Венеция. История воды и суши - Маньо Алессандро Мардзо - Страница 9

На первой мозаике, переделанной в 1660 году, охранники александрийского порта изображены в виде османов, с брезгливыми лицами отворачивающихся от свинины, один даже зажимает нос рукой. Это были годы длительной осады Кандии, и Венеция высмеивала своих исламских врагов, будь они египетскими арабами или их преемниками, османами: послание было совершенно ясным.

^{«Похищение мощей апостола Марка из Александрии». Мозаика собора Святого Марка}

Посмотрим с грустью на мозаику портала над главным входом в собор. Она была переделана в 1836 году, поскольку венецианцам не нравилась предыдущая, византийская, которую можно видеть на знаменитой картине Джентиле Беллини 1496 года «Процессия на площади Сан-Марко». На портале святого Алипио — последнем портале с левой стороны — сохранилась единственная оригинальная мозаика с изображением процессии, вносящей в собор тело святого. Она была создана после 1265 года, поскольку изображенные на ней купола приподняты. На одной из мозаик внутри собора мы можем видеть, что прежние купола были более низкими.

^{Слева: «Явление Христа Судии». Мозаика главного портала собора Святого Марка}

^{Справа: Мозаика главного портала собора Святого Марка до 1836 года. Фрагмент картины Джентиле Беллини «Процессия на площади Сан-Марко». 1496}

Заглянем за главный алтарь, чтобы полюбоваться шедевром византийского ювелирного дела — Пала д’Оро. Во времена наполеоновского вторжения считалось, что он сделан не из золота, как это есть на самом деле, а из позолоченного металла, поэтому алтарь уцелел. На эмалевых панелях справа рассказаны события из жизни святого Марка, три нижние миниатюры изображают перенесение его мощей. Корабль, перевозивший прах святого, является наиболее воспроизводимой деталью этого невероятного средневекового произведения искусства. Под главным алтарем можно видеть закрытый решеткой мраморный саркофаг с мощами евангелиста Марка, который находится здесь с 1811 года.

^{Собор Святого Марка}

Мозаики трансепта изображают другой эпизод, связывающий святого Марка с собором, — inventio. Это латинское слово можно перевести как «открытие», то есть обретение считавшихся утраченными реликвий, но также и как «изобретение» — намек на то, что история чудесного обнаружения была на самом деле придумана. Венецианцы были большими мастерами подобных двойных смыслов. Как бы там ни было, в 1094 году плиты одной из внутренних колонн собора обвалились, и таким образом были обнаружены считавшиеся утерянными мощи святого Марка. Поэтому на мозаике изображена сломанная колонна. Именно здесь мы видим собор с еще низкими куполами.

Если повернуться на 180 градусов и посмотреть налево, можно увидеть панель с византийским мозаичным орнаментом, а в центре — скульптурный крест: это точное место, где, согласно преданию, были найдены останки святого. Помимо истории обретения или изобретения мощей святого Марка, стоит полюбоваться прекрасным мозаичным орнаментом, который повторяется на панели напротив. Очень вероятно, что речь идет о реликвиях, вывезенных после разграбления Константинополя в 1204 году.

^{Пала д’Оро — «золотой алтарь» собора Святого Марка}

^{Собор Святого Марка}

К сожалению, посетители нечасто заходят в капеллу Сан-Дзено. Этот шедевр эпохи Возрождения находится справа от входа и закрывает прежний вход в собор с Пьяцетты, со стороны воды. Капелла была закончена в 1521 году, она должна была стать местом захоронения кардинала Джованни Баттисты Дзено, который умер за 20 лет до окончания строительства. Здесь собраны произведения главных представителей венецианского искусства эпохи Возрождения — Антонио и Туллио Ломбардо, Алессандро Леопарди, Джованни Альбергетти и Пьетро Кампанато. Они сделали бронзовый саркофаг кардинала и балдахин, под которым находится скульптурная группа неописуемой красоты, изображающая Мадонну, святого Петра и Иоанна Крестителя. Выше можно видеть мозаики XIII века с изображением святого Петра, диктующего Евангелие святому Марку. Когда-то именно эта мозаика первой представала взгляду тех, кто заходил в собор, сегодня же она отчасти теряется за чудесными бронзовыми скульптурами. Однако посыл предельно ясен: святой Марк написал Евангелие под диктовку святого Петра, поэтому именно он является главным из четырех евангелистов, и Венеция гарантировала себе его покровительство, которое уступает лишь покровительству основателя христианской церкви — святого Петра.

