Милан. Том 7 (СИ) - "Arladaar" - Страница 12

— Тебе не трудно на ней ездить? — спросила Анна Александровна, с любопытством глядя, как Жанна выворачивает со стоянки.

Самой Анне Александровне, похоже, сидеть на пассажирском сиденье слева было очень непривычно и, наверное, даже боязно.

— Нужно только привыкнуть! — уверенно ответила Жанна. — Неудобно только обгонять. Это действительно нужно делать с осторожностью, либо ставить дополнительные зеркала. Но я езжу осторожно и никого не обгоняю, так что не беспокойся.

Потом ехали несколько минут молча. Люда и Сашка с удивлением рассматривали Екатинск. Анна Александровна тоже вертела головой туда-сюда.

— Здесь и машин стало больше, — заявила она. — А улочки всё те же, узкие.

— В том-то и проблема, — согласилась Жанна. — Сейчас поедем на Рабочий посёлок, сама всё увидишь.

— У тебя Артур такой представительный стал, — неожиданно сказала Анна Александровна. — Никогда бы не подумала, что он будет так выглядеть, вспоминая, какой он был… Неформал. Или точнее, стиляга.

— Должность такая, — рассмеялась Жанна. — Не будет же он с рокерской причёской и в косухе ходить на работу. Ему то в администрацию нужно ездить, то в Москву вызывают, то со спортсменами на соревнования, родители постоянно со своими просьбами приходят. Должность официальная, вид должен быть соответствующий. Но ты не думай, что он такой сухой педант и зануда. Я бы с таким мужиком жить не стала. Артур очень интересный человек, всё такой же затейник, как и раньше. Фигурное катание из нас уже не вытравишь. Я не зря сказала про длинные волосы и косуху. Он играет на электрогитаре в довольно популярной городской пабной рок-группе, состоит в городском клубе байкеров, у них там очень приятная компания. Я тоже часто бываю на их вылазках. Ребята все творческие, с активной жизненной позицией. А ты думала, что он вот такой вот весь из себя забронзовевший чиновник?

— Подумала, — призналась Анна Александровна.

— Как видишь, первое впечатление может быть обманчивым, мы вполне увлекательно живём, — усмехнулась Жанна. — Вот смотри, начинается дорога на Рабочий посёлок.

Tойота сейчас миновала последнюю развязку, после городской больницы, и выехала на прямую дорогу к Рабочему посёлку. Как Люда помнила, это было практически пригородное шоссе, в промзоне, с несколькими промышленными предприятиями, городской ТЭЦ и крупными складами, между которыми тянулись обширные пустыри, заросшие бурьяном, кустарниками и деревьями. Автобус проезжал это место практически в режиме «нон-стоп», так как люди выходили достаточно редко.

Сейчас по обочинам дороги возвышались торговые центры, центры по продаже карьерной техники, тяжёлых самосвалов, фирмы по продаже металлообрабатывающего и шахтного оборудования, крупные фирмы, торгующие новыми и подержанными автомобилями, станции технического обслуживания, заправки, шиномонтажки, ещё масса различных предприятий. Несколько протяжённых гаражных кооперативов с капитальными и железными гаражами. Пустырей не осталось! Конечно, то, что вся эта местность была застроена, было прекрасно. Однако двухполосная дорога осталась прежней, и сейчас она вся была занята автомобилями. Движение было очень плотное, кое-где останавливались совсем, ожидая, пока машины или съедут, или, наоборот, заедут на шоссе.

— Почему тут нельзя сделать четырёхполосную дорогу? — спросила Анна Александровна.

— Говорят, здесь рядом с дорогой проходят теплотрассы и система водоснабжения, ведущая из города в микрорайон, — пожала плечами Жанна. — Для того чтобы расширить дорогу, нужно сначала перенести коммуникации. Как ты понимаешь, это дело очень затратное, и за счёт местного бюджета всё это сделать практически нереально. Поэтому отложили в долгий ящик. Тут что только не пробовали сделать: делить дорогу на три полосы, по средней полосе вводить реверсивное движение, менять разметку, но всё это на интенсивности потока никак не сказывается. Плюс сам район…

Даже отсюда, ещё не подъезжая к рабочему посёлку, было видно, что он значительно разросся. К старым девятиэтажкам примыкали новые кварталы, построенные в нулевые и десятые годы, а также несколько вполне современных высоток, возведённых в последнее время.

Честно сказать, ни Люда, ни Анна Александровна свой родной микрорайон не узнали, даже когда подъехали вплотную. На въезде сейчас находилась круговая развязка, от которой дорога расходилась в разные стороны Рабочего посёлка. Но одна, совсем короткая дорога шла к старому магазину из бетонных панелей, построенному ещё в советское время, который Люда и Анна Александровна хорошо знали. Это тот самый продуктовый, один из двух, которые находились в районе в 1980-х годах! Детьми ходили сюда за продуктами, за мороженым, да и вообще за всем. Магазины были единственные в районе, очереди здесь были колоссальные. Сейчас это магазин одной из федеральных сетей, и рядом с ним стояло несколько автомобилей. Здесь же, как и раньше, находилась конечная остановка автобуса. Жанна проехала круговую развязку и направилась в левую часть Рабочего посёлка, прямо вдоль новых построенных домов.

Люда хотела было сказать, что раньше здесь не было дороги и этих домов, однако промолчала, она уже чувствовала, что сегодня и так наговорила лишнего.

Проехав с километр, машина сделала поворот вправо, и как-то неожиданно за углом показался большой спортивный центр, обнесённый оградой. Центр был сделан в виде стандартного быстровозводимого здания из стальных конструкций и облицован белыми и синими сэндвич-панелями. По верху идут узкие окна и трубы вентиляции. По фасаду крупная надпись: «Ледовый дворец спорта имени Людмилы Александровны Хмельницкой». Рядом с надписью небольшой портрет Люськи, точно такой же, как на ДЮСШОР-1, только посвежее.

Здесь, на окраине района, места вдоволь, поэтому перед центром устроена обширная парковка, на которой сейчас стояло около двух-трёх десятков автомобилей. Народ в центре присутствовал!

Сразу за парковкой, за дорогой, уже начинался лес. Во времена Люды на месте этого ледового дворца и близлежащих новых домов росли хилые берёзовые и осиновые рощи, в которых иногда вырастало много грибов.

— А тут уютно, — призналась Анна Александровна, когда все вышли из машины и огляделись. — В Норвуде так же, прямо у дворца спорта большая зелёная зона.

— Ну, я же не говорила, что здесь совсем мраки, — рассмеялась Жанна. — Я лишь сказала, что ходят сюда ребятишки, которые живут именно в этом районе, поэтому уровень подготовки здесь низковат. Плюс ходят взрослые любители. Честно сказать, это сооружение может принимать намного больше спортсменов. Но дорога, ты сама видела какая. Если бы была хорошая дорога, сюда на легковушке добраться из центра 10 минут, а мы ехали 40. Вот и считай… Проще к нам ходить, чем сюда…

Вдоволь насмотревшись на окрестности, вся тёплая компания направилась в спортивное сооружение. На входе уже привычные турникет с металлоискателем, охранник, сидящий за столом, мужчина в униформе лет пятидесяти. Увидев Жанну, улыбнулся и сразу же нажал на кнопку, открывая турникет.

— Здравствуйте, Жанна Александровна, — приветливо поздоровался охранник. — С инспекцией решили нагрянуть?

Гостей он не узнал, похоже, не интересовался фигурным катанием.

— Да, своего рода инспекцию, хотя, скорее всего, экскурсию, — кивнула головой Жанна.

В вестибюле обстановка абсолютно такая же, как в основной ледовой арене ДЮСШОР-1, и похожая на ту, что в «Хрустальной звезде»: светлый потолок, стены, пол, яркий свет. Пуфики у стен, обтянутые экокожей. Правда, было и отличие: довольно обширная стена славы с большими фотографиями Хмельницкой, сделанными в разные годы на разных соревнованиях.

— Какая Люсечка здесь молодая, — с умилением сказала Анна Александровна. — Ой, смотрите! Тут и мои плакаты есть!

Естественно, здесь были не те старые плакаты, нарисованные Анькой в 1986 году, ещё к чемпионату Свердловской области и первенству СССР, оригиналы которых хранились чёрт знает где и наверняка потерялись во времени. На стене в ряд висели очень точные репродукции тех плакатов, но сейчас, отредактированные нейросетями и фотошопом, смотрелись они очень стильно и современно.