Маленький, конечно, но есть! И кровать какая мягкая! Ты только потрогай!

Ардан опустился в ближайшее из кресел и с улыбкой наблюдал за метаниями жены. Вскоре где-то снаружи раздался протяжный гудок и по корпусу гондолы пробежала легкая дрожь. Ардан почувствовал, как пол под ногами едва заметно качнулся.

— Поднимаемся, — произнес он.

Дирижабль медленно отделился от причальной мачты и начал набирать высоту. За иллюминаторами поплыли вниз огни Воздушного порта, а следом постепенно уменьшалась и вся Метрополия, раскинувшаяся внизу мерцающим полем из искусственных звезд. Тесс прильнула к иллюминатору, не в силах оторваться от зрелища, а вот Арду с каждой минутой становилось все хуже.

Сперва навалилась тупая, давящая боль в висках. Потом к ней присоединилось головокружение, заставившее Арда откинуться на спинку кресла и прикрыть глаза. В ушах зашумело, перед глазами поплыли темные пятна, а где-то на грани сознания он почувствовал знакомую пустоту. Из носа потекла тонкая струйка крови, и Ардан, нашарив в кармане платок, прижал тот к лицу.

— Арди! — Тесс мигом оказалась рядом и опустилась на колени около кресла. — Арди, ты как? Совсем плохо?

— Все… в порядке, — с трудом выговорил Ардан. — Сейчас… пройдет. Это от высоты. Помнишь, нас предупреждали?

Тесс встревоженно держала его за руку, а Арди стискивал зубы и пережидал неприятные ощущения, считая про себя секунды. Те сменялись минутами, а сам юноша балансировал где-то на границе сознания и темноты забвения.

А потом откуда-то из глубины корпуса дирижабля донесся едва слышный, ровный гул запущенных генераторов.