Предшественники морских десантников

Точкой отсчета является синод. Как мы уже видели, в 827 году в Мантуе было предложено восстановить власть Аквилейского патриархата над патриархатом Градо и параллельно признать главенство франков над венетами-византийцами. Ответ был мгновенным. Его основой стало то, чем обладали венецианцы и чего не было у франков, то есть флот. Церковь Аквилеи была основана святым Марком? Тогда мы заберем настоящего святого Марка и посмотрим, кто победит.

Написанная 500 лет спустя дожем Андреа Дандоло хроника описывает это событие как случайное. Два венецианца, Буоно из Маламокко и Рустико из Торчелло, спасаясь от бури, оказались в исламской Александрии, куда было запрещено заходить христианским торговцам. Там купцы познакомились с монахом Ставрацием и священником Феодором, которые, как следует из их имен, были греками, и от них узнали, что халиф распорядился использовать колонны христианских церквей для строительства собственного дворца. Прах евангелиста мог быть осквернен. Венецианцы убедили духовных лиц передать им реликвию, уверив их в том, что ей будут оказаны все необходимые почести. Сказано — сделано. Так мощи евангелиста оказались в Венеции.

Но на самом деле почти все было не так. Прежде всего, в то время еще не было запрета на заход в Александрию христиан (он вступил в силу в X веке). Но главное — операция «Святой Марк» была вовсе не случайной, а хорошо спланированной и подготовленной. Можно даже сказать, что Бон (более удачная версия имени Буоно) и Андреа по прозвищу Рустико были предшественниками морских десантников. В Александрию зашли десять кораблей, а не три, как пишет Дандоло. Бон и Андреа были совсем не простыми торговцами. Первый был ветераном морских битв с франками Пипино, назначенный трибуном дожем Аньелло, отцом и предшественником дожа Джустиниано Партичипацио, который организовал поход за мощами. Рустико тоже был ветераном, офицером и партнером командира. В те времена трудно было различить морские (то есть торговые) и военно-морские предприятия. Еще одним ветераном был судовой врач Элияху Бен Моше, его сопровождала дочь и ассистентка Ребека. Также в плавание отправился легат дожа Исепо Базеджо по прозвищу Джусто, что подтверждает прямое участие в операции верхушки Венецианского государства. Известны и имена четырех матросов (Джакомо, Эмилио, Никос и Медес) и двух воинов (Брутус и Уберт из Гаскони с подходящим гасконцу прозвищем Франко). Латинские, греческие, еврейские, французские имена — в Египет отправилась по-настоящему многонациональная команда. Не очень похоже на версию об удачном стечении обстоятельств в духе: возьмем реликвию, раз уж мы тут оказались.

Нельзя с уверенностью утверждать, что венецианцы смогли убедить духовных лиц отдать реликвию, а не подкупили их: говорили о некотором количестве драгоценного металла, переданного в качестве пожертвования. Ставраций сопровождал мощи евангелиста в Венецию, а потом был их хранителем, поэтому можно предположить, что он стал соучастником священной кражи. Венецианцы опасались, что набожные александрийцы, поклонявшиеся святому Марку, заподозрят обман, поэтому пошли на хитрость. Разрезав саван с реликвией со стороны спины, чтобы сверху он казался целым, они положили на место мощей святого Марка останки другого святого, Клавдиана (некоторые пишут о святой Клавдии, но в данном случае это неважно). О фокусе со свиными тушами мы уже рассказывали выше. Надо заметить, что евангелист сразу же продемонстрировал свое могущество: он взял на себя командование кораблем и после остановки в Умаге в Истрии не позволил пришвартоваться там, где его ожидали, то есть у собора острова Оливоло, а поплыл сразу к резиденции венецианского правительства. Дож принял реликвию и поместил ее в капеллу собственного дворца, приказав начать строительство подобающей для хранения мощей церкви